Вскоре стали происходить невероятные вещи… Из земли начали подниматься огненные столбы. Пламя засияло ярким оранжевым светом, создавая впечатление, что весь мир погружен в огненную пелену.

Затем засиял и перстень. Его мягкий свет озарил пещеру. После чего, словно откликаясь на слова Зорянкиной бабушки, начала медленно оживать золотая статуя змея.

Сначала она просто подняла голову вверх. Ее каменные глаза медленно открылись, и она, будто в поисках чего-то очень важного, обвела глазами тех, кто посмел потревожить ее.

– Ш… ш… ш… – эхом разнеслось по сводам, заставляя кровь стыть в жилах.

В тот же миг задрожала земля, и статуя, сорвавшись со своего места, поднялась в воздух.

– Ш… ш… ш…

Змей поплыл над головами тех, кто стоял в кругу. Его движения были грациозными и плавными, словно статуя была абсолютно живой.

– Ш… ш… ш…

И вдруг пещера наполнилась грохотом. Огненные столбы взметнулись выше, заставляя потолок казаться раскаленным куполом.

– Ш… ш… ш… – шипел змей.

И тогда Ягинда начертила рунический знак, схватила перстень и бросила в раскрытую змеиную пасть.

В тот же миг в воздухе повис густой туман, окутав друзей плотным одеялом.

– Пусть все вернется на свои места! – прокричала Ягинда.

Словно ожидая ее приказания, туман начал рассеиваться, и пещера приобрела свои привычные очертания.

– Ну вот и все, – выдохнула Ягинда. – Все закончилось.

– Бабушка, мы сделали это! – воскликнула Зорянка, сияя от радости.

Ягинда окинула взглядом пещеру. Все вместе они действительно сделали невозможное. Открыли проход между мирами и вернули все на свои места. Даже статуя змея осталась неподвижной, словно никогда не оживала. Лишь малахитовый перстень, лежащий у ее подножия, служил напоминанием о том, что они только что пережили.