«Что ты собрался делать? — непонимающе спросила Миагозра. — Андрей?».

Не раз замечал за ней, что называла она меня моим старым именем только когда была чем-то взволнована. В остальном, никаких эмоций, кроме токсичности и язвительности она не демонстрировала. Ну да, за столько лет вполне можно научиться владеть собой на должном уровне.

Реанимационная палата была погружена во мрак. У дальней стены располагалась койка, на которой, под простынями, угадывалось тело.

Йоко Симидзу.

Подключённая к аппаратам жизнеобеспечения, сияющими, как новогодняя ёлка, опутанная трубками, присосками и остальным медицинским барахлом, в котором я ни в зуб ногой, она сейчас являлась идеальной мишенью. Заходи и вали наглухо, никто даже сопротивления не окажет.

У меня возникал закономерный вопрос: «Куда делась охрана, и какого чёрта два человека, выделенных Винсентом под это дело, одновременно покинули пост?». Ладно бы их уже «зачистили». Но тогда и Йоко была бы мертва.

Непонятно. Но вопросов к организации этого бардака у меня только прибавилось. И Гору придётся на них ответить.

В углу стоял шкаф, дверцу которого я тут же и рванул на себя.

— Не то, — окинув взглядом полки, я напряжённо выдохнул.

Ничего похожего на предметы, могущие облегчить мне задачу, не было. Зато нашлась обыкновенная утка.

«Только не говори, что туалет за дверью тебе нравится меньше, и ты решил сделать это в утку, — хмыкнула Миагозра. — Ты, вообще, нормальный? Нас сейчас гасить придут, а он с уткой возится».

Отвечать ей я не стал, тут же ринувшись в крохотный санузел, находившийся здесь же в палате, за узкой дверью.

Когда утка была наполнена водой, я метнулся ко входной двери и аккуратно вылил её содержимое на пол, следя за тем, чтобы лужа растекалась равномерно. Миа притихла, перестав комментировать. Я даже почувствовал её недоумение. Демоница понимала, что я делаю это неспроста, но пока не могла сообразить — зачем?

После четвертой утки, когда водная плёнка растеклась по полу реанимационной палаты, как было нужно мне, она витиевато, но одобрительно, выругалась.

«А ты хорош», — цокнула она языком.

— Спасибо, старался, — отмахнулся я. — А теперь самое сложное, Миа. Мне нужно, чтобы ты скрыла её ауру.

Тишина внутри стала осязаемой, как и заминка демоницы.

«А джемом морду тебе не намазать? — взорвалась она спустя пять секунд. — Я — демонесса. Причём, высшая, если ты забыл. Скрывать, маскировать и размазывать по теням — это не ко мне. Я могу ей только голову оторвать. Подойдёт?».

— Нет, — меланхолично ответил я, понимая, что без моего приказа она ничего такого не сделает, — Её голова, конечно, не ценнее твоей, но — близко к этому. Так что, она нам ещё понадобится, — забросив утку назад в шкаф, я снова осмотрелся. — Хорошо… Тогда поможешь мне, когда это понадобится. Я понимаю, что ты бережёшь силы, всё такое, только в данной ситуации — это неуместно, если хочешь, чтобы мы остались живы. Я потом найду, как нам их возместить. А пока, Миа, придётся немного потратиться.

«Да с тобой только одни траты, — прошипела Миагозра. — Да одни обещания!».

Я понимал, что следовало торопиться, поэтому мои манипуляции были спешными, но чёткими. Подойдя к кушетке, на которой лежала девушка, я взглянул на её умиротворённое лицо.

Она действительно была ценна.

И я говорю сейчас не о её уникальном даре. Прежде всего, меня интересовали её знания. Понимая, что если с Йоко что-то произойдёт, специалистов её уровня найти будет архисложно.

«Ну вот, — торжествующе проворчала Миагозра. — Наконец-то признал, что тебе её мозги нужны, чтобы вытащить свою задницу из той, куда ты угодил с „Импульсом“. А то — вассал, клятва, не могу бросить. Тьфу! В твоей скучной книге по этикету не писали, что лицемерие не поощряется в обществе?».

— Лицемерие? — хмыкнул я. — Я бы назвал это прагматичностью. Тебе знаком термин «подмена понятий»? Вот и не нужно это проворачивать со мной. И хочу заметить, что в здешнем обществе, лицемерие — догма. Это же аристо, забыла?

«Ой, не умничай. Лучше приготовься. Сейчас начнётся».

Сняв с себя кулон со встроенным щитом, я быстро надел его на Йоко и тут же скользнул к ближайшей стене, где затаился за тяжёлым передвижным аппаратом УЗИ, откуда входная дверь была, как на ладони.

Причём огоньки аппаратуры прекрасно отсвечивали поверхность водной плёнки и отлично маскировали мою щуплую фигуру. Светлый халат, светлая стена. Не абы какой камуфляж, но пару секунд выиграть даст. А Миа позаботится о нашей с ней тушке на тот случай, если эти ниндзя доморощенные вооружены огнестрелом.

Как говорили в моём родном мире: «Если вы хотите быть зарезаны — носите с собой нож. Застрелены? Тогда пистолет!».

Мне, по роду деятельности, в подобные приметы верить не полагалось. Пальцы нащупали в кармане холодный металл «Докера». Один барабан. Аргумент на крайний случай. И этот крайний случай обязательно наступит, если руководствоваться моим богатым опытом.

Дверь отворилась бесшумно.

В голове промелькнула мысль, что на этот раз престижность клиники играет со мной весьма дурную шутку. Сейчас гораздо проще бы было действовать в каком-нибудь муниципальном заведении, со скрипучими полами, дверными петлями и сквозняками, которые хорошо доносят запахи.

А здесь, мать его, стерильность. Приходи тихо и убивай спокойно кого хочешь. Полная демаскировка, чтоб её.

Именно в этот момент вода на полу пошла рябью. Не вся. Лишь в метре от входа, словно кто-то бросил маленький камешек.

Как раз на том самом месте, куда должна ступить нога открывшего дверь. И судя по отпечатку, невидимка сделал шаг и замер.

Нос уловил лёгкий запах гвоздики. Вот значит какой оттенок имела магия сокрытия?

Уверен, что визитёра смутила лужа вокруг двери, которой не могло быть в этом помещении.

«Шагнул правой ногой, — цепко и бесстрастно отметил мозг. — Не военный, значит. Те с левой встают даже с кровати до ветру. А может и военный… Хрен его знает, какие у них тут требования к строевой подготовке».

На воде появился ещё один круг. Отлично. Решился, значит.

Адреналин тут же ударил в виски. Тот знакомый мандраж перед тем, как вот-вот нужно будет действовать. Вопреки здравой реакции тела, разум оставался холодным.

Я проживал подобное сотни раз, поэтому чётко знал: как только нужно будет работать, руки дрожать перестанут, а мозг разгонится до скорости, которая будет комфортной для выполнения поставленной передо мной задачи.

На воде появилось ещё несколько кругов.

Воображение само дорисовало силуэты, расположение ног, корпусов тел, поскольку демонические способности Миагозры пока использовать не представлялось возможным. Слишком большое расстояние, и слишком мало у нас сил, чтобы врубить определение ауры на полную и «дотянуться».

Первый хлопок прозвучал слишком громко, чтобы можно было списать на случайность. Следующие выстрелы были тише, но в общей сложности я насчитал четыре.

Всё-таки, незваные гости явились с огнестрелом. Оставалось надеяться, что амулет, которым я снабдил Йоко, помог. Невидимки отработали по койке, испортив казённую простынь в четырёх местах.

На простынь мне было, конечно, плевать, но вот за попытку нападения на вассала Рода он Сворт придётся ответить.

Мой «Докер» глушителем снабжён не был, поэтому громыхнуло знатно.

«Миа, чешую! — рявкнул я мысленно, высадив три патрона по первичному засвету. И если первые два, видимо, поглотились каким-то щитом, то третий сдул всю маскировку с нападавшего. Пошатнувшись, фигура грохнулась на пол. — Работаем!».

Мышцы рвануло острой болью, а в следующее мгновение, Миагозра частично перехватила контроль над моим, уже видоизменённым, телом, нарастив чешую на лице, груди и ногах. Что примечательно, спину она трогать не стала. Может, реально, сил у неё на донышке?

В мгновение ока мы оказались около двери, но даже этого короткого промежутка хватило, чтобы принять грудью две пули, выпущенных вторым нападавшим. Больно!

Как только мы сократили дистанцию, силуэт невидимки подсветился.

«А вот теперь, дружочек, не обижайся, — только и успел подумать я, прежде чем моя когтистая лапа наотмашь ударила нападавшего в район живота. — Н-на!».

Я ожидал всего: что удар разорвёт его напополам, что, как минимум, мы выпустим ему кишки… Но никак не того, что обсидановые когти лишь бессильно скользнут по магической защите невидимки, а нападавший огрызнётся ударом ноги, отправляя меня в короткий полёт, закончившийся в жалобно треснувшей дверце шкафа, откуда я брал утку.

Связки снова рвануло, и на этот раз я понял — Миа только что прибавила работы целителям. Но в данный момент я ей был очень благодарен, поскольку, каким-то невероятным образом, демоница сумела уклониться от трёх пуль. Понятно, что она просто просчитала траектории выстрелов, но здоровья моему телу это не прибавило.

Последний раз я так раскорячивался в школе. Третья четверть, акробатика, как сейчас помню. Но и тогда я умудрился потянуть ногу. Что будет сейчас, после таких кульбитов, пока не хотел думать. Выжить бы, для начала.

Всплеск её гнева я почувствовал прекрасно. В глазах расплылась багровая пелена, я услышал скрип собственных зубов, а потом мир смазался.

Мой костыль уже давно перетёк в форму короткого кинжала, порхая между пальцами демоницы, словно у циркового умельца, промышляющего представлениями на базарной площади.

Щит невидимки начал сверкать, словно гирлянда, от попаданий. Миа уклонялась от клинка, которым был вооружён убийца. Причём, владел он им очень виртуозно, заставляя Миа попотеть.

Понятно, что имей она нормальный запас сил, этот субчик уже лежал бы нарезанный на красивые красные ленты. Но сейчас, имея в запасе крохи, демоница была вынуждена рассчитывать каждую крупицу, чтобы не проиграть.

Мы не имели на это права.

И вот, наконец, щит мигнул последний раз, а когти Миагозры с чавканием впились в грудь невидимки. Рывком протолкнув пальцы на всю длину, от чего нападавший жалобно всхлипнул, демоница собиралась закончить это своим излюбленным способом — выдрать ему сердце наружу.

— Стоп! Миа, нет! — из видоизменённого горла вырвалось рычание. — Он нужен!

«Он не жилец, — рявкнула демоница, сжимая пальцы и поднимая вздрогнувшее тело в воздух. — Я ему сейчас рожу обглодаю!».

«Нет! — твердо произнёс я. — Хватит, я сказал».

Её желание крови и ярость чувствовалась. Я ощущал, как ей хочется наплевать на мой приказ и размотать внутренности мужика по всей палате, не обделив вниманием даже потолочный светильник. Но, она, всё же, подчинилась.

Рывком выдернув пальцы из раны, она позволила телу упасть на пол, рядом с его товарищем.

— А ты всё же сделала по-своему, да? — недовольно проворчал я, увидев вывернутую под неестественным углом руку нападавшего. Ту, которой он держал клинок. Я даже не заметил, когда она это провернула.

«Спасибо скажи, что не оторвала, — огрызнулась демоница, постепенно успокаиваясь. — Ну ты видел? Эта тварь осмелилась нас пнуть. Я ему что, дворняга?».

— Тихо, — успокаивающе прошептал я, снова почувствовав всплеск багровой ярости. — Всё. Давай теперь нормально поговорим с ним.

В палате воцарилась тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием раненого и тихим писком аппаратуры.

Маскировка невидимки окончательно развеялась, проявив жилистое сильное тело, которое не смог скрыть даже мешковатый темно-серый комбинезон. Сквозь прорезь маски меня ожёг яростный взгляд. Ты гляди, ещё что-то пыжится, не спешит подыхать.

«Сильное тело, — облизнулась Миа. — Может…».

— Нет, — отрезал я, понимая, куда она клонит. — Не здесь точно.

— Ты… кто… такой… — слова давались невидимке с трудом, перемеживаясь с толчками крови изо рта, окрашивая маску на лице в бурый. — Ты… исчадие… сдохнешь…

Клинок нападавшего валялся неподалёку, и я понимал, что он даже в самом безнадёжном рывке не сможет до него дотянуться здоровой рукой.

Да, недооценивать его не стоило, поэтому некую дистанцию я, всё же, выдержал. Но он — не жилец. С такими ранами долго не протянешь.

— Так расскажи мне, — руки немного подрагивали, сжимая вытащенный из кармана «Докер», но это не помешает всадить в него пулю, как только он попытается дёрнуться. — Кто вас послал?

— Узнаешь, — даже под окровавленной маской был виден его оскал. — Скоро… узнаешь…

— Знаешь в чём ваша ошибка? — хмыкнул я. — Вы приходите на перестрелку с ножами.

Прогремел выстрел, тело дёрнулось и окончательно затихло.

«Ты рисковал, — недовольно заметила Миа. — Тратить последний патрон на столь рискованный выстрел в голову. Ну, такое себе».

— Постреляй с моё, а потом замечания делай, — выдохнул я, присаживаясь около трупа. — Ты бы меня подстраховала, дорогая. Так что, я ничем не рисковал. Тем более, если бы у него были ещё какие-то артефакты или сюрпризы, вряд ли ты меня к нему так легко подпустила.

Стащив с врага маску, стараясь не запачкать пальцы в кровь, я всмотрелся в его лицо. Я понимал, что под маской не увижу ничего знакомого, но я должен был его видеть. Привычка, вбитая много лет назад. «Лица, номера, детали… Никакая информация никогда не лишняя».

«Знаешь, — протянула Миагозра, и в её голосе прозвучало странное, восхищённое удовлетворение. — Я не верю, что это говорю, но из тебя бы получился хороший владетель доминиона. Лучше многих».

— Что я слышу? Великая Миагозра решилась предложить мне руку, сердце и хвост? — нервно фыркнул я, поднимая с пола один из клинков нападавших. — Спасибо, конечно, за предложение, но межвидовой секс — это извращение. Я больше, знаешь ли, по человеческим женщинам, дорогая.

«По манной каше ты сейчас, — зло огрызнулась демоница, не оценив шутки. — Никогда! Слышишь, никогда я себя не предлагала. Меня всегда добивались! Всегда! Лорды, владетели, великие демоны!».

— И что? Добились? Или добили, Миа? Иначе, почему ты здесь?

«Дрянь! — проревело в голове. — Мелкая паршивая дрянь с грязным языком!».

Я не стал отвечать демонице, почувствовав, как сознание очистилось от её присутствия. Обиделась, наверное. Но ей полезно.

Сбить спесь с Миагозры мне удавалось нечасто. И всегда это оканчивалось сначала добровольным затворничеством, потом демонстративным молчанием, потом подчёркнутым официальным общением, а потом она на некоторое время становилась нормальной. Той, с которой можно вполне нормально пообщаться, пока её снова не начнёт заносить на поворотах от собственной феноменальности.

Жестко? Возможно. Но это существо уважает только ум и силу. И по-другому с ней нельзя, иначе это закончится очень плохо.

Демоны коварны. А эта особа переплюнет всех их вместе взятых.

Грудь вздымалась порывистым дыханием, а сердце грозило выскочить из груди.

«И это я ещё не курил ни в одной из жизней».

Стоя над поверженным врагом, сжимая в одной руке пистолет с пустым барабаном, а в другой — вражеский клинок, который решил забрать, как трофей, я осознавал, что первый раунд остался за нами. Но игра с теми, кто решился устранить Йоко, только начинается. И проигрывать я её не собирался.

Сунув трофей за пояс халата, я наклонился и подобрал свой «штар».

Адреналин в крови продолжал бушевал, но горячка короткой схватки уже отпускала, позволив услышать мерный и обнадёживающий писк кардиомонитора, свидетельствующий о том, что Йоко жива.

Сейчас это была победа, которая по-настоящему имела значение.

Амулет связи на моей шее коротко протрещал, а в следующую минуту в двери показался массивный силуэт.

Реакция была молниеносной. Рука вскинулась навстречу угрозе, а палец уже выбирал свободный ход спусковой скобы.

— Свои, господин барон, — замер Винсент, выставив руки. — Мы здесь, всё в порядке. Вы целы?

Вздохнув, я опустил руку, после чего, не торопясь, убрал «Докер» в карман халата. Штар в моей руке дрогнул, меняя форму, вновь превращаясь в костыль, на который я с облегчением опёрся.

— Я так понимаю, что эти парни, — указал я костылём на распростёртое тело, — были не свои?

Винсент промолчал, чётко поняв, что я пребывал в ярости

— Три запасных барабана и кобуру под моё телосложение, — сухо произнёс я. — Я его оставляю себе. А теперь, Винсент, потрудись мне объяснить, что за херня здесь творится?

— Господин барон., — мрачно начал начальник охраны, но я его перебил.

— Пять. Мне нужно пять барабанов. А теперь продолжай.

«Шесть возьми, — напоследок огрызнулось в голове. — Целиться, забыв, что у тебя пустой барабан — нужно быть полным недоумком!».

Кто бы сомневался, что последнее слово останется за ней?