!Евгения!

Утро исказило как кривое зеркало весь день. Не просто превратило прямую в пульсирующий комок напряженных нервозных нитей, а еще решило затянуть в узелки, да так, что морской узел покажется детским бантиком.

Проснулась с намерением показать подонку мужу, насколько я изменилась, и уже не та тихоня, что была раньше, но пустая постель, одинокий завтрак хоть и в компании моей любимой новоиспеченной семьи все больше заставляли сердце волноваться и боевой дух, упорхнувшей испуганной птицей, вылетел в приоткрытое окно.

Решила занять себя любой работой, что бы только избавиться от мыслей, заражающих тело вирусными инфекциями. Ни одно дело по дому не могла довести до конца. Ходила из комнаты в комнату ногами, трясущимися в коленях. Сотня звонков на мобильный Эда остались без ответа, с каждым гудком подталкивая к краю обрыва. Все меньше надежды оставалось на возвращение любимого, все ближе край и страх перед падением.

Наверняка знаете, как обидно бывает на душе когда не дали шанс оправдаться. Разумеется, чувствовали ту боль в груди от недосказанности и лжи. Мне так хотелось чистоты во всех смыслах этого слова, но из-за слабости и страха потери еще раз окунула себя в вонючую смесь.

Моя Надежда, как и дочь - решили сыграть со мной в злую шутку. Когда настал час икс, и мне надо было уезжать, Надюша вцепилась в меня мертвой хваткой. Ее настойчивые просьбы поиграть с ней ни на грамм не заставили задуматься - почему, а стоило бы. Правду говорят - прислушивайтесь к своим инстинктам, а детский воспринимайте как голос Бога.

Вызвав такси, договариваюсь с мамой Эда занять дочь чем-нибудь. Благодаря ей мне удается ускользнуть из дома незамеченной.

Ноябрьские холода заставили поежиться от сырой прохлады, когда вышла из теплого холла особняка, спустившись по широкой лестнице крыльца к оранжевой машине. Водитель любезно открыл мне дверь, помогая усесться на заднее сиденье. Едва нормально могла видеть окружающую обстановку из-за подступающих слез, лишь чувствовать глубоко на дне желудка надвигающуюся бурю.

Добраться до назначенного места, заняло больше времени, чем предполагала. Пробки по городу не учла благодаря табуну дикобразных мыслей в голове.

Высадив меня у серого стильного здания напротив огромного торгового центра, сияющего неоновыми подсветками, автомобиль с визгом сорвался с места, словно увидев в витринных окнах ресторана страшнейшее животное. Так оно и было, даже стены не могли скрыть истинное лицо Воронцова. Перед входом себя накрутила еще больше, и не решалась переступить порог до последнего, пока посетители, торопясь, спешили оказаться в тепле, занять забронированные на месяц вперед столики, и почти затолкали в заведение.

Этот ресторан-бар славиться своей отменной кухней, слишком роскошным дизайном и посещением знаменитостей звездного масштаба, а так же он принадлежит моему мужу. Шик интерьера наталкивает на мысль - где мерзавец смог так разбогатеть. Живя с ним под одной крышей похвастаться богатством, он не мог. Деньги были, но не в таких масштабах. Вот поэтому мне все страшней.

Услужливый администратор предлагает сдать верхнюю одежду в гардероб, а мои руки автоматически прижимают пальто к груди. Осознаю - без теплых вещей не удастся быстро скрыться. Мне нужно было разработать план для побега, если ситуация выйдет из-под контроля. Сейчас уже нет времени об этом задуматься, надеюсь только на то, что Николай не устроит спектакль в общественном месте. Из совместного проживании поняла, как важна для него репутация. Воронцов всегда предупреждал по поводу скандалов, когда однажды я решилась на бунт, сильно потом об этом пожалела.

Молодой мужчина, славянской внешности, мило улыбается, знаком руки показывая проходить в зал, но я не спешу, так как не понимаю, откуда он знает к кому я пришла, ведь не говорила ни слова. Он словно читает мысли, спешит успокоить возникшее волнение воздуха.

- Госпожа Воронцова! Прошу, проходите. Ваш муж уже заждался вас, и начал нервничать.

- Максимова Я, и он мой бывший муж. - Со злобой в голосе отвечаю, ставя на место блондина. Понимая парень ни в чем не виноват, обреченно направляюсь сразу к седьмому кольцу ада.

Еще не вижу мучителя, но уже чувствую прожигающий взгляд, не тот который заставляет трепетать тело, а неприятным холодком сползающий по позвоночнику, вызывающий панику, словно за тобой в темном переулке наблюдает тварь, и душа падает на дно желудка.

Приблизившись к круглому столику, стараюсь быть смелее, но такие животные как Воронцов чуют своим острым нюхом запах страха, слышат гнилой душой каждый удар обреченного сердца. Этот гад вальяжно расселся на стуле, и с хитрым прищуром наблюдает за мной. Не подаю вида, рассматриваю красиво сервированный стол.

Воронцов поднимается, как истинный джентльмен протягивает мне руку, от этого движения вздрагиваю, на что он лишь скалиться в победном оскале. Считаю до десяти, настраивая свою внутреннюю Жанну дАрк. Хватит быть размазней. Достаточно настрадалась.

Медленно протягиваю руку, опасаясь возникновения долгого контакта с ним. Когда его большая рука обхватила мое запястье, и рывком дернул на себя, готова была кинуться в драку, но общественное место не позволило устроить скандал. Тогда бы мне пришлось снова с ним встретиться, а мне жизненно необходимо покончить с ним сейчас. В сумочке горит красным пламенем бумажка с заявлением о разводе. Должна убедить его поставить подпись, а на это мне нужно все мое очарование и хитрость.

Попытка быстро высвободить руку обратно провалилась с треском, он крепко ее удерживал. Смотрю куда угодно, но только не на моего мучителя. Поднять глаза пришлось, а встретившись с ним взглядом - пожалела о решении прийти сюда. Между нами проскочил поток ненависти, который впился острыми кусками стекла в грудную клетку, вызывая волну дико испуганных мурашек, скулящих от боли. Затем его губы изогнулись в добрейшей из улыбок, фальшивой как сам он. Слабой, но достаточной, чтобы показалась пара клыков. Как будто Воронцов постепенно превращался в кровопийцу. Ведь это так и было. Монстр давно показал свое лицо, и никогда не упустит добычу.

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

Беру себя в руки. Выдергиваю свою ладонь и прочищаю горло. Если бы на моем лице отразилось хоть что-то, что даст ему повод меня уничтожить, он выиграет. Он всегда выигрывал, но только не сегодня.

- Итак, Ник, давай выкладывай, что хотел сказать и закончим с этим фарсом любящей семейной пары.

Покачав головой, он выпрямился и скрестил руки на груди.

- Давай для начала присядем, и сделаем заказ. На сытый желудок лучше воспринимаются тайны. - Заходит со спины, пододвигая стул мне. Выдержав стойко его ухаживания, оказываемся друг напротив друга. Воронцов дает распоряжение непонятно откуда взявшемуся официанту, и мы долго молча боремся взглядами.

- Мне просто нужно открыть тебя правду, - Строит из себя страдальца, гадёныш, - Я, просто очень хочу видеть твое лицо, когда узнаешь. И кто в этот момент окажется страшнее и лживой тварью, которым ты меня считаешь. Рассказать обо всех ужасных и темных делишках Шмеля. - Последнее шепчет, придвигаясь ближе через стол.

- Говори уже. - Срываюсь на крик, тут же прикрываю рот ладонью, озираясь по сторонам.

Наклоняюсь над столом, копируя его позу.

- Я пришла сюда послушать, а не принять за чистую монету твою правду. После всего, ты ждешь от меня веры? Никогда!

- Ты поверишь. Для этого у меня есть свидетель, который все подтвердит. Он скоро придет. И я уверен, ты будешь очень удивлена, а события пятилетней давности всплывут во всех красках.

- Но если пойму что ты врешь, ты… . Вы оба отправитесь в ад. И уж теперь я напишу заявление на тебя. Изнасилование меня тебе больше не сойдет с рук. Эд меня в этом поддержит. Он знает что со мной случилось, и жаждет поквитаться с обидчиком.

Воронцов поднимает голову вверх и начинает громко смеяться. Резко прекращает, опуская взгляд на меня.

- О, детка, ты многого не знаешь. В том клубе оказывается, мы были все вместе, и первым над тобой надругался как раз таки твой любовничек, а я лишь подобрал шалаву, отказавшуюся жить в роскоши. - Шипит в лицо ублюдок, мгновенно из идеального кавалера превращаясь в сатану.

- Я тебе не верю. Эд мне все рассказал. Он был там с друзьями, и не знал, что это была я. Тот парень был под кайфом, его как и меня отравили, а ты насиловал осознанно. - Пальцы впиваются в стол, наровя крошить столешницу в крошку. Содрогаюсь от воспоминаний, когда пыталась остановить Ника, когда умирала от каждого грубого болезненного толчка, разрывающего всю меня внутри, удара по лицу и телу, жутко грубые пальцы на моей тонкой шее лишающие воздуха. Все это по сравнению с тем первым не сравниться, и уже не так ужасно казался акт лишения меня девственности. - Мои подруги еще тогда кричали о суде над гадом. Уверенна, по моей просьбе дадут показания, и видео с камер наблюдения докажут кто есть кто. - Рычу сквозь слезы.

- У тебя нет доказательств. А с камер давно все кадры исчезли. - Усмехается. - Послушай, у тебя нет выхода. Если вернешься ко мне, все будет хорошо. Шмель падла не заслуживает тебя. Он не заслуживает ходить свободно по земле. Это он лишил тебя всего. Он был тем насильником, а я лишь умирал от злости на тебя. Сорвался, облажался. Я люблю тебя, Женя! Когда ты это уже поймешь? - Посыпались фальшивые признания. Не верю ни одному слову.

- Я тебе не верю! Это не правда! Эд самый лучший. А ты за все ответишь. У меня остались доказательства, когда ты мне колол лекарства, от которых пострадала моя дочь.

Опять с Воронцова слетает маска лживого заботливого мужа.

- Ты думаешь, что держишь меня за яйца, не так ли? Что твой кулак сильно сжался вокруг моего горла? Твои потуги мне понятны, но это мелочь, которую мои адвокаты разбросают нищим в подворотнях. Я уверен, что смогу переубедить тебя, и не только я. Вот он, мой свидетель, так вовремя. - Кивает в сторону за моей спиной, не оборачиваюсь, так как знаю его игру.

Закатила глаза и усмехнулась. Он пытается спровоцировать меня своей грубой пошлятиной. Быть может, он думает, что поверю, боясь давления и шантажа. Этому не бывать. Сейчас я как ни когда решительна. Но червячок сомнения гложет душу. Не знаю, что со мной будет, если Эд признается, что тот парень он. Наверно будет последняя капля в озере, погибающем в отходах химзавода. Не позволяю этим мыслям затопить меня.

Встаю, сильно скрипнув стулом о матовый рисунок кафельного пола, наклоняюсь к нему. Глаза в глаза, наши носы находились в дюйме друг от друга.

- Уверяю тебя, я нисколько не заинтересована в твоих свидетелях, но могу поручиться за твою голову, здесь… - Стучу пальцем по его лбу и сжимаю зубы, показывая рык волчицы. - Ты мерзкий шантажист, ворюга и насильник. Мы с Эдуардом это докажем, и больше даже твой запах не будет мучить мир.

- Евгения!? Доченька! Как же мы соскучились по тебе. - Слышу за спиной родной голос, но до тошноты противный. Содрогаюсь. Дергаюсь, вставая по стойке смирно. Повернувшись, лицом к лицу, сталкиваюсь с моими самыми страшными кошмарами. Мне много раз снилась встреча с родителями, но ни разу не могла представить, как это будет больно в реальности. Мать с отцом стоят напротив, держась под ручку. Красивая ухоженная парочка говорит о своем, не бедствующем положении. И как у них совести хватило прийти сюда. Душа рыдает, сердце выскакивает из груди в истерике, а щеки омываются первыми признаками слабости от понимания - Воронцов опять их купил.