Сегодня, входя в книжный, я сразу почувствовала лёгкое напряжение — эхо недавней встречи с тем, кто так эмоционально разбирал мой текст, ещё витало в воздухе.

На входе меня встретил стенд, и вот тут я замерла: кардборд-стенд был сделан во весь рост с моим изображением. Я увидела себя в первом образе и вдруг осознала, что смотрю на себя глазами Максима. Его взгляд словно оживил меня, и я заметила детали, которых раньше не замечала.

Алла Альбертовна встретила меня у дверей, заметив моё замешательство.

— Послушай, Лиза, я знаю, что было между тобой и Максимом, — сказала она с улыбкой, — но он очень хотел, чтобы эти стенды с твоим изображением украсили магазин. Посмотри, как здорово получилось!

Я подошла ближе и изучила работу: детали были продуманы до мелочей, картинка словно оживала, и я едва сдерживала лёгкое смущение. Признаться честно, я не могла не признать мастерство Максима.

Желая поскорее закончить краснеть, я решила оставить все как есть.

— Хорошо — тихо выдохнула я, стараясь скрыть свои же эмоции.

Алла Альбертовна мягко взяла меня под руку и повела в кабинет, болтая о предстоящем вечере. Затем она открыла стол и передала мне толстый конверт:

— Максим попросил передать тебе ещё это.

Я машинально потянулась взять его. Открывала я его с любопытством из которого я вынула сотни фотографий с моим изображением. Алла Альбертовна стояла за спиной, восхищённо наблюдая, как я их просматриваю.

— Ух, какая же ты красотка! — воскликнула она. — Максим отличный фотограф. Он так тонко передал твой профиль, черты лица, твою загадочность.

Я улыбнулась, слегка смущаясь:

— Да, в этом он действительно мастер.

После моих слов, будто что-то случилось. Алла Альбертовна присела напротив меня. Я видела что она сейчас что-то скажет.

— Знаешь Лиза, а мне он нравится! Хороший парень! — подмигнув произнесла она.

Я попыталась спрятать улыбку. Простым движением я сложила фотографии обратно в конверт и ничего не ответив направилась в зал.

Чтение началось спустя полчаса. Сегодня пришло ещё больше людей — настолько, что соседние магазины предоставили стулья.

Когда гости устроились, я начала читать, делая паузы на ключевых моментах, чтобы слушатели могли высказать мнение.

Спустя два с половиной часа я закончила и подписала книги тем, кто ещё не успел получить автограф. Три часа промелькнули как один миг. И вдруг дверь звякнула. На пороге стоял Максим с двумя стаканами кофе. Он уверенно пробрался сквозь толпу и подошёл ко мне.

— Сегодня людей ещё больше, чем в прошлый раз, — заметил он.

Я встала с кресла.

— Действительно много, — сказала, скользнув взглядом по аккуратно расставленным стендам. — Надо признать… вы очень постарались. Получилось слишком красиво для обычного стенда.

Максим слегка смущённо улыбнулся:

— Вам правда понравилось?

— Правда, — призналась я. — Хотя честно, не ожидала, что вы снова привезёте. Я же отправила всё на возврат.

Он чуть помрачнел, вспомнив наш прошлый разговор:

— Надеюсь, приятно удивил?.. — протянул, подавая мне кофе. — Лиза, простите меня за то видео, за моё поведение. Я сам не понимаю, что на меня нашло…

Я задержала взгляд на нём чуть дольше, чем следовало. Он не отводил глаз, но в них уже не было колкости — только усталость.

Я сделала глоток кофе.

— А вы умеете выбирать момент, — сказала тихо. — После трёхчасового чтения я особенно восприимчива к извинениям.

Он усмехнулся, нервно поёрзал. Между нами пауза.

Зал почти пуст. Только тихий шорох уборки и запах бумаги.

— Значит… мир? — осторожно спросил он и чуть заметно протянул руку.

Я посмотрела на его ладонь. Вспомнила его слова, взгляд, колкость и уверенность.

— Мир, — ответила, но руку пожала не сразу.

Его пальцы были тёплыми. Мои — холоднее, чем обычно. Он отпустил первым.

— Если вы не против… могу подвезти?

Я приподняла бровь:

— Это из вежливости или из желания „посмотреть в глаза“ ещё раз?

Он немного поморщился:

— Просто подвезти, — тихо сказал. — Заслужил…

Я на секунду задумалась:

— Ладно. Только давай на „ты“. После всего этого „вы“ звучит странно.

— Согласен, — кивнул он.

И знаете…. Именно в эту секунду повисла тишина, в которой это “согласен” прозвучало как-то слишком спокойно. Почти буднично. Будто так все и должно было бы быть, если бы не….