До Перово, где обитала ведьма, Антон добрался быстро. Летнее метро было непривычно пустым, а вдобавок ему повезло сесть в вагон с кондиционером.

Поднявшись на знакомом лифте, он повернул ключ в замке и, толкнув дверь, прислушался к абсолютной тишине в квартире. На всякий случай принюхался. Запах благовоний лишь едва поутих. Осторожно вошёл, оставив дверь открытой.

Первым делом заглянул в комнату слева, которую не заметил ночью. Просторная, оклеенная голубыми обоями в редкую полоску. Абсолютно пустая, если не считать лежащего на полу кочана капусты.

— Медитирует она на него, что ли? — пробормотал парень, осматриваясь.

На стенах висели два портрета: Фёдора Михайловича Достоевского Антон узнал сразу, а вот личность второго… Вытянутое лицо и бакенбарды.

Парень привстал на цыпочки, вглядываясь в длинный, нарисованный нос.

Телефон в кармане издал весёленькую мелодию. Парень поморщился от резкого звука. На экране отразилась фотография кудрявой, смеющейся девушки.

— Привет, Зой.

— Ты куда пропал? Обещал написать. Я тебе уже десяток сообщений в ВК отправила. Ты там как? — донеслось из динамика.

— Всё нормально, жить буду.

— Жить будем и даже до сентября.

— Чего? — вопросительно протянул парень.

— Пока ты, Савушкин, там прохлаждаешься и впал в драму, я сгоняла в деканат. Они там на ушах стоят, типа не каждый день у них преподавателя травят, — Зоя хмыкнула. — А может, и просто хотят историю на тормозах спустить. Типа чтоб перваки не испугались. Короче, пересдачу перенесли на сентябрь. Как всё утрясётся. Выдыхаем.

— Слушай, а как вообще Гнилько? — нерешительно спросил Антон. — Не слышно? Жив?

— Вроде да. Но я не поняла, — сообщила Зоя. — По крайней мере фоток в рамочке с цветами на кафедре не стояло.

Антон непроизвольно выдохнул.

— Я чего звоню вообще. Я на ближайшую неделю на дачу с родителями… — Антон даже не видя Зою, представил, как она скривилась. — Но если что, ты звони, там всего полтора часа на элке до Ленинградского. Или если надо будет в бега податься… Ой, или так нельзя говорить?

— Зой, ни от кого бегать я не собираюсь. Я полиции объяснения дал. Всё.

— Ну ты смотри, если что. Ой, автобус подъезжает…

В трубке раздались гудки.

Антон положил телефон в карман и продолжил поиски. Обошёл маленькую аккуратную кухню, открывая шкафчики, не удержался и заглянул в холодильник ведьмы. В нём лежала призывно манящая картофельная запеканка и пара бутылок питьевого йогурта.

Зашёл в ванную. На полках теснились десятки тюбиков и флаконов. На крючке висел мягкий халат с капюшоном в звёздах.

Затем прошёл в уже знакомую комнату. Последствия вчерашнего погрома были на месте. Весь пол усыпан осколками. Таинственные символы большей частью стёрлись. Посреди комнаты стоял деревянный складной стул.

Нужную вещь он обнаружил в диване, втиснутой в щель между сиденьем и спинкой.

Чёрную бухгалтерию ведьма вела в обычной общей тетради в клетку. С обложки на него смотрели два котёнка, сидящих в розовой корзинке.

Антон пролистал записи. Страницы были поделены линиями на три столбца.

— Так, — пробормотал он под нос, силясь прочесть почерк ведьмы, — если это инициалы, то второй — сумма, а третье…

«Гад», наверное, значит гадание, — продолжил он размышлять вслух. — «Пор» — порча.

Он инстинктивно поёжился, представляя, что может значить изредка мелькавшее короткое «дем».

Антон убрал тетрадь в рюкзак и двинулся к выходу.

Нужную палатку с овощами он нашёл сразу.

В коробках лежали огромные мясистые помидоры, рядом уместились кисти винограда разных сортов. На деревянной самодельной витрине россыпью маленьких солнышек устроились апельсины.

Мужчина средних лет восточной внешности накладывал в пакет нектарины. Делал он это медленно, демонстрируя каждый фрукт старушке со скандинавскими палками.

— Из-под низа, из-под низа бери, там самые вкусные, — она склонилась над коробкой, раздавая указания. — Да не с самого низа. А с серединки. Там свежее.

— Обижаешь, уважаемая, у меня всё свежее, — с лица мужчины не сходила улыбка.

— Знаю я, — сказала она тоном, в котором читалось недоверие.

— Сколько с меня?

Хозяин лавки, продолжая улыбаться, деловито положил тяжёлый пакет на весы.

— Четыреста тридцать.

Женщина отдала деньги.

Хозяин передал ей нектарины, убрал купюры куда-то за витрину и посмотрел на Антона.

— Мне килограмм мандаринов, пожалуйста, — сказал парень.

— Сейчас наберём, — ответил тот и двинулся вглубь лавки, уставленной коробками под самый потолок.

Вернулся через минуту, неся туго набитый мешок.

— Так, триста пятьдесят выйдет, — он оторвал взгляд от весов.

Антон протянул деньги вместе с запиской.

Мужчина изменился в лице, развернул стикер, быстро пробежал по написанному глазами.

Лицо его обрело прежнее благодушное выражение.

— Аааа… это для Светочки-джан, что ж ты сразу не сказал, дорогой? — улыбка стала ещё шире. — Сейчас, сейчас, сделаем в лучшем виде.

Он снова скрылся в глубинах палатки.

Вернулся с пакетом побольше, в который уложил мандарины, а затем вручил Антону.

— Долгих лет, такая женщина, — губы его растянулись… И лишь на секунду Антону показалась, что резец мужчины неестественно удлинился, а тёмно-карие глаза поменяли цвет, окрасившись жёлто-медовым.

Потом он моргнул. Миг — и всё было как обычно. Антон сжал пакет и поспешил прочь, не оглядываясь.

Из-за полуприкрытой двери палаты Светланы раздавались голоса.

— Ты вообще, чем думала? — незнакомый мужской голос звучал строго.

— Не твоё дело, чем я думала, — парировала ведьма, почти перейдя на крик.

— Хочешь как в прошлый раз? Спасать не буду! — донеслось до Антона.

Он постучал и вошёл. Ведьма всё так же сидела на кровати, обложившись подушками.

А перед ней стоял капитан Арбузов. Он явно хотел ещё что-то сказать, но выдохнул, оглядел Антона с ног до головы и прошёл мимо него к выходу.

Антон внимательно посмотрел на ведьму. Взгляд зацепился за стоявшую на тумбочке бутылку минералки и обернутую розовыми лентами коробку, появившуюся за время его отсутствия.

— Не бери в голову, — вплеснула руками ведьма. — Вова у нас всегда таким был. Всё нашёл, что просила?

— Угу, — Антон передал ей тетрадку и пакет.

— Отлично, — сказала Светлана, открывая записи.

Она вытащила из пакета мандарины, понюхала, улыбнулась. Затем достала оттуда же свёрток, обёрнутый крафтовой бумагой. Развернула его. Антон увидел, что на ладони у ведьмы лежит пучок травы, похожей на шалфей.

— Куришь? — спросила она, не отрываясь от тетради.

— Нет.

— Это правильно. Вон за тобой шкаф, подай у меня там зажигалка в кармане.

Ведьма положила перед собой тетрадь, разгладила листы. Пробормотала какие-то слова и подожгла траву. Та вопреки законам физики моментально обратилась в пепел и начала оседать на бумагу. По палате пошёл едкий запах. Ведьма с жадностью следила за тем, как пепельные хлопья опадают на бумагу и простыню.

— Свет, — неожиданно даже для себя спросил Антон, — а он вообще кто?

— Кто? — буркнула ведьма, не отрывая взгляда от кружащегося пепла.

— Ну продавец… Я просто видел…

Светлана повернула к нему лицо и сказала: — Акхак. Сфинксов знаешь?

— Ага, я в прошлом году в Питере был…

— Ну вот, получеловек-полулев. Всё, Савушкин, отстань, — пробормотала она, отвернулась, а потом, как бы и не к кому не обращаясь, добавила: — Хотя к тем я бы посреди ночи не совалась… Так, есть.

Антон шагнул ближе. Он заметил, что один из листков действительно начал обугливаться.

— Давай, мой хороший, покажись, — проворковала ведьма.

Она затушила уже успевшее зайтись мелким язычком пламя и прошлась пальцем, изучая записанное на тетрадном листке. Антон почувствовал, как запахло горелым.

— Да чёрт-батюшка, — выругалась Светлана.

— Что? — не понял Антон.

— Ближе показать не может, но это точно кто-то вот из этих, — указала она на ряд записей. Антон наклонился и внимательно всмотрелся в то место, куда показывала она.

Разобрать что-то осмысленное в этих сокращениях парню не удалось.

Светлана вела пальцем, комментируя каждую строчку:

— Этот точно не мог, ему сейчас не до меня, умер… Вот этот тоже занят, его Интерпол ищет… Ну где же ты, покажись…

— Вы что? Здесь курить нельзя! Здесь больные! — раздалось у входа.

Антон обернулся и увидел в дверях палаты молоденькую санитарку.

— А мы и не курим. Мы костёр жжём, — Светлана кивнула на только закончившую дымить у себя на коленях тетрадь. — Я сейчас доктора позову! — крикнула медсестра и скрылась в коридоре. Светлана закатила глаза.

— Я чувствую, что это кто-то из этих, — обратилась ведьма к Антону. — Да и дурман-корень врать не будет.

— Да тут человек десять у вас.

— Если исключить всех умерших и под следствием, то семь. А если отбросить совсем уж невероятные варианты, то пятеро…

— Светлана! — раздалось у Антона за спиной.

В дверях палаты стоял врач. По виду чуть старше Антона. Одет тот был в идеально белый, отглаженный до скрипа халат. Очки явно в дорогой оправе дополняли образ.

— Я терпел, когда ты отказалась от больничной еды. Я ничего не сказал про то, что ты игнорируешь процедуры. Но попытку поджечь бюджетное заведение…

— Знакомься, Антон, Руслан Данилович, — ведьма указала на вошедшего. — Мой лечащий врач. И по совместительству вампир.

У Антона закружилась голова.

Руслан Данилович стоял и недовольно смотрел на ведьму. Затем повернулся и закрыл дверь.

— Светлана, я бы попросил свои магические шашни оставить за порогом, — продолжил он, убедившись, что ни один звук не выйдет из комнаты.

— Шашни — это у тебя с медсестричками, — прошипела ведьма.

— Никакого открытого огня. У нас только в прошлом году ремонт сделали, — он сцепил руки в замок.

— Ну ты же всех спасёшь, — улыбнулась она доктору. — Вампиров всегда к геройству тянет, там крови побольше.

— Света, хватит! — с нажимом сказал врач.

— Вампиры взаправду есть? — протянул только пришедший в себя Савушкин во все глаза глядя на доктора.

Тот выглядел так, словно сошёл с больничного плаката об успехах отечественной медицины.

— Как видишь, один перед тобой стоит, — сказала ведьма, удобнее устраиваясь на кровати.

— Хватит парня пугать. — Доктор посмотрел на Антона и продолжил. — Никто вам шею грызть не будет, не беспокойтесь. Все давно уже перешли на более современные методы.

Руслан Данилович поправил очки.

— Ага, если бы не Гиппократ, то посмотрели бы мы на вашу гуманность, — подала голос ведьма.

— Свет, вот уж кому бы помолчать про гуманизм, так это тебе. Сколько раз мои коллеги у твоих товарок рецепты выкупали. Если бы вы так обо всех пеклись, то чего даром не отдали.

— Так выходит, это вы у нас главные защитники общества от нехороших ведьм? — ведьма привстала с кровати. — Тогда чего, как в аптеку не зайдёшь, так цены все дороже. Рецепты могли и даром тогда раздавать!

Антон переводил взгляд на спорящих и не верил в реальность происходящего.

— Светлана Никитична, не забывайтесь, вы здесь пациент… — проговорил доктор суровым голосом.

— Савушкин, — перебила его ведьма, — и правда, будь другом, принеси-ка мне кофе. Только не из автомата, там одна бурда. По карте тут «Кофейница» за углом. Мне капучино с ореховым сиропом. И проследи, чтоб пенка хорошая была.

Антон вышел, поплотнее затворив дверь.

Кофейня нашлась в конце квартала. Маленькое, уютное заведение на пару столов.

В воздухе витал запах кофе и свежих булочек.

Антон, сглотнув слюну, попросил один капучино сделать с собой, а второй — в заведении. Осмотрев витрину с выпечкой, заказал ещё ромовую бабу.

Он присел с тарелкой и кружкой за столик напротив кофемашины. Открыл на телефоне «ВК», отправил Зое пару смешных картинок. Тревожно пролистал группу родного университета. Последние новости про ремонт в новом корпусе и приглашение на байдарочный сплав. Про Гнилько — тишина.

Антон поднял глаза и невольно залюбовался баристой. Невысокая девушка в фартуке буквально светилась изнутри. Выкрашенные в ярко-красный волосы были собраны фирменной банданой. Она работала одна, успевая подавать гостям и горячую выпечку, и разливать кофе. Каждому подошедшему улыбалась, шутила, отвечая явно недежурными фразами.

Вот и когда Антон подошёл забирать капучино для ведьмы, она с улыбкой произнесла:

— Хорошего дня и здоровья — и протянула напиток.

Он удивлённо переспросил:

— Здоровья?

— Ну да, у нас тут рядом больница. Да и здоровье никогда лишним не будет.

— Это точно. Спасибо, — Антон взял бумажный стаканчик.

Когда молодой человек вернулся в палату, ведьма была одна.

— Вот, — отдал он капучино Светлане.

Та понюхала кофе.

— Обережница варила, — чуть скривилась ведьма, но потом сделала большой глоток.

— А это ещё кто?

— Потомки берегини. Большая часть уже и забыла, откуда они, — чисто инстинктивно идут туда, где помогать надо.

— Как вампиры?

— Нет, те к людям по нужде тянутся. А у этих спасительство, можно сказать, в крови, — Светлана отпила из стаканчика.

— Так в кофе какое геройство? — вспомнив недавний разговор, спросил парень.

— Не скажи. Кто тебя зимним утром согреет и отвлечься от дел среди дня заставит? — ведьма покрутила стаканчик в руках.

Антон ухмыльнулся.

— К нашим баранам, — она переложила с тумбочки на кровать тетрадь. — Я ещё раз посмотрела записи. Корень ошибиться не мог. Среди этих пятерых — тот, у кого моя книга. Двоих я беру на себя, они с тобой говорить не будут. А вот эти трое, — она указала на обведённые карандашом записи, — на тебе.

— И что мне к ним заявиться и предъявить за воровство? — Антон с недоверием посмотрел на ведьму.

— Нет, тут аккуратнее надо. Если тот, кого ищем, почувствует связь со мной, то разговаривать точно не будет. А то гляди — и чего похуже.

— Опять страшилу с рогами натравит? — усомнился Антон.

Ведьма посмотрела на него долгим, серьёзным взглядом.

— Ты действительно не понимаешь, во что попал. Он пришёл ко мне в дом, а я не почувствовала. Его не увидела защита. Самое скверное, что он смог меня достать через гладь. А это так просто не делается. Короче, Савушкин, мне надо подумать. Я тебе имя, с кем поговорить надо, сообщением пришлю.

— А чего искать-то надо? Книга у него с собой? Или как? — спросил парень.

— Искать, Антон, надо странности. У кого жизнь резко вверх поперла, кто внезапно выиграл миллион или получил приглашение и чемоданы в Голливуд пакует. Всё, что отличается от обычного серого существования. Ну, как у тебя.

— Чего это у меня серое? — выпалил студент.

— Ну не серое, а такое, как у всех. У большинства. И нас интересует тот, кто резко и без причин удачу за хвост схватил.

— А может, он рыбку золотую поймал? — пошутил парень.

— Не водятся они в нашем климате. Хоть обловись. Их лучше удить в Венеции, — сказала ведьма.

— Всё, информацию пришлю. Дальше — сам. Меня держи в курсе.

Не прошло и получаса, как ведьма прислала сообщение. Антон как раз смог найти свободное место в вагоне.

Светлана отправила не только имя клиента, но и аккаунт в «ВК». Парень нажал на ссылку и принялся изучать.

— Итак, что мы имеем: Клеметьева Марина, 38 лет, —читал он описание профиля. С фотографии на страничке смотрела женщина в деловом костюме. Антон пролистал ленту вниз. Поздравления с Днём Рождения, похоже, что от коллег, фотки откуда-то с корпоративного выезда — сплошной успешный успех.

Он открыл браузер и в поиске ввёл название компании. Первая ссылка вела на сайт маркетингового агентства. Раздел информации уверял, что ему уже двадцать три года, и за этот почтенный, по меркам отрасли возраст, оно достигло профессиональных высот, обзавелось серьёзными клиентами, но не собирается останавливаться на достигнутом.

Страничка завершалась описанием бесплатной стажировки для студентов. В качестве тестового задания просили прислать контент-план для блога о путешествиях по России.

— А вот это уже интересно, — решил Антон.