Участие в большой и сложной работе в качестве одного из… ну пусть — добровольных подрядчиков, оказывается, вообще не позволяет оценить общий уровень происходящего. Думаю, для работающих “на местах” сверхов все ощущалось куда пронзительнее — для меня же все слилось в череду команд из координационного центра оперативного штаба, которые требовалось четко и быстро выполнить. Причем никого не интересовало, как именно: короткий вопрос “можешь или нет?” и если да — “сколько времени займёт?” Вот и всё. Никакой обратной связи.

Конечно, у меня на фоне крутилась прямая трансляция — крупным новостным каналам хватило денег на всепогодные дроны, набитые аппаратурой сверхчеткой съемки и на компьютерное моделирование происходящего в реальном времени. Плюс все это комментировали ведущий и эксперт-климатолого одновременно, позволяя зрителям не потеряться во входящей информации. Получалось в итоге зрелищно, напряженно, и даже своеобразно-динамично. Своеобразно — потому что динамика была на уровне кольцевых автогонок на сорок-пятьдесят кругов: вроде все давят на газ, вцепившись в руль — а реальные перестановки мест если и случаются, то раз в десять-пятнадцать прохождений чекпоинта.

Зато как и в гонке, на камерах очень эпично смотрелось начало погодной операции: сверхи-погодники взлетают с набережной, подсвеченной тревожными красными огнями, под струями мелкого дождя, которыми порывистый ветер бьёт по людям, машинам и строениям словно плетями. И вдруг с севера, пронзая предураганную хмарь косыми яркими нитями начинает падать солнечный свет, больше еще оранжевый, чем желтый. И сразу становится виден кипящий барашками волн океан, линия погодников, держащих даже в воздухе постепенно расходящийся строй и чёрная гора на самом горизонте — край настоящего облачного фронта урагана “Эра”...

А дальше — началась рутина.

— Небесный свет, можете уменьшить угол атаки отраженных лучшей?

— Примерно на десять градусов, но перестроение зеркал рефлектора займет больше часа, — наскоро прикинул я. — И будет падение светового потока из-за увеличения расстояния, процентов на тридцать.

— Отодвиньте, чтобы падение составляло не больше десяти процентов, — после небольшой паузы отреагировал штаб.

— Пепе, рассчитай сдвиг элементов рефлектора севернее, чтобы в целевой зоне потерять не более десяти процентов потока, — переадресовал я вопрос искину.

— Принято! Расчет… закончен. В наличии тридцать два доступных ваританта сдвига.

Теперь уже я развернул перед собой рассчитанную модель, проверяя компьютер и выбирая предпочтительный сценарий действия. Искусственный интеллект — интеллектом, но и свою голову надо не забывать прикладывать.

— Пепе, начинай по одиннадцатой схеме.

— Выполняю.

И вот так далее, далее, и далее.

Прямой связи с Хоук у меня не было — перед началом операции все суперы сдали командные коммуникаторы и получили устройства связи, замкнутые на штаб и способные пережить серьезную непогоду. Далеко не лишняя подстраховка. К сожалению, практически все внимание журналиста и эксперта было привлечено или к урагану, или к действиям погодных сверхов. Те же, кто продолжал осуществлять спасательную деятельность, в кадр практически не попадали. Оставалось следить за общим развитием ситуации, ловя редкие комментарии про себя:

— По-видимому, штаб контр-штормовой операции запросил у компании “Небесный свет” сменить угол атаки подсветки. В целом, логично: солнце уже взошло и с каждой минутой поднимается все выше, затеняя зону под облачным фронтом “Эры”. А так густой сумрак под фронтом отступит еще на несколько сотен, может быть даже километр вглубь. Вроде бы мелочь, но сейчас каждая кроха преимущества на счету…

По компьютерной реконструкции журналистов было видно, как действуют суперы-погодники, поднявшиеся в воздух: их цепь еще больше растянулась, охватывая всю зону соприкосновения циклона и зоны холодного прибрежного течения. Именно колоссальные массы более холодной воды и их влияние на воздух над ними служили одаренным опорой в действиях: куда легче трансформировать, усилить уже имеющийся природный эффект, чем создавать нужное воздействие с нуля, чисто на своих силах. Собственно, именно потому ураган встречали не в открытом море, а так близко к защищаемому берегу.

Столкновение “Эры” и сверхов, манипулирующих локальным климатом началось за полчаса до рассвета и растянулось на много часов. Постепенно ураган прожимал линию героев и злодеев, заставляя выгибаться и отодвигаться все ближе и ближе к берегу. Но и буря теряла набранный запас энергии, активно тратя его на прокручивание воздушных масс над полосой холодных вод. По компьютерной модели к одиннадцати утра стало понятно, что даже прорвавшись, ураган до Сан-Франциско дойдет в виде обычного шторма, а наш Салинас хоть и потреплет, но пострадают в основном кроны высоких деревьев да крыши давно не ремонтируемых развалюх.

А вот Лос-Анджелес, к которому фронт циклона оказался максимально близко (не даром операция стартовала оттуда), уже конкретно так залило, пустив целые маленькие речки по его улицам. К счастью, пока речи о наводнении не шло, хотя местами дренажная система, конечно же, в самый нужный момент оказала, а в гаванях случился рекордный подпор вод. Тем не менее, непогода пятой категории все еще могла наделать там делов — если сверхам все-таки не хватит сил.

— Сейчас начинается самая сложная часть операции, — объяснил зрителям ведущий. — “Эре” осталось “жить” от силы два часа, но одаренные вымотаны противостоянием, уже несколько человек вынуждены были прервать свою работу, причем двоих пришлось спасать из вод — выложились так, что потеряли способность к полёту. Теперь все решит противостояние на истощение. И, судя по тому, что городские власти Города Ангелов собирают людей в зонах высотной застройки, не сумевших уехать оттуда самостоятельно, в убежища — прогноз не самый благоприятный…

— “Небесный свет”, немедленно сфокусируйте весь доступный световой поток в зоне с переданными координатами! — вновь прорезался штаб.

— Прошу подтвердить информацию: ВЕСЬ доступный световой поток в одну точку? — удивленно переспросил я. Меня уже несколько раз просили свести “зайчики” часть зеркал на каких-то точках под фронтом циклона — как я предполагал, там обнаруживались утащенные ураганом и потерявшие связь суда или спасательные средства с них. Немного света позволяли значительно улучшить шансы на работы спасательных бригад и примкнувших к ним сверхов. Но...

— Подтверждаю, весь.

Чёрт. Он не понимают, что ли?

— Вынужден предупредить: в зоне фокусировки могут оказаться опасные для жизни условия…

— Сделайте уже, что вам сказали, “Небесный свет”!

Ла-адно. Что ж, кто не спрятался — я не виноват. Тем не менее, прежде чем перенаправить лучи, я проверил координаты сам: просто пустой участок моря, причем довольно далеко от берега. Ну ок. Еще дважды в течении пятнадцати минут я переспрашивал, не вернуть ли подсветку в прежний режим — и дважды получил отказ. А потом отреагировали ведущие на канале:

— Коллега, вы только посмотрите, что происходит! Похоже, штаб операции выложил последний козырь — только так я это могу объяснить!

— Действительно, выглядит так, что вихрь циклона словно стачивают фрезой, пуская стружку! Стружку из облаков длинной в десятки километров — она отделяется от основной массы и разрушается о зону над холодным течением куда быстрее! И циклон… он от такого обращения стремительно деградирует! Еще двадцать, тридцать минут — и мы увидем чистое небо! Властям Лос-Анджелеса все же не придется выделять многомиллионные субсидии на разбор завалов даун-тауне и ремонт фасадов небоскрёбов!

— Фреза, значит? — пробормотал я, глядя на проекционный дисплей. Место, где от основной облачной массы отделялся хвост “стружки” совпадало с координатами, куда сейчас бил свет от пяти тысяч “бабочек”. Не иначе как кто-то из синоптиков в оперативном штабе оценил влияние рассеянного света на бурю, и в ключевой момент решил пойти ва-банк. И выиграл. М-да, а вот к такому повороту событий я не готов. И что, интересно, теперь будет делать комьюнити?

* * *

— Сегодня мы все собрались здесь, в Салинасе, который по праву можно назвать “столицей Монтерей-Бэй”, чтобы по праву чествовать настоящую героиню, вчера спасшую не только жизни людей, попавших в беду на море во время урагана, но и защитившую Лос-Анджелес от множества разрушений и сопутствующих им жертв! Приветствуйте: Хоук! Лидер команды “Молодые защитники Монтерей-Бэй” и один из основателей стартапа “Небесный свет”!!!

Разумеется, я присоединился к аплодисментам. Что ж, лидеры суперского комьюнити доказали, что не только отлично разбираются в политике, но и могут, если припечет, сыграть на опережение. Меньше суток прошло с того момента, как наш высотный рефлектор показал свои возможности воздействия на погоду — а в центральном парке города уже построен огромный временный павильон, слетелась куча гостей, множество сверхов из Сан-Франциско, Лос-Анджелеса и соседних с ними городов поменьше. И ведь денег-то не пожалели устроить шоу! В том числе и на взятки местным чиновникам, чтобы те разрешили провести весь этот балаган. Зато жители-то как довольны!

— Многие считают, что для героя или злодея главное — уметь работать на публику, изображать из себя могучего повелителя сверхсил. Нет. И перед вами живое доказательство обратного — скромная девушка, не искавшая славы. Просто день за днем трудящаяся для того, чтобы лучше стало всем, кто рядом. Но слава сама нашла её!!!

Если ведущий говорил в микрофон, то пёстрая толпа обходилась собственными силами — в рассчитанные паузы орала и хлопала так, что уши напрочь закладывало! И это я еще стоял слева от сцены, вместе с другими “нормалами”, чьё участие в процессе было или запланировано, или статус не позволял задвинуть вместе со всеми. Например, моего приемного отца Фила Йона, дочь мэра города, Аарона Фримана. Рядом со мной переминалась с ноги на ногу Роуз — салатную принцессу переполняли эмоции. Немного ревности, потому что прямо при нас организаторы превозносили создание высотного зеркала в заслугу Птице — но еще и огромный энтузиазм, после такой-то рекламы!

— Скорей бы фуршет уже! — когда ведущий мероприятия сверх снова заговорил, прошептала она мне. — А, да, ты ж не знаешь никого в лицо. Видишь мужика с роскошными усами? Две трети кемпингов в Калифорнии принадлежат его компаниям! А того, лысого и дурацких зеркальных очках? Главный архитектор Сан-Франциско! Без него ни одно серьезное здание в черте города не возвести, ни фонарями улицу оборудовать!

— И не расставить по крышам “пиявок”, — понимающе кивнул я.

Наконец говорильня закончилась: нас вытащили разок на пять минут на сцену, постоять за спиной Ястреб — чуть дольше, но в том же качестве там же пробыли Оборотень, Джаз и Правдоруб. Ведущий отжалел по паре благодарственных слов на каждого — и на том спасибо. Теперь можно было смело двигаться в ту часть павильона, где был накрыт фуршет “не для всех”.

Остальных же гостей ждало свое развлечение: показательные выступления и даже типа-дуэли приглашенных героев и злодеев, сувенирка в киосках, еда из фургончиков и, конечно же, музыка. Причем с размахом отнюдь не привычно-провинциальным, отчего у жителей Салинаса отчетливо шла кругом голова и счастье зашкаливало! Чувствую, местные вспоминать о чествовании Хоук будут еще год, если не пять.

Собраться всей компанией удалось довольно быстро: перевертыш и неразлучная аналитико-элекрическая парочка целенаправленно пробились к нам, а следом подошел Дэниэл, ужасно довольный, что сумел протащить на мероприятие такого уровня супругу и троих детей. Фил и Аарон надежно застряли среди гостей своего уровня, вместе с двумя незнакомыми суперами в дисгармонирующих со строгими костюмами цветастых нарядах и плащах.

Птицу мы тоже разглядели, но дергать не стали: мало того, что с ней что-то обсуждали Гнусный тип и Капитан Спокойствие, так еще и подошел долговязый парень в черном, в котором я с некоторым трудом опознал Найтбинка. Мимику было не разглядеть, но по движением стало понятно: парень извиняется. Похоже, внезапный скачок популярности “серого воробышка” заставил придурка крепко задуматься о своем поступке в прошлом — когда старшим по опыту и негласной иерархии Ястреб и Вульфи он предпочел Экзо. Что ж, не глупо: с таким стартом Хоук может быстро пойти наверх и в какой-то момент стать “начальником” бывшего лидера. И конкретно так подгадить — просто оттого, что память хорошая.

— Мистер Алан, доброго дня, — знакомый голос заставил меня вздрогнуть и повернуться на каблуке. — Не представите меня вашей компании… кому я еще не представлен?

— Друзья, Национальной Гвардии майор Шеридан, прошу любить и жаловать, — несколько напряженно представил я остальным военного в парадной форме. Чёрт. Не скажу, что не знаю, чего ему от нас надо, но… предпочел бы вести этот разговор под присмотром Фила, или хотя бы Патрисии.

— Неужто наш скромный проект заинтересовал Гвардию как оружие? — а вот Роуз даже не попыталась потянуть время или как-то просигналить дяде. — Если вы за эксклюзивным контрактом — готовьте мешок бюджетных денег, а если с разговорами за лицензированием производства и распространения — велкам сразу в суд и не отнимайте наше время!

Покоробило всех, даже толстокожего Оборотня и плохо разбирающегося в поведении людей Правдоруба. Только Шеридан неожиданно открыто улыбнулся:

— Сразу быка за рога, юная леди? Это по-нашему! Не хотите вступить в ряды Национальной гвардии? Нам нужны такие люди, как вы… Армейский юмор, простите! А что касается оружия — из вашего зеркальца, честно говоря, не очень-то оно выходит, по крайней мере, пока. Вот как с гражданским сервисом мы заключили бы контракт о сотрудничестве… если придем к договоренности.

— Сэтого и стоило начинать!

Я только покачал головой, прикидывая, вмешаться в стихийно начавшийся торг или наоборот, предоставить всё салатной принцессе, а самому подождать, пока героиня дня наконец выпутается из очередной кампании, в этот раз — журналистов. Вот такое ты, бремя славы…

И тут у меня в кармане завибрировал выставленный на бесшумный режим телефон. Ну, что там еще? Выставил же где мог фильтры “сильно занят”... Пепе?!