В выходные я поехал к родителям.
У нас есть семейная традиция. Наверное, такая есть у многих. Мы любим собираться всей семьёй на даче.
Выглядят наши встречи обычно так: шашлыки, шум, настолки, споры ни о чём, в которых мои сёстры обычно стараются меня поучать.
В такие дни я с радостью слышу мамин смех с кухни и папино:
— Кто опять не закрыл мангал?!
Обычно эти встречи всегда вытаскивали меня обратно в жизнь. Но в этот раз всё ощущалось иначе.
Я стоял во дворе с тарелкой шашлыка и вдруг понял, что впервые чувствую себя здесь лишним.
Нет, не подумайте чего. Моя семья меня очень любит, порой даже слишком.
Просто именно сегодня я осознал: все давно по парам.
Родители есть друг у друга. Сёстры у меня при мужьях. У них своя жизнь. Свои вечные разговоры про ипотеку, про то, где что урвали по скидке, куда планируют поехать в отпуск.
Я стоял и смотрел на них.
На то как у Юли, моей старшей сестры, ребёнок уснул на руках. На то как папа ругался с Катей, это моя младшая сестренка, из-за соуса.
Повернув голову я увидел как мама и Влад, муж моей Катюшки, смеялись так искренне, что внутри становилось странно тепло и одновременно больно.
А я сидел между ними как человек, который немного опоздал к собственной жизни.
— Почему ты опять один? — тут же прищурилась Катя.
— Может, на тебе венец безбрачия? — хмыкнула Юля.
Все засмеялись.
Я тоже.
Только у меня вышло это как-то натянуто.
— Да просто не везёт мне, — отмахнулся я.
— Или ты выбираешь не тех, — не сдавалась Юля.
— Или ведёшь себя как идиот, — спокойно добавила Катя, отпивая сок.
— Спасибо за поддержку, — фыркнул я.
Они снова рассмеялись. И вроде всё было по-доброму. По-семейному. Но внутри уже неприятно шевелилась та самая мысль.
Почему всё действительно заканчивается одинаково?
Я машинально покрутил вилку в руках, а потом вдруг спросил:
— Вот скажите честно… что вообще значит «не герой моего романа»?
За столом стало чуть тише. Сёстры переглянулись. Как-то слишком понимающе.
А потом Юля кивнула, и Катя вдруг молча поднялась и ушла в дом.
Я нахмурился.
— Куда она?
Юля улыбнулась.
— За книгой.
Я усмехнулся.
— Только не говорите, что сейчас будет лекция…
Через минуту Катя вернулась с книгой. Толстый роман страниц на пятьсот. На обложке крупно: «Герой моего романа».
Я нервно усмехнулся.
— Серьёзно?
Катя положила книгу передо мной и внимательно посмотрела мне в глаза.
— Макс… а ты не думал, что все твои девушки читали это?
— И что?
— И, возможно, дело не в тебе самом. Просто ты не дотягиваешь до того героя, которого они привыкли видеть в книгах.
Меня будто задело током.
— Не дотягиваю? — переспросил я уже жёстче. — В смысле? Я что, плохо к ним всем относился? Не заботился о них? Не был рядом?
Сестры переглянулись.
— Макс, пойми…. Дело не всегда в поступках, — тихо сказала Катя. — Иногда дело в ощущениях рядом с человеком.
Я замолчал. Потому что неожиданно не нашёл, что ответить.
Муж Кати, Влад, тут же хлопнул меня по плечу.
— Да брось ты. Встретишь свою — и всё станет нормально. Просто этого пока не случилось.
Все поддержали. Разговор ушёл в другое русло. Но внутри что-то уже сдвинулось. Словно впервые за долгое время меня действительно задело.
А книга, лежавшая передо мной на столе, почему-то вдруг начала пугать сильнее, чем все прошлые расставания.
Когда совсем стемнело, я засобирался домой. Мама, как всегда, обняла меня у калитки. Нежно. Ласково. Папа, как всегда, сказал: — Не пропадай. Сёстры махали с крыльца. И уже когда я садился в машину, Катя вдруг сунула мне ту самую книгу.
— Возьми.
— Кать…
— Просто возьми.
Я хотел отказаться. Честно. Но почему-то всё-таки взял.
Дома снова встретила тишина. Я бросил ключи на тумбу. Медленно прошёл в комнату. Свет фонарей из окна скользил по полу. На полке поблёскивали награды. На диване валялся плед. В воздухе всё ещё стоял запах чужих духов с вечеринки. И среди всего этого — я. Один. В руках — книга.
Я долго смотрел на обложку. А потом вдруг поймал себя на странной мысли. Если я не герой их романа… то, может быть, проблема не в том, что меня не выбирают.
Может быть, я просто не понимаю, кого именно женщины так жаждут видеть рядом с собой.