Я быстро проглотил свою порцию овсяной каши и дольку грейпфрута, сделав большой глоток кофе, чтобы перебить неприятное послевкусие. Доктор Левин негромко хмыкнул и снова развернул газету.

— Видите? Не так уж это и сложно.

— Немного непривычно. — отозвался я. Мрачные взгляды Рона и Сириуса, которые до сих пор не расправились со своими порциями, Левин успешно игнорировал.

— Что делать? — философски сказал он. — Даже магическая медицина несовершенна. И для работы некоторых зелий необходимо соблюдать определенную диету. К тому же, фрукты и сами по себе должны быть в рационе.

— Без соли и без сахара — пробурчал Сириус, свирепо ткнув свою дольку грейпфрута вилкой.

— Именно. — спокойно подтвердил Левин. Слегка опустив газету, он обвёл всех обитателей стола внимательным взглядом. — И вообще, берите пример с мистера Поттера. Он единственный в доме, кто соблюдает мои рекомендации без детских капризов.

— Не надо использовать меня, как щит, доктор. — открестился я.

— А как иначе обратить их внимание на положительный пример? — переспросил доктор и сложил газету. — Так или иначе, нам с мистером Поттером пора заняться делом. А вы заканчивайте завтрак, нечего тянуть.

Рон и Сириус одновременно недовольно скривились, близнецы явно думали о чем-то своём, перешептываясь, Джинни молча мелкими глотками тянула чай и читала журнал. Она к рекомендациям доктора относилась нейтрально, и к измененному меню привыкла довольно быстро, хотя и честно сказала, что в Хогвартсе думать забудет соблюдать подобную диету. Мы прошли коридор и спустились на задний двор. Я выпил протянутый флакончик с зельем и потянулся, разогревая медленно мышцы.

За то время, что доктор пробыл здесь, утренние тренировки стали для меня привычным делом. Может быть сказалось и то, что я с первого курса играю в квиддич, не знаю. Но мне определенно это нравится. После разминки я погрузился с головой в выполнение всего, что мне скажет доктор. Бег, прыжки на скакалке, отжимания, подтягивания… Да даже тянуть шину с помощью резинового троса было не так сложно, как в самом начале. Через несколько подходов доктор добавил шине веса с помощью заклинания, двигаться я стал чуть медленнее, но тренировку всё-таки закончил. И теперь я больше не валился на землю без сил, как это было в самом начале моего нового режима. Перекинув трос через плечо, я отволок шину обратно на место и ещё раз с удовольствием потянулся, посмотрев наверх. Задний двор полностью закрывал полупрозрачный купол, по которому медленно стекали капли дождя. Эти чары были, может, и легче зачарованного потолка в Большом зале, но всё равно впечатляет…

— Как твои кошмары, Гарри? — осведомился доктор, быстрыми движениями взмахивая палочкой.

— Они прекратились с тех пор, как мы начали тренировки. — ответил я и невольно улыбнулся. — Теперь засыпаю, стоит только коснуться головой подушки. Безо всяких снов.

— Ну вот видишь? Много пользы от самых простых физических упражнений. — покачал головой Левин, но тут же довольно улыбнулся. — Хотя должен сказать, что у тебя достаточно хорошая база. Если продолжишь также интенсивно работать, после совершеннолетия получишь очень хорошую форму.

— Это из-за магии? — с любопытством переспросил я, по взмаху руки следуя за доктором.

— И из-за неё тоже. Вообще подростковый возраст хорошо подходит для работы над собой, главное — действовать без перегрузок. — кивнул доктор, когда мы вошли в дом, отечески хлопнув меня по плечу. — Теперь можешь делать, что тебе угодно. А я пойду напомню о распорядке дня твоему крёстному отцу. После обеда поднимись в кабинет, займёмся окклюменцией.

— А почему мы занимаемся окклюменцией после обеда, а Сириус — после завтрака? — не удержался от вопроса я.

— Потому что у всех разные периоды мыслительной активности. — наставительным тоном заметил доктор. — Ты заметишь это за собой, когда станешь чуть старше. Некоторые вещи лучше всего удаются в конкретное время и в конкретных условиях. А всё остальное — дело личной дисциплины и мотивации. А теперь брысь, молодой человек.

— Спасибо, док. — улыбнулся я. Несколько часов до обеда я провел в компании всех Уизли на заднем дворе. Благодаря куполу, который возвёл доктор Левин, мы получили возможность играть в квиддич в любую погоду. Почему бы ей не воспользоваться?

***

— Как там Гарри? — приподнялся было с кресла Сириус, но Левин сразу же властно махнул рукой.

— Прекрасно. Очень перспективный и деятельный молодой человек. — проговорил доктор, пальцем поманив в свою сторону ближайшее кресло. Кресло направилось к нему, комично ступая по ковру короткими лакированными ножками. С удовольствием откинувшись на спинку, доктор соединил длинные пальцы в замок и посмотрел поверх них на Сириуса.

Блэк давно уже не был школьником, но почему-то в такие моменты он ощущал отчетливое чувство неловкости. Немного поёрзав на своём месте, Сириус запоздало обрадовался, что в этом кабинете не было портретов. Да и вообще все занятия всегда проходили один на один.

— Итак? — вопросительно проговорил Левин. — Вы выполняли указания, которые я вам давал в прошлый раз?

— Да. Но только всё это бестолку. — угрюмо поджал губы Сириус и посмотрел на ковер.

— Позвольте? — переспросил Левин с долей насмешки в голосе. — И отчего вы так думаете, юноша?

— Бросьте, док. Вы хорошо знаете, что окклюменция всегда давалась скорее Регулусу, чем мне. И прекратите меня, наконец, так называть! — раздраженно вскинул голову Сириус.

— Так прекратите и вы вести себя, как юноша. — указал Левин, заговорщески поддавшись немного вперед. — Будьте мужчиной. А что до окклюменции, то её может освоить каждый при должном усердии. В данном случае природные способности играют всего лишь роль того, как быстро вы добьётесь мастерства. Более того, от вас не требуется даже этого. Для начала я прошу вас взять себя под контроль. Неужели это так сложно?

— Нет! — с досадой воскликнул Сириус и тут же глубоко вздохнул. — И да. Вы не хуже меня знаете наш семейный темперамент.

— Прекратите оправдываться, юноша. — чуть нахмурился Левин и снова откинулся на кресло. — Давайте начнем с базовых упражнений. Глубокий вдох, закройте глаза, если вам так будет легче…

Но легче не становилось. Всё, что чувствовал Сириус — нарастающий ком раздражения, на которое доктор не обращал никакого внимания. И заклинание, как всегда, применил неожиданно. Гостиная и сам доктор внезапно растаяли, уступив место возникшему воспоминанию.

***

Мать сидела в своем излюбленном кресле рядом с жарко полыхающим камином и разложила шитье на коленях, напевая под нос какой-то романс. Регулус лежал на диване, убрав в сторону подушку и разместив затылок на жёстком подлокотнике. Отца не было, он работал над бумагами в своём кабинете, но и без его присутствия Сириус чувствовал себя здесь лишним. Поймав на себе пронзительный взгляд матери, он неуютно поёрзал в кресле. Минуты, пока мать делала длинные стежки, казались ему мучительными. Наконец, он не выдержал и прочистил горло.

— Так ты отпустишь меня? — вышло слишком уж грубо для просьбы, но сейчас Сириусу было на это плевать. Он устал ждать. И чувствовать себя буквально серой частью интерьера гостиной ему не нравилось.

— Мне казалось, что мы это уже обсудили. — обронила Вальбурга, прекратив напевать себе под нос и быстрее заработав иголкой. — Ты ещё не закончил с преподавателями по дуэлям и этикету.

— Я знаю этикет. — обрубил Сириус и презрительно добавил. — А учитель по дуэлям мне тем более не нужен, я лучший на потоке.

— Ты же не полагаешь, что я намерена довольствоваться стандартами Хогвартса? — иронично уточнила Вальбурга. Потом задумалась и отложила шитье. — Впрочем, если ты в себе так уверен…

— Абсолютно. — вздернул подбородок Сириус.

— В конце недели будет приём, на котором соберется вся наша семья. И я очень надеюсь, что ты проявишь себя должным образом. — медленно проговорила Вальбурга, Сириус молча раздраженно скрипнул зубами. Дурацкие традиции! Впрочем, если после этого не в меру растянутого ужина остаток лета он проведёт у Джеймса, тогда стоит потерпеть. Будто прочитав его мысли, мать усмехнулась. — А насчёт дуэлей… Что ж, у тебя есть шанс показать своё превосходство в зале. Регулус?

— Если это необходимо. — кивнул младший брат, поднимаясь и оправляя рубашку от складок. Сириус недовольно скривился.

— Это нечестно. Регулус всего лишь второкурсник, и он не сможет составить мне конкуренцию. Нельзя ли без этого обойтись? — на этих словах по лицу младшего брата отчетливо пробежала тень недовольства, но Сириусу было плевать. Ему отчаянно хотелось выбраться из этого дома.

— Пожалуй, ты прав, это не совсем честно… — задумалась мать и вдруг улыбнулась. — В таком случае уравняем шансы. Я не ограничиваю вас обоих в применении заклинаний. Можете использовать всё, что позволено дуэльным кодексом. Так тебя это устроит, Сириус?

— Устроило бы, если бы ты просто меня отпустила. — недовольно пробормотал Сириус, поднимаясь с кресла. Регулус слегка поклонился матери, кивнул ему и первым вышел из гостиной.

— Но это ведь будет легко для тебя? — уточнила Вальбурга, лукаво сверкнув тёмными глазами. По лестнице Сириус спускался в крайне пасмурном настроении. Если бы не капризы матери, он бы уже три дня как был у Джеймса! Вместо этого приходится тратить время на всякую ерунду… Ну ничего, он по-быстрому разберется с младшим и начнет собирать вещи. А после приёма в конце недели с родным домом можно попрощаться до самого Рождества…

Дуэльный зал в доме Блэков был очень просторным. Центр комнаты занимал огромный помост. У дальней стены в тени виднелись силуэты мишеней. Здесь всегда пахло жжеными свечами и почему-то можжевельником. Сириус взошел на помост, когда мать опустилась на скамью в первом ряду.

— На счёт три, мальчики. — скомандовала она. — И давайте на сей раз без спешки. Поклон!

Сириус небрежно поклонился, раздраженно дернув головой. Регулус был до странности спокоен. Вот они отсалютовали друг другу палочками, развернулись и разошлись, считая шаги.

— Раз, два, — отсчитывала мать, её голос взмывал до самого потолка. Брат слегка опустил запястье, уступая первое заклинание. Сириус про себя раздраженно фыркнул. Зачем всё это, если итак ясно, кто победит?! — Три! — закончила отсчет Вальбурга и возвела вокруг помоста купол защиты, Сириус взмахнул палочкой, посылая проклятье ватных ног, как вдруг…

***

— Что ж, будем считать, что вы постарались — сухо проговорил доктор Левин, пока взмокший от пота Сириус пытался отдышаться, оглушенный собственным пульсом. Медленно по вискам пробиралась головная боль.

— Я говорил: мне это совершенно не дается! Да и зачем мне действующая защита? Можно ведь просто надеть амулет. — раздраженно сказал он, выпрямляясь и убирая мокрые волосы со лба.

— Разумеется. — согласился Левин, наполняя чашку чая и жестом поманив к себе сахарницу. Как только три кубика опустились один за другим на дно чашки, он скомандовал. — Достаточно. — тщательно размешав сахар, Левин развернул и придвинул чашку к Сириусу. Сахарница самостоятельно вернулась на своё место возле заварочного чайника.

— Так почему не покончить с этим? — переспросил Сириус, взяв чай и сделав большой глоток. Он поморщился от сладости, но шум в ушах немного утих.

— Потому что, чтобы, как вы выразились, покончить с этим, нужно навести в вашей голове порядок. А для этого, юноша, придется коснуться некоторых воспоминаний. — ответил Левин, скептически хмыкнув. — То, что вы сами вспоминаете всё подряд, уже совершенно другой вопрос. Или это что-то личное?

— Странно от вас слышать о личном, учитывая, что вы перетряхиваете мои мозги, как тумбу с нижним бельем. — ядовито буркнул Сириус, ещё раз глотнув чай.

— В таком случае, вы сами позволяете мне открыть эту тумбу. — возразил доктор и добавил. — И кроме того, отвечайте на вопрос. Вы знаете правила наших занятий: врач и пациент должны быть предельно откровенны друг с другом.

— Вряд ли. Скорее всего, я просто вспоминаю всё подряд. — отрезал недружелюбно Сириус и поставил чашку на блюдце. — Давайте покончим с этим. У меня нет желания заниматься самоистязанием до вечера.

— Как скажете, юноша. — не стал спорить Левин, снова складывая руки в замок. — Глубокий вдох. Теперь расслабьте горло и произнесите: ом.

***

— Не понимаю, как тебе это может нравиться — скривился Рон. Тем временем, его ладья снесла с доски одну из моих пешек, и я задумался. — Есть по часам, спать по часам и постоянно пить зелья! Да этот доктор хуже моей матери, контролирует нас, будто нам по пять лет.

— Это несправедливо, Рон — покачал головой я, выведя своего слона из-под удара. — Доктор Левин пытается нам помочь. И его методы ведь действуют.

— Я рад, что тебе лучше, но он меня всё равно бесит. — уныло заключил Рон, недовольно глядя на шахматную доску. — Скорее бы Хогвартс, уж там мы от него избавимся. Ты писал Гермионе?

— Да. Она с родителями вернётся из Болгарии 1 сентября, мы увидимся уже в поезде. — ответил я. По лицу Рона пробежала тень, он поджал губы. — Что? — недоуменно уточнил я.

— Она поехала к Краму? — отрывисто переспросил Рон. И сделал очень глупый ход слоном. Он всегда делал ошибки, как только начинал поддаваться эмоциям.

— Может быть. — осторожно ответил я. — Это ведь её дело, разве нет? Её пригласили. И она согласилась.

На это мне Рон ничего не ответил. Настроение, поднятое было квиддичем, окончательно испортилось при упоминании Гермионы. Я вздохнул и постарался отвлечься. В конце концов, взаимоотношения моих лучших друзей — сугубо их личное дело. Я не собираюсь быть судьёй в этом споре. Пусть сами разбираются. Я понадеялся, что обед отвлечёт Рона от мрачных мыслей и не ошибся, увидев за столом профессора Дамблдора.

— Здравствуйте, профессор! — поздоровался я. Следом хором отозвались остальные Уизли, и торопливо заняли свои места за столом.

— Здравствуй, мальчик мой. Должен отметить, ты прекрасно выглядишь. — улыбнулся Дамблдор и теплым взглядом обвел всех обитателей стола. — Как проходят каникулы?

— Прекрасно, сэр. Но мы скучаем по Хогвартсу. — усмехнулся Рон. Дамблдор кивнул, улыбнувшись в усы и что-то негромко сказал Сириусу. Доктор Левин, чеканя шаг, вошёл в столовую. Остановившись взглядом на директоре, он удивленно приподнял брови.

— Брайан? Вот уж неожиданность. — хмыкнул доктор, усаживаясь за стол. До меня не сразу дошло, что Брайан — Дамблдор.

Директор же наоборот как будто обрадовался доктору, с улыбкой пожав протянутую руку.

— Серёжа! Здравствуй. Мы не виделись, кажется, со времён заседания суда в международной конференции? И то ты там пробыл не очень долго, насколько я помню.

— Моего терпения не хватило дольше, чем на полчаса. — отмахнулся доктор и разложил на коленях салфетку. — Ты знаешь, как я отношусь ко всей этой вредной общественной деятельности.

— Она не так вредна, как ты пытаешься представить. — снисходительно заметил профессор Дамблдор. — В конце концов, каждому волшебнику хоть раз в жизни приходилось обращаться в суд. Очень сложно представить, как бы мы до сих пор обходились без этого.

— Напротив, всё это чрезвычайно легко. — покачал головой доктор. — Мне вот до сих пор ни разу не приходилось иметь дела с судебными тяжбами. И я совершенно счастлив по этому поводу.

— Нельзя же мерить всех по себе, Серёжа. Впрочем, мой любезный однокурсник-райвенкловец никогда не утрачивают любви к хорошему спору. Приятно знать, что хоть что-то остается без перемен. — мягко заметил профессор, подмигнув ошеломленному Рону. Я тоже с любопытством посмотрел на доктора, было очень сложно представить его студентом, а тем более — однокурсником самого Дамблдора!

— Перемены переменам рознь, Брайан. — мимолетно нахмурился доктор Левин, и тут же взялся за ложку, как только домовики подали суп. — Однако, давайте есть. Остынет.

— Вижу, ты взялся обустраивать свои порядки? — с любопытством спросил директор, когда после супа последовал овощной салат с приготовленной на пару курицей, а в качестве десерта домовики вместо сладостей подали тонко нарезанные фрукты. — Кто же стал жертвой твоей помощи на этот раз?

— Очень остроумно. — вздохнул доктор Левин. Рон, близнецы и Сириус не сдержали смешков. — Но если серьёзно, у меня полный дом пациентов. А вот что здесь делаешь ты? Вряд ли у директора Хогвартса перед учебным годом много свободного времени.

— Ты прав, как всегда. — усмехнулся директор. — На самом деле, я зашёл поговорить с Сириусом. А когда узнал, что и ты здесь, то решил лично передать тебе вот это. — с этими словами директор движением заправского фокусника выудил из широкого рукава запечатанное письмо и левитировал его Левину.

Доктор отставил в сторону кувшин с йогуртом и быстро взломал печать, вытряхнув один лист из конверта. Я поймал себя на том, что отвлекся вместе со всеми, затаив дыхание.

— Гм. Проверка Азкабана? Это такая очень несмешная шутка? — поджал губы доктор, убирая письмо обратно в конверт.

— Почему же, это всё вполне серьезно. — без иронии проговорил профессор Дамблдор. — Когда Корнелиус прислал мне письмо с просьбой порекомендовать хорошего колдомедика, я сразу же подумал о тебе.

— Простите, но о чем речь? — откашлялся я, залив фрукты в своей тарелке небольшим количеством йогурта.

— Ну, иногда Министерство собирает комиссию, которая обязана следить за тем, чтобы у узников были приемлемые условия содержания. — нахмурился Сириус. Его лицо на минуту застыло, он остановившимся взглядом посмотрел прямо перед собой. Доктор громко, иронично фыркнул, нарушая тем самым неуютную тишину, повисшую было над столовой.

— «Приемлемые условия содержания»! — передразнил доктор Левин, убирая письмо за пазуху. — Если хотите знать моё мнение, в таких местах вообще содержать людей в принципе неприемлемо. Лучше бы заперли дементоров на этом острове, и дело с концом.

— Могу ли я рассчитывать, что ты согласишься? — сверкнул глазами весело директор Дамблдор, в столовой тут же как будто бы стало светлее.

— Думаю, за день-другой моего отсутствия пациенты не растеряют дисциплину. — обвёл взглядом обитателей стола доктор Левин. Я торопливо кивнул, Сириус слегка поскучнел. — И я настаиваю на ежедневной практике окклюменции. Упражнения вполне возможно выполнять самостоятельно.

— Это действительно так необходимо? — озабоченно уточнил директор. При этом его взгляд на секунду остановился на мне.

— Брайан, если я решил, что моим пациентам это нужно, то так и есть. — приподнял брови доктор Левин.

— Да-да, всё чётко по графику, мы поняли. — вздохнул Сириус. — Вы о чём-то ещё хотели поговорить, профессор?

— Пожалуй, пусть это будет сюрпризом для остальных. — улыбнулся профессор Дамблдор, остановившись взглядом на застывших статуями близнецах, которые безуспешно делали вид, будто очень интересуются десертом. Остаток обеда никто больше не говорил ничего серьезного, а стоило нам выйти, как дверь тут же замерцала ярко-синим цветом.

— Как думаете, что это за сюрприз? — с любопытством спросила Джинни.

— Не знаю, но надеюсь, не такой, как в прошлом году. — хмуро отозвался я и передёрнул плечами. — Лично мне сюрпризов хватило.

— Наш малыш Гарри,… — заговорщески начал Джордж.

— Похоже, взрослеет! — трагически закончил Фред.

— Да идите вы. — отмахнулся я и направился к лестнице. — Лучше пойду подготовлюсь к занятию.

— После поиграем в шахматы, Гарри? — спросил Рон, увернувшись от толчка братьев. Фред и Джордж одновременно хмыкнули и с оглушительным хлопком исчезли. Должно быть, аппарировали в свою комнату. — Ненавижу, когда они так делают. — потёр уши Рон.

— Да, поиграем. Ты с нами, Джинни? — спросил я, обернувшись.

— Не сегодня, я побуду с миссис Пимпл. Да и маме нужно написать, чтобы она не подняла паники. — ответила Джинни.

— Кто такая миссис Пимпл? — удивился Рон.

— Моя кошка, конечно! — закатила глаза Джинни, и первой поднялась мимо меня по лестнице.

— Я думал, ты ей кота подарил. — недоуменно уточнил Рон, когда перевёл взгляд на меня.

— Я не присматривался. — пожал я плечами и всё-таки пошёл в кабинет. Может, доктор Левин и освободиться позже, но на занятии по окклюменции нужно быть внимательным, как и всегда. Наверняка оно будет очень изматывающим.