– Олег, почему ты все время пытаешься выставить меня чудовищем? Я совсем не такая! – возмущенно восклицает Лана. – Не могу уже больше, это невыносимо! – глаза сестры наполняются слезами.

– Угу, я не такая, я жду трамвая. Последний раз предупреждаю, здесь ты должна быть как тень незаметной, пока ждем результатов теста. Иначе как пробка вылетишь. Тише воды ниже травы, поняла? И заруби себе на носу, в любом случае, какие бы ни были результаты теста на отцовство, ты все равно здесь не останешься. Решим, как будет проходить общение с девочкой, но не более того.

– Мне пора, Анна Игнатьевна скажите пожалуйста Олесе, что я уехала, но скоро вернусь, – отхожу от спорящих, слишком уж это неприятная сцена.

– Маш, ты куда собралась? – Олег подходит ко мне, спрашивает, нахмурившись.

– Можно я тебе потом объясню? – совсем не хочется объясняться при Лане.

– Хорошо, возьми машину. Юра тебя отвезет, – кивает Дубровский.

Лана молчит, плакать передумала, но смотрит на нас с возмущением.

– Ого, у нас еще одна новая гостья? – громкого голоса Аристарха Ивановича Лана подпрыгивает. Старик стоит как раз позади нее. Да и я слегка дергаюсь. Неужели предстоит еще одна сцена?

– Дед, я сейчас провожу Машу, попрошу водителя отвезти ее по делам, и мы поговорим в твоем кабинете, – быстро произносит Олег.

– Звучит тревожно, – усмехается Дубровский старший. – Что ты опять натворил, мой непутевый отпрыск?

– Сначала я провожу…

– Да понял я! Еще из ума не выжил! – психует Аристарх Иванович. – Одно слово, непутевый! Спросить ничего нельзя!

Дубровский хватает меня за руку, и уводит на улицу.

– Я сочувствую тебе, и мысленно с тобой, – говорю Дубровскому сочувственно, когда выходим из дома.

– Куда ты собираешься, Маш? Мне просто хочется быть в курсе.

– Мне нужно в детский дом съездить, я забыла тебя вчера предупредить. Звонила Евгения Зиновьевна, просила подъехать насчет документов по опеке. Не хотела при Лане говорить.

– Об этом я уже догадался, – морщится Олег. – Хорошо, поезжай, жаль только, что я не смогу с тобой. Никакого желания находиться в одном помещении с двумя гарпиями.

– Спасибо. То есть, я в тебя верю. Ты справишься.

– За что спасибо, Маш? – улыбается грустно.

– Ты заступился перед сестрой, – смущаюсь. – Наверное, разговор с Аристархом Ивановичем непростой выйдет, – добавляю, подумав. – Жаль, что мне надо ехать, я бы хотела тебя поддержать.

– Ну, во-первых, ты и так меня поддерживаешь, Маш. А во-вторых, сам заварил эту кашу. Забыл я про Аньку. Звал ведь ее сюда, это правда. Зачем, с какой радости? Сам не могу на этот вопрос самому себе ответить. Она меня подставила сильно. Но все изменилось. Даже ее подстава в итоге мне счастье принесла. Тебя.

Произносит это так просто и буднично. Слышать такие слова невероятно приятно.

– Ты собираешься рассказать Аристарху Ивановичу про Олесю? – меняю тему. – Я вообще то это имела в виду. Может дождаться результатов теста? Чтобы не тревожить пожилого человека впустую.

– Да обе эти гостьи не к месту, – морщится, как от зубной боли Дубровский. – Надо как можно скорее с обеими разделаться. В смысле, отправить как можно дальше отсюда. И нет. Не буду я как испуганный мальчишка за молчанием прятаться. Дед имеет право знать, откуда еще одна гостья у нас взялась. Тем более что Аристарх больше всего на свете ненавидит именно моменты, когда от него что-то скрывают. Просто не выносит такого. Наворотил я конечно, – нервно ерошит волосы Олег. – Еще и ляпнул вчера деду, что умею предохраняться. А сегодня расскажу старику о потенциальной внучке.

– Меня тревожит как он отреагирует, – признаюсь приглушенно.

– Да счастлив он будет. Леська чудо. Ты сама как думаешь, моя она?

– Я боюсь думать на эту тему, прости, – вздыхаю удрученно. – Насчет дедушки я поняла тебя. Конечно, ты прав. Никто не любит быть в неведении. Потом идиотом себя почувствуешь. Чтож, тогда могу лишь пожелать тебе удачи…

– Спасибо, моя хорошая.

Олег Обнимает мое лицо ладонями и дарит нежный чувственный поцелуй. У меня щеки горят все сильнее. Такое чувство, что за нами подглядывают. Что очень даже может быть правдой. Это очень похоже на Лану.

– Ладно, до встречи, – мягко высвобождаюсь из объятий Олега. – Разбирайся со своими женщинами.

– Они точно не мои женщины. Только ты, Маш. Пожалуйста, потерпи немного.

– Хорошо, Олег.

– Ну все, поезжай…

Дубровский

Когда возвращаюсь в дом, застаю в гостиной деда, уже одного.

– И где эта стерва? – озвучиваю свои мысли не слишком вежливо.

– Испарилась. Где ты только берёшь таких мерзких особей, Олег, – дед укоризненно качает головой.

– Сам не понимаю, – усмехаюсь. – Хорошо, я тебя слушаю. Ты можешь сказать теперь все что думаешь обо мне. Но лучше пойдём в кабинет, чтобы нас никто не прервал.

– Твоя правда. Не дом стал, а проходной двор. Вот это я дожил.

– Тебе лишь бы поворчать.

– Да, а ты как думал? Доживи до моих лет, – кивает Аристарх.

Закрываю за дедом дверь кабинета, готовясь к моральной порке. Мой любимый родственник никогда не щадит ничьи чувства, все прямо говорит, что и как думает.

– Ну, знаешь, Олег! Как только я подумаю, что ты уже ничем меня удивить не можешь, ты снова вытворяешь что-то из ряда вон выходящее. Растить тебя было непросто, но я думал, что во взрослом возрасте ты уже сюрпризов приносить не будешь. Но похоже, я сильно ошибался.

– Ещё ничего не известно дед. Я эту женщину не помню. Верить ей на слово не собираюсь. Тест ДНК осталось ждать недолго.

– Ладно, не оправдывайся. В конце концов, это было восемь лет назад. Ты не обязан всех своих баб помнить. В этом не собираюсь тебя осуждать. Тем более, Олеся – чудо. Если окажется, что она моя родная внучка, я буду счастлив. Лучшего подарка и пожелать нельзя.

– Согласен. Что же, и на том спасибо, дед, что лекции не читаешь, – усмехаюсь.

– А сейчас по-твоему, что было?

– Хорошо, читаешь, но коротко и по делу.

– Олег, ты должен самое главное сделать, чтобы Марию эта история не затронула.

– Не уверен, что это возможно.

– Ну или затронула минимально. Совсем её это не может не коснуться, и она очень переживает. Я это сразу заметил. Она очень хорошая девушка, Олег. Вот эти две другие, которые здесь каким-то непонятным образом оказались, и мизинцы её не стоят. Разберись с ними как можно скорее.

– Наши мнения с тобой в этом вопросе полностью совпадают. Теперь я могу идти?

– Иди, Олег.

***

– Анна Игнатьевна, – заглядываю на кухню. – В какую комнату вы определили первую гостью? Мне с ней поговорить надо.

– Вы про Анну? Ваша гостья с утра почувствовала себя плохо. Лежит в постели, попросила вызвать доктора. Он как раз у неё. Вы же просили его вызвать, чтобы женщина сделала анализы.

– Да, очень хорошо. Спасибо вам за оперативность. Кстати, и что у неё болит?

– Сказала, что у нее раскалывается голова. Видимо, давление.

– Хорошо, спасибо, Анна Игнатьевна. Я все же зайду к ней.

Подхожу к комнате, из нее как раз выходит доктор. Мы давно знакомы, Карим Таирович и деда наблюдает, и мне самому пару раз доводилось к нему обращаться. Очень опытный и главное не болтливый.

– Ну и как наша больная?

– Пусть несколько дней соблюдает постельный режим. Думаю, скоро все пройдет. Я выписал лекарства, дал ей успокоительное. Ну и нервничать конечно нельзя.

– А тест на беременность она сделала?

– Конечно, как вы велели, я взял у неё кровь на анализ. Результат будет готов к вечеру.

– Спасибо большое, Карим. Держи меня в курсе.

– Конечно, обязательно.

– Очень хорошо, тогда жду скорой информации.

Толкаю дверь, захожу в комнату бывшей любовницы. Аня, сидевшая на постели с телефоном, тут же плюхается на подушку и принимает скорбный вид.

– Олег! Мне так плохо! Просто не понимаю, что со мной!

– Думаю, ты очень любишь разыгрывать драмы.

– Почему ты такой жестокий?! Я слышала, что у тебя ещё одна любовница тут нарисовалась? Олег, как ты можешь? Ты же сам меня сюда позвал! Это твоя месть за мое интервью? Но ты даже не поинтересовался, почему я так сделала!

– Мне не интересны твои причины. Да, я сделал ошибку. Позвал, потому что был идиотом. Хорошо, что смог прийти в себя и трезво оценить ситуацию.

– Какую ситуацию?

– Нашу с тобой. Подумал как следует, и понял, что у нас с тобой все в прошлом. Ты ведь и сама это понимаешь?

– Нет не понимаю! Ты просто хочешь меня помучить! Поэтому притворяешься, что тебе нравится эта девица без рода без племени.

– А ты, можно подумать, благородных кровей? – морщусь. И правда, где раньше были мои глаза? Как я мог заинтересоваться такой ограниченной и грубой бабой? – Короче, как только придут результаты теста, ты отсюда валишь. Я согласился на этот цирк только ради деда. Не хотел лишний раз спорить. Если ты беременна – это не мой ребенок точно. Если попытаешься навесить на меня чужую ответственность – сильно пожалеешь. Больше я не спущу твои бесячьи игры.

– Ты! Сам! Меня позвал! Прекрати немедленно! Ты меня не выгонишь, я никуда не собираюсь, понял?

– Извините Олег Николаевич, – в комнату заглядывает Анна Игнатьевна. – Там приехал Павел Данилович. Сказал, что вы ждете от него информацию. Он в кабинете.

Да, спасибо большое, Анна Игнатьевна. Я иду.

В солнечном сплетении образуется болевой узел. Как будто меня только что хорошенько кулаком угостили.

Наверняка тест на отцовство готов. Лана – чудовищно кошмарная баба, но если Олеся окажется не моей…

Мне больно от этой мысли.

Тянуть нет никакого смысла.