«Неравнодушных к экологии юношей и девушек», как выразилась женщина-координатор из нашего автобуса в Салинасе собрали целых пятьдесят человек. Это сарказм, если что: в соцсетях мероприятие активно поддержали лайками и репостами больше двадцати тысяч человек… на чем у девяносто девяти из ста потенциальных участников энтузиазм и угас.

Впрочем, представительнице штаба мероприятия такая ерунда настроение испортить не смогла — цифры сетевой активности она называла так гордо, будто это и было решающим достижением. Судя кислым лицам некоторых соседей по салону — они тоже пришли к подобному выводу и на следующие «экологические выезды» их заманить не получится и калачом.

Лично я всю дорогу занимался старательным обезьянничеством действия Роуз: та еще перед посадкой нащелкала селфи, записала короткий ролик с пламенной речью «мы едем спасать государственный парк!» и уже в салоне продолжила заниматься тем же самым. Хорошо, когда рядом есть профессионал, у которого можно поучиться. Особенно — благожелательно к тебе настроенный.

Сам путь к морскому побережью можно было бы назвать скучным — то расстояние, что летающий автомобиль проскочил меньше чем за двадцать минут, автобусы пересекали больше часа. Но при наличии мобилы — какая, собственно, разница, где заниматься или развлекаться в Сети? Разве что поле экрана пришлось сузить — соседке не мешать, и все.

К самому морю, куда нас повели координаторы, пришлось от стоянки идти пешком. Относительно узкая и крайне живописная тропинка привела нас сначала на площадку для отдыха — паре лавочек над береговым откосом, здесь преимущественно песчаным. Оттуда мимо таблички «проход запрещен» и через довольно символическое веревочное ограждение натоптанный торный путь вел прямо к линии прибоя — и наша провожатая, ничтоже сумняшеся, повела нас именно так.

Уже на пляже, рядом с внушительными контейнерами для мусора и сложенным рядом скабом, я выяснил, что есть и другой спуск, вполне официальный — случайно оказался рядом, когда невысокая очень худая девушка с фенечками в зеленоватых волосах спросила это у координатора. Дама вообще стесняясь ответила, что там надо закладывать петлю, а тут нет. Зачем наматывать лишние триста метров? Ведь мы пришли с благими целями — а, значит, можем делать что хотим! По-моему, поклонница хиппи (как я её про себя окрестил) просто не нашлась, что ответить, напрочь сраженная таким аргументом.

Тем временем на пока пустые вместилища мусора взобрался второй координатор, разжившийся мегафоном. Зажигательная и слишком длинная для выражения простой мысли «давайте жить в чистоте» речь, на мой взгляд, больше подошла бы какому-нибудь митингу. Я-то ожидал вводного слова на тему где искать выброшенное людьми» и какие кусты и траву категорически запрещается вытаптывать — но, как говорила одна моя знакомая из прошлого мира: «лосось там плавал!» С другой стороны — вряд ли слова про эндемиков и брошенные кострища сопровождали такими овациями.

— Псс! — Притормозила меня Роза: «накачка» закончилась и все ринулись разбирать реквизит — грубые перчатки и мусорные мешки, и я было двинулся за всей толпой. — Совсем забыла сказать. Мы тут надолго, так что как только устанешь — отходи подальше от «штаба», отрубай телефон и отдыхай спокойно. Чтобы случайно не спалили — под дерево какое заберись или просто в траву ляг. Дроны тут не летают — типа пугают птиц и много столкновений из-за того случается — а по выключенной мобиле ни одна собака не дернет. Да не переживай, тут все, кто не в первый раз приехали так делать будут. Только на четыре часа время вэйк-ап поставь, а то барбекю пропустишь, как некоторые. На свежем морском воздухе знаешь как спится?

Оставалось лишь понятливо покивать.

Сама по себе работа оказалась не столько сложной или там физически тяжелой, сколько нудной. Государственный парк, узкой полосой протянувшийся между морем и шоссе по растительности парадоксальным образом напоминал тундру — это я видел еще с борта летающего мобиля. Редкие хвойные деревья нормальных размеров росли поодиночке и парами, формируя этакие зеленые, пушистые на вид неровные шары и кособокие цилиндры: отсутствие соседей и сильные ветра заставляли их тянуться больше вширь чем вверх. Все остальное поросло травой, разными красивыми лишайниками и стланцами — ползучими версиями кустов и карликовыми формами больших деревьев.

И именно под стланцем скрывались иногда настоящие залежи отходов человеческой жизнедеятельности. Ну а что? Сверху и с боков не видно — вполне достаточный аргумент для среднего законопослушного американца вывалить принесенное с собой под ветви. Удивительное ведь место: патрулирование беспилотниками не производится, земля в государственной собственности — частник-то за обнаруженную попытку намусорить на своей территории и пристрелить отнюдь не фигурально может, не только космический иск впаять.

Про жителей США шутят, что у них даже у домашних кошек по два адвоката. Быть гражданином под звёздно-полосатым флагом, значит — тонко чувствовать законы. Очень крупные, кратно увеличивающиеся за каждый следующий проступок штрафы вполне способны разорить даже очень состоятельного человека. И упечь за решетку в случае невозможности выплаты. С другой стороны, способность найти лазейку в законодательстве, вывернуть действующие правила в свою сторону, ценится словно какой подвиг. Ну а как известно: в жизни всегда найдётся место подвигу, потому что кто ищет — тот найдет. Пусть даже по-мелочи. А нам, блин — убираться…

…И все же надо признать: Ичиро-семпай и браслет синтетиков отлично поработали над моими силой и выносливостью. Уже спустя час появились первые отлынивающие, к концу второго и так ставшее жидковатым из-за охваченного радиуса кольцо уборщиков природы потеряло до четверти личного состава. На третьем часу отбыла за холмы Роуз, а половина оставшихся прочно обосновалась у «штаба» и контейнеров потребляя чай и кофе из термосов, заедая какой-то простой выпечкой.

Мною же… не то, чтобы овладел азарт, хотя сбор бытовых отходов в такой местности сильно напоминал поход по грибы. Просто я, сам того не осознавая, подзабросил тренировки — много нервотрёпки, разные события, вот и перестал нагружать мышцы как надо. А сейчас тело, получившее наконец адекватные нагрузки буквально пело! Н-да, даже как-то стыдно…

В рамках борьбы с излишней праздностью в движениях я предложил давешней хиппи помощь с транспортировкой набранного — в какой-то момент на одном направлении остались мы вдвоем. Худая как тростинка девушка упрямо продолжала очистку местности и, надо признать, получалось у неё очень результативно. Пришлось сделать аж пять ходок и заодно принести активистке новую пачку пакетов — свои она израсходовала, оставив за спиной целую цепочку. Более того, когда я все за ней разобрал — она успела еще один целый набрать!

— Слушай, как ты это делаешь? — меня любопытство разобрало.

— Смотрю и вижу, — она пожала плечами. — Поверь, земле совсем не нравится, когда её закидывают жестью и пластиком. Она пытается освободится, иногда прямо кричит! Но — никто её не слышит…

— Кроме тебя? — я искоса поглядел на говорящую.

— Я — лучше других, — она повторила свой жест, потом вернула мне взгляд: — Они все смотрят и не видят… пока пальцем не ткнешь. Ты, кстати, не такой. Тоже… неплох. Отличаешься от многих, приехавших на автобусах как бы бороться за чистоту.

— Привык быть внимательным, — я неопределенно качнул головой и зачем-то попытался объяснить: — В США недавно, а тут, в Салинасе, вообще вторую неделю только живу.

— А, ну это многое объясняет, — кивнула она, и, поколебавшись, попросила. — Я знаю, где тут самая большая мусорная куча лежит, поможешь. Только… выключи телефон, пожалуйста.

— Ладно, — я удивился, но вида не подал. Мелькнула даже мысль, что эта странная особа так приглашает меня с ней уединиться… Да не, бред. Следующая мысль — про маньяка-убийцу, мне понравилась больше: известно же из фильмов, что виновен тот, от кого совсем не ждешь. Тем более эта фразочка «из тех, кто приехал на автобусах» — словно хиппованная не с нами приехала, просто смешалась с толпой в толкучке…

Смешно, ага. С некоторых пор стандартные ужастики меня не пугали — встреться мы на узкой дорожке, и еще большой вопрос, кто будет бежать. У меня вот симбионт уже месяц не гуляный…

Кстати, эти холмы между океаном и шоссе действительно едва ли не созданы специально для Фаи: в этой Америке образца 2050 года столько камер и «умных» программ, что я бордовую даже в своей комнате вызывать опасался. Хорошо хоть вампирская борзая идеальный в этом плане питомец: есть не просит и может спать в пространственном кармане при хозяине столько, сколько нужно…

Шли мы где-то полчаса, причем умудрились отойти довольно далеко — моя спутница видимо тем же образом, что и мусор, уверенно находила в стланике твёрдую и свободную от переплетения ветвей почти невидимую тропу. Наконец мы повернули в сторону накатывающихся на берег волн и сразу же наткнулись на полого уходящую к пляжу заполненную песком широкую промоину. Из песка впереди торчало что-то большое и металлическое, похожее на крышку промышленного холодильника… подождите!

— Это что, целая машина увязла?! — наконец-то мой мозг поверил собственным глазам, и я спрыгнул вниз, невольно двинувшись к почти засыпанному объекту. — Как она сюда попала?

— Песок бывает очень обманчив, — а вот… чёрт, и не спросил, как её зовут — хиппи за мной не пошла. — А попала очень просто: владелец решил, что джип на больших колёсах прекрасно может объехать дорогу с копами, обязательно арестующими пьяного за рулём. Отключил всю электронику — и понеслась. А в процессе ему показалось отличной идеей посбивать деревья бампером. Но сейчас-то, думаю, водитель уже протрезвел и жалеет.

— Что?! — я бросился к ушедшему по крышу транспорту и попытался заглянуть в открытое окно. Чтобы это сделать, пришлось упасть на колени и упереться головой в песок. И только тогда я услышал сквозь шум ветра и прибоя тихое «помогите!»

— Да, я забыла представиться… меня Флорой зовут. Но почему-то многие предпочитают называть Ведьмой, — я поднял голову и обнаружил, что с девушкой произошли разительные перемены. Волосы, ранее свободно свисающие, теперь были собраны в высокую прическу а-ля «кувшин на голове» и из зеленоватых превратились в желто-зеленые. А свою толстовку Флора кажется просто вывернула наизнанку — потому что на груди появилась крупная аппликация в виде древесного листа. И последний штрих: изумрудные тени от век к вискам и помада. Когда только успела…

— И ты — суперзлодей, — констатировал я.

— Мне больше нравится — «страж природы», — поправила она, — и, уж поверь, меня надо очень сильно довести, чтобы получилось… вот такое. Кстати, если ты не против — это ты сам нашел придурка на засыпанной тачке, ок? Потому что одно дело сдуру влететь в песочную зыбь самому и на всю жизнь запомнить, и другое — получить наказание, как он сам, разумеется, решит — неправомочное. Заодно немного побудешь… хех, героем. Не волнуйся, он нас не слышит.

— Логично, — я поднялся на ноги, и, подумав, кивнул. — Договорились, Флора.

— Отлично, — она картинно отряхнула руки. — Тогда — до встречи… когда-нибудь.

И спрыгнула вниз на осыпь там же, где и я. Только не приземлилась на песок, а ушла в него, словно ныряльщик в воду. Вот… нифига себе. Так, ладно, подумаю об этом позже — сейчас срочно «911» надо вызывать.