Щекотливые вопросы, находившиеся по ту сторону закона, с руководством клиники решал Винсент. Не знаю и не желаю знать, как у него это получилось, но результат меня полностью удовлетворил.

Никто не стал вызывать органы правопорядка. Трупы нападавших были оперативно убраны, кровь замыта, пули с гильзами — изъяты, а дирекция клиники, за круглую сумму, обзавелась искусственной амнезией.

Одним из их условий было — наш скорейший отъезд из клиники. Да, они всегда рады нас видеть, помогут чем смогут, но — не сегодня.

И я их понимал: никому не нужны проблемы. Главный врач даже расщедрился и выделил из больничных запасов мобильный реанимационный комплекс, необходимый для реабилитации Йоко, чтобы поскорее от нас избавиться. Ну как, расщедрился…

Да — естественно, в аренду. Да — дорого. Но лучше держать оборону в собственном поместье, чем здесь.

Нам потребовалось два с половиной часа, чтобы убраться из госпиталя, полностью уничтожив там следы своего пребывания. Тела были вывезены через чёрный ход, и что с ними будет дальше, я предоставил решать Винсенту.

Всё же есть в положении Главы Рода свои плюсы.

Спустя час, мы были дома.

— Ну, а теперь рассказывай, — устроившись на стуле, в своём кабинете, я сцепил пальцы рук, утвердив их на столешнице. — Признаюсь сразу, мне очень не нравится произошедшая ситуация. Слишком много в ней белых пятен. Поэтому, прежде чем начать, хорошо подумай, что ты мне скажешь.

Сейчас я был в своём праве, поскольку этот мир был намного жестче, чем тот, из которого я прибыл. Живота можно было лишиться и за меньший «залёт» чем тот, который допустил мой начальник охраны и, по совместительству, начальник службы безопасности рода он Сворт.

— Понимаю, — спокойно кивнул Винсент, расположившийся напротив меня. — И полностью осознаю свою ошибку, господин барон. Если на то будет ваша воля, готов понести заслуженное наказание…

— Давай без этих прелюдий, — поморщился я. — По существу и кратко.

— Итак, — кашлянул в кулак Гор, прежде, чем начать. — Группа убийц, оказавшаяся на территории госпиталя приходила за девушкой. Это и так понятно, судя по их действиям. К сожалению, часть моих людей, конкретно те, кто был поставлен охранять Йоко, оказалась либо перекуплена, либо подверглась воздействию ментального артефакта.

— Либо? — переспросил я скептически. — Винсент, тебе не кажется, что в подобных вопросах не может быть этого самого «либо»?

— Сейчас не представляется возможным установить истину, — Винсент оставался спокойным, и по его глазам не было понятно, что именно он в данный момент ощущает: вину, раскаяние или же равнодушие. — Оба моих человека мертвы и ничего уже рассказать не смогут, даже если мы привлечём к делу некромантов. Остальной персонал госпиталя не пострадал. Тех, кто мог помешать, просто аккуратно вырубили. Отделались головной болью.

— О как. А наших, значит, убрали, — нахмурился я. — С этого момента, поподробней.

— Извольте. Выверенный удар в затылок тонким острым предметом, — кивнул Винсент. — Скорее всего длинное шило или тонкий стилет. Сейчас целитель проводит вскрытие, но уже совершенно точно могу сказать, что клинки были отравлены. Характерное потемнение вокруг ран не оставляет иного толкования. Что это был за яд, мне скажут позднее. Только странность: ничего похожего на орудие убийства ни у одного из нападавших не было обнаружено.

— Думаешь, что у них были сообщники в госпитале? — моментально уловил суть я.

— Пока ничего не могу сказать, господин барон.

— Значит, вопрос с предательством снимается?

— Тоже не факт, — поморщился Гор, чем заслужил ещё один пунктик уважения к нему, как к профессионалу. — Система видеонаблюдения госпиталя оказалась неисправной. Ожидаемо. Очевидно, что нападавшие каким-то образом намеренно вывели её из строя.

— Или им помогли.

«Зачем убирать картинку с камер видеонаблюдения, если ты невидимка? — пазл в голове тут же сложился. — Значит, их невидимость прекрасно фиксируется аппаратурой. А это — серьёзная уязвимость. Не такие уж они и невидимки».

— Мои люди сейчас просматривают записи со скрытых камер, — заметив мой удивлённый взгляд, Винсент добавил: — Да, я распорядился их установить ещё в тот день, когда вы поступили на лечение, господин барон. Прошу простить мне мою паранойю.

«А молодец! Прошаренный, — удовлетворённо протянула Миагозра. — И весьма умён. Конечно, как для жалкого человечишки».

«Тебе не жмёт твоя исключительность? — раздражённо заметил я. — Или ты забыла, как некоторые из рода человеческого обводили вокруг пальца даже тебя? Советую помнить об этом и никогда не недооценивать противника, Миа. Это плохо закончится».

Миагозра гордо промолчала, однако я прекрасно чувствовал её недовольство. Никто не любит щелчки по носу.

Винсент понял, что сейчас я веду внутренний диалог, поэтому тактично замолчал, дав мне время переброситься парой реплик с Миа, после чего продолжил.

— Пока не готов ответить на вопрос, были ли перекуплены наши люди, но на нашем видео хорошо видно, что в какой-то момент они просто оставили пост и направились к выходу из госпиталя. При этом, никаких дополнительных средств связи они не использовали. Так что, допускаю, что парней могли убрать, просто как помеху.

— Я хочу видеть эти записи, как можно быстрее, — нахмурился я.

«Кстати, это очень похоже на отложенную команду, — задумалась Миагозра. — Скорее всего, контакт с некоторыми из твоих людей состоялся раньше. И тогда же была внедрена ментальная установка. Но, могу ошибаться. Может их реально купили. Вы всегда были падкими на золото и насквозь продажными».

«Кто бы говорил».

— Значит, нужно будет всех последующих приводить к родовой клятве, — тяжело вздохнул я. — По-другому — никак. Взаимодействие с наёмным персоналом всегда будет зоной риска.

Винсент едва уловимо поморщился. Мне показалось, что на мгновение в его глазах промелькнуло смущение.

«Родовая клятва не является препятствием для ментальных установок, — обидно рассмеялась Миагозра. — Если дело всё же в них. Я говорила, что любую клятву можно обойти. Косвенные команды, не несущие тебе прямой вред, не вступают в противоречие с текстом родовой клятвы. Так что, удар может быть нанесён отовсюду».

— Как вы себе это представляете, господин барон? Не каждый работник готов навсегда связывать свою судьбу с нанимателем, даже если им является аристократ. Большинство просто хотят заработать денег. И я пока не представляю, где найти столько профи, готовых тут же принести родовую клятву.

Я это и сам прекрасно понимал, и было достаточно того, что к ней приведён Гор. Это гарантировало его лояльность и готовность сражаться за род он Сворт до последней капли крови. Вот только Винсентом все дыры не заткнёшь. Да и сказанное Миагозрой теперь стоило учитывать.

— Значит так, — задумался я. — Как можно защититься от ментального воздействия? И если мы таковое проморгали, то как это можно определить?

— Я уже распорядился на этот счёт, — помрачнел Винсент. — Завтра прибудет менталист, который проверит наших людей на скрытые закладки.

— Где гарантия того, что этот самый менталист их не вложит?

— Стандартный договор на крови. Распространённая практика, доказавшая свою эффективность и безопасность, — пояснил Гор. — На этот счёт можете быть спокойны. Я сам всё проконтролирую.

— С этим решили, хорошо, — я невольно помассировал виски.

Проблемы разрастались, словно снежный ком, и это весьма удручало. Похоже, что в покое меня никто оставлять не собирается, ровно как и давать времени на какую-то передышку. Обложили по всем фронтам.

— Сколько людей мы потеряли сегодня? — мрачно поинтересовался я.

— Четыре человека, — тихо произнёс Винсент. — Я уже распорядился выплатить их семьям всё причитающееся по заключённому контракту. Если вы не против, конечно.

Винсент перехватил мой бешеный взгляд и тут же виновато произнёс:

— Прошу прощения, господин барон, за мои необдуманные слова. Но, ситуации бывают разными, как и наниматели.

— Понимаю, — катнул я желваками. — Но слышать подобного больше не желаю. Это понятно?

— Более чем, — поджал губы Гор. — Ещё раз, прошу меня простить…

— Дальше что? — бесцеремонно прервал я безопасника.

— Я бы очень попросил вас, господин барон, в ближайшее время отказаться от незапланированных поездок по городу, — Гор внезапно стал серьёзен. — Да и от запланированных тоже придётся отказаться.

— Предлагаешь всё время сидеть в поместье? — озвученное меня не обрадовало, но я прекрасно понимал необходимость данного шага, и головной боли Гору подбрасывать не собирался. — И сколько это всё продлится?

— При идеальном раскладе, до момента выздоровления Йоко. Мне нужно выяснить, кто нанял убийц и что за организация возьмёт на себя ответственность за произошедшее.

— Значит так, — легонько хлопнул я по столу ладонью. — Безопасность Йоко — сейчас твоя головная боль. Ни один волос с её головы не должен упасть. Разрешаю задействовать дополнительное финансирование для выполнения поставленной задачи.

Йоко, Йоко… Знал бы, что с тобой будет столько проблем… Хотя кому я вру? Учитывая её уникальный талант, я бы всё равно вписался в этот блудняк.

Вот только сейчас мне нужно сохранить лицо.

Если её уберут, я понесу не только финансовые, но и значительные репутационные потери. А такие новости весьма быстро расходятся в «нашей» среде. Мне были не нужны шепотки в кулуарах, что он Сворты не могут защитить своих вассалов.

Каждому язык не вырвешь.

И моё положение сейчас настолько шаткое, что, сам того не понимая, я могу рухнуть на дно, никогда не выбравшись оттуда и не отмывшись от позора. Причём, мой возраст этому не помеха.

Все будут, прежде всего, смотреть на меня, как на Главу Рода. А уж потом вспоминать, что мне двенадцать лет. Жёстко? Возможно. Но я сам в это ввязался, чего теперь сетовать?

Взяв в руки трофейный клинок, я внимательно его осмотрел. За последнее время я столько раз держал его в руках, что мог по памяти вспомнить каждую царапину на его рукояти, каждую зазубрину на лезвии.

Обычный прямой кинжал.

Отполированная рукоять с неброской, но очень удобной гардой, бритвенно-острое лезвие и небольшое клеймо, располагающееся у самой рукояти — три полоски, одна из которых была немного длиннее своих товарок. Явно не штамповка — кованный.

— Я бы не рекомендовал пользоваться им, а тем более — появляться с ним на людях, — осторожно заметил Винсент. — Подобные клинки — внутренний знак принадлежности к какой-то определённой группе, полагаю. Так что, если вы попадётесь на глаза тем, кому не нужно — это приведёт к проблемам.

Моё мнение было, примерно, схожим, поэтому я лишь скупо кивнул, соглашаясь со словами Винсента. Вернув оружие на столешницу, я поднялся из-за стола.

— Значит так… Охрану поместья усилить, насколько это возможно. Раз. Второе — осадного положения никто не отменял. Любые попытки покинуть территорию пресекать и поступать соответствующе. Довести эту информацию до всех проживающих в поместье на данный момент в самые кратчайшие сроки, — продолжил перечислять я. — Особое внимание уделить моим сёстрам и Йоко, соответственно. Приоритет у них равный. Сколько охраны находится на территории в данный момент?

— Тридцать четыре человека, включая дежурную смену, — тут же отчитался Гор.

— Этого достаточно?

— Более чем, — кивнул Винсент. — Я взял на себя смелость распорядиться по поводу своевременной доставки продуктов и всего необходимого. Доставка будет производиться каждые два дня в десять часов утра.

— Избавь меня от организационных вопросов, — отмахнулся я. — Что по целителям? Они смогут обеспечить должный уход Симидзу?

— Да, всё в порядке. Всю необходимую аппаратуру и медикаменты уже доставили. Как вы и приказали, господин барон, её расположили в вашей комнате. Целители дежурят в соседней. Их тоже проверили. Чистые.

«За такие деньги, которые мы отдали этому жиртресту, — ругнулась демоница, имея в виду главврача, — можно было арендовать весь госпиталь и устроить там алкогольную вакханалию! Со шлюхами и „Блэкджеком“, — тут же едко отозвалась Миагозра. — Предоставили они. Меценаты хреновы».

— Сейчас её жизни ничего не угрожает. Восстановление продолжается, на это целители отводят примерно четыре-пять дней.

— Вот и отлично, — подытожил я. — Что-то ещё?.

Винсент поднялся со стула и выразительно взглянул на меня, будто собираясь что-то добавить.

— Не томи, а, — поморщился я. — Есть что сказать — говори.

— Речь о вашей сестре, господин барон.

С одинаковым успехом он мог сказать что о Нике, которая прогрессировала с пугающей скоростью, доводя своего преподавателя до икоты и седых волос, своими спонтанными вспышками магии, так и об Аурите, ставшей в последнее время весьма странной, отдалившись ото всех насколько это возможно.

— Хорошо, — принял игру я. — Какая из них?

— Речь о Нике. С её даром нужно что-то делать. Домашнее обучение — это, конечно, хорошо, но один наставник не справится. И здесь промедление играет не в лучшую сторону. Если с разрушениями в черте поместья ещё можно будет что-то решить, то вот с опасностью, которая угрожает самой девочке, нужно что-то делать уже сейчас. Да, какое-то время можно обойтись полумерами, купируя спонтанные вспышки, но — это не выход. Ей нужно полноценное обучение.

Пожалуйста. Ещё одна головная боль.

У Ники обнаружился довольно мощный дар стихийника, в частности владение огненной и земляной стихиями, что само по себе уже являлось большой редкостью. Не удивлюсь, если с течением времени прорежется ещё несколько граней.

Так бывает, что обычно магические способности выражаются в контроле над одним конкретным аспектом. Но если уже открыт второй, тем более — взаимоисключающий, то появление остальных, с большой долей вероятности, не за горами. И лучше бы было, чтобы развитие нового аспекта протекало под наблюдением опытного наставника соответствующего направления, знающего, что с этим «счастьем» делать.

— Хорошо, Гор. Я решу этот вопрос, — я поставил себе зарубку, чтобы переговорить с её наставником.

В дверь кабинета постучали.

— Господин барон, господин Гор, — торжественным тоном объявил дворецкий. — Прошу прощения, что отвлекаю, но к вам посетительница. Прикажете пригласить?

— Я и сама справлюсь, — послышался знакомый голос, которого я сегодня ну никак не ожидал услышать. — Тем более, как наставник Андера, я имею право беспокоить господина барона в любое удобное для себя время.

— Госпожа Малика, — Гор уважительно склонил голову.

— Чем обязан, госпожа он Фарен? — зубы резко заныли. — Тем более, в столь позднее время.

В этот раз Малика предстала перед нами в образе бизнес-леди.

Кремовый, с оттенком в кофейный, брючный костюм, подчёркивающий её стройную фигуру, забранные в высокий хвост волосы, минимум косметики…

Сейчас Малика он Фарен меньше всего походила на клирика, оставив от прежнего образа лишь бижутерию на пальцах. Готов биться об заклад — начиненную самыми убойными сюрпризами.

— Краем уха услышала об определённых проблемах, с которыми вы столкнулись, — спокойно произнесла она, без приглашения усаживаясь на диван для посетителей. — Решила, что вам не помешает дополнительная информация.

— Конечно, госпожа он Фарен, — едко заметил я. — Чувствуйте себя, как дома. Чаю?

— Не откажусь, — ослепительно улыбнулась она, ничуть не смутившись.

Я кивнул Георгу, который тут же исчез, чтобы отдать необходимые распоряжения.

— Итак? — мне снова пришлось присесть на стул.

— Невидимки, — начала Малика с места в карьер. — Они же — «Миеэнай».

Незнакомое слово чётко отсылало происхождением к чему-то восточному. Я уже примерно предполагал, что сейчас услышу.

— Да, вы правильно всё поняли, господин барон, — кивнула Малика. — Это японцы. Закрытая община, воспитывающая людей, для выполнения деликатных поручений. Наёмные убийцы, если быть точным. Но это не весь спектр их деятельности.

— Это каким таким образом наёмными убийцами из страны долбанного Восходящего солнца оказались лица европейской национальности? — саркастически заметил я, вспоминая внешности нападавших. — Или их специально учат широко раскрывать глаза на задании?

— Зря иронизируете, — не разделила моей весёлости он Фарен. — Несмотря на то, что их родиной действительно является Япония, эти ребята прочно опутали щупальцами всё, до чего смогли дотянуться.

— Ещё «Якудзы» мне здесь не хватало, — проворчал я.

— Якудзы?

— Неважно, — отмахнулся я, поняв, что это слово им было незнакомо, что свидетельствовало об отсутствии такого явления в этом мире.

Это уже радовало. Но не совсем, поскольку их, судя по всему, заменили эти «Миеэнай».

— Кто они вообще такие и что им потребовалось от Йоко? Твой племянник потерял терпение и решил всё же свести счёты с нами?

— Исключено, — отмела Малика моё предположение. — Не его калибр. Свои услуги «Миеэнай» не продают. Скорее, милостиво предоставляют, причём сильнейшим мира сего. И за очень большие деньги. Очень большие! Так что, склонна утверждать, что сегодняшнее нападение, скорее всего, связано с происхождением Симидзу. Кто она такая, Андер?

— Не думаю, что тебе нужно об этом знать, — вздохнул я. — Наших с тобой дел это никак не касается. А со своими проблемами и проблемами своих вассалов я разберусь сам. Без помощи он Фаренов, уж прости.

— Я же не против, — миролюбиво произнесла Малика, выставив перед собой ладони. — Только тут вот какое дело, мой мальчик. Если невидимки взяли заказ, то они его обязательно выполнят. И на это у них есть три попытки. Вернее, уже две. Уверен, что хочешь становиться между ними и этой девушкой?

«Это становится интересным, — неизвестно чему обрадовалась Миагозра. — Мне нравится».

Я, конечно, подозревал, что подковерные игры подле императоров часто сопряжены с загадочными смертями их отпрысков. Даже незаконных. Даже самых дальних родственников. Но что подобное коснётся меня, даже не предполагал.

— А по поводу девушки, — Малика сделала эффектную паузу. — Подозреваю, что ей просто не повезло с происхождением. Всё, буквально, кричит об этом. Ведь так, Андер? Я угадала?

Звук рингтона, прозвучавший звонкой трелью в полнейшей тишине, заставил меня непроизвольно вздрогнуть. Но, я был не в претензии, поскольку он избавил меня от ответа Малике.

— Барон он Сворт. Слушаю вас…