Ясно, что заранее настроенный портал сам по себе перестроиться не мог. Чья же это работа? Кто-то из слуг? Исключено — для перестройки портала требуется магия, а вся прислуга в замке состоит исключительно из бездарей. Обладает даром он сам, да оба целителя. Лекари не могли хотя бы по той причине, что оба приставлены к графине и отвечают за её благополучие. Вернее, за благополучие наследника рода. Чем скорее граф вернется, тем легче им будет выполнять свои обязанности. Тем более, один целитель всецело предан роду, а второй назначен самим императором. Лекари, точно, ни при чём.

Но сегодня в замок прибыли еще советник и барон с семьёй. Жена у барона бездарна, дочери еще нет восемнадцати, следовательно, дар, если он есть, ещё не мог пробудиться, да и откуда у женщин умение управлять силой?

Следовательно, их можно тоже не считать. Есть ли магия у барона, Энгель не помнил, но, если рассуждать логически, будь у Кроуфа дар, зачем бы ему жениться на бездарной баронессе? Только из-за титула? Но он мог найти одарённую невесту и, приумножив свою силу, заслужить более значимый титул. Впрочем, возможно, барон не честолюбив, и единственное, что его интересует — минимальный титул и земли. Получается, портал перенастроил советник? Грах подери, но герцогу-то, зачем это? Д'Арси богат, родовит и, Делаверт слышал, совсем недавно обзавёлся подходящей невестой. То-то Его Светлость так рассеян и так спешит — не терпится вернуться к девушке.

И выходит, что испортить настройку портала никто не мог. Тем не менее, она испорчена…

— Ар, вы заблудились? Мы можем вам помочь? — размышления барона прервал голос.

Сфокусировав взгляд, в тусклом свете Ночного Ока Энгель рассмотрел двух мужчин.

— Как называется этот город? — по опыту Делаверт знал, что с простолюдинами надо разговаривать вежливо, но твёрдо. Не показывая ни заинтересованности, ни неуверенности.

— Астерия, ар, — поспешил дать ответ один из мужчин. — Вам нужен ночлег?

Единый, он промахнулся, и вместо Андастана угодил в Тропиндар. Правда, на самую границу с Андастаном.

— Да, мне нужен ночлег и добротную повозку с надежными лошадьми на ранее утро.

— Пойдемте за нами, ар, мы вас проводим!

— Куда?

— Здесь неподалёку, буквально на следующей улице от стены, есть хороший постоялый двор. Там вы и повозку найдете.

— И кем вам приходится хозяин этого двора?

— Никем, просто знакомый. Если мы приведем к нему постояльца, хозяин заплатит нам монетку, — объяснил один из мужчин, тот, что постарше.

— Хорошо, ведите. Темнотища, можно глаз выколоть или ноги переломать, — пробурчал барон и показательно зажег светляк.

Жаль, что дар у него слабый, портал он не потянет, а вот продемонстрировать наличие магии нелишне. Место не самое оживленное, он — чужак. Кто знает, не захотят ли его заманить в ловушку и ограбить или убить?

Провожатые покосились на магический светильник и прибавили в голоса почтения.

— Сюда, сюда, ар, здесь есть дверца. До въездных ворот идти почти полтора оборота, а тут мы — пол оборота — и на месте!

Улицы городка были тихи и, практически, пустынны. Видимо, жители привыкли вставать вместе с Дневным Оком и ложиться вслед за ним. Провожатые не обманули — через непродолжительное время они подошли к ярко освещенному дому, судя по вывеске — постоялому двору «Усталый путник».

Обрадовавшись, что всё обошлось без проблем, Энгель дал проводникам по монетке и вошёл внутрь помещения.

Хозяин новому постояльцу весьма обрадовался, сразу предложил ужин и комнату на выбор. Видимо, большого наплыва посетителей в гостинице не наблюдалось.

Барон решил сначала поесть, а потом подняться в комнату. Особого аппетита не было, поэтому он заказал только рагу и отвар, но еда оказалась пересолена и, поковыряв ложкой, мужчина отставил блюдо в сторону. Затем одним махом выпил напиток и приказал проводить его в комнату.

Хозяин, кланяясь и рассыпаясь в любезностях, довел постояльца до двери.

— Утром мне понадобится повозка, крепкая и удобная, для переезда в ближайший от границы город Андастана.

— Как рано утром ар собирается отправиться в дорогу? — поинтересовался хозяин.

— С рассветом.

— Завтрак…

— Не надо. Собери что-нибудь, чтобы я мог перекусить на ходу. Так, что с повозкой?

— На рассвете она вас будет ждать, — ответил тропиндарец. — Могу я уточнить — ар — маг?

— Да.

— Для нас большая честь принимать у себя одарённого! Спите спокойно, у нас здесь благородным гостям ничего не угрожает.

Энгель фыркнул и демонстративно щелкнул пальцами, зажигая светляк:

— Как ты думаешь, ар, должен ли я опасаться за свою жизнь или имущество, обладая магией?

— Нет, ар, что вы! Это я так, для информации, — пробормотал хозяин и отступил от двери. — Располагайтесь, отдыхайте. Чуть только край Ока покажется из-за горы, я вас разбужу.

— Когда покажется край — уже поздно. Разбудите, когда посветлеет небо, — велел барон и скрылся в комнате.

Вроде, ничего такого не делал, но так устал… С каждым мгновением тяжесть увеличивалась, веки сами закрывались.

Что за грах? Отвар! Его опоили усыпляющим отваром!

Мысли лихорадочно метались, ища выход — в отличие от тела, дурман на голову не подействовал. Кое-как добравшись до кровати, мужчина рухнул, не в силах ни раздеться, ни позвать кого-нибудь.

Вот же — влип! И не боятся, что он маг, что подданный другой страны. Что с ним собираются сделать?

Тихо скрипнула дверь.

— Уснул?

— Уснул! Моё пойло, кого хочешь, с ног свалит, хоть маг, хоть бездарь.

— Боязно, Равиль. Не колданёт?

— Ты что? Как он колданёт, если спит? Надо посмотреть, что он везёт, кто таков.

Если невысокого полёта птица, то есть, искать не будут — продадим Вортуму. Если же выясним, что лучше не связываться — утром он проснется, и не поймёт, что его сон-травой опоили.

— Он порталом пришёл, а потом — пешком прямо до гостиницы. Если будут искать, то найти следы дело половины оборота. Сильно рискуем.

— Хватит болтать, тащи сумку, глянем, что он везёт.

Слушая разговор разбойников, Энгель бесился, не имея возможности и пальцем шевельнуть. Полезут в сумку, а у него там деньги, вещи, набор именных вестников, карта… Многоценного.

— Богатый маг-то! Смотри, что у него с собой. Одних монет — на половину гостиницы хватит.

— Вестники, похоже, именные, — вторил ему подельник. — Не простой маг. Может, ну его, связываться?

— Да ты что? Столько денег упустить! А Вортум еще и за невольника заплатит. Вяжи его, пока не очнулся!

Барон ощутил, как его перевернули лицом вниз и свели руки за спиной.

Злость захлестнула, прокатилась огненным потоком по телу, и Энгель удивлённо отметил, что магии у него, как будто бы, прибавилось. Да не как будто, а на самом деле прибавилось! Весьма существенно, надо сказать. Видимо, поэтому он и не потерял способность мыслить.

Похитители, тем временем, старательно стягивали ему руки верёвкой.

Барон напрягся, отчаянно желая, чтобы тело обрело чувствительность. Магия ещё раз пронеслась по жилам, огнём выжигая слабость и неподвижность.

Миг, и Делаверт встал, стряхнув разбойников и порвав путы. Он сам не понимал, откуда у него столько силы, что два похитителя, отлетев к стенам, повалились снопами, не в силах шевельнуться, а крепкая веревка рассыпалась на волокна.

Называется — отдохнул до рассвета!

Спеленав магическими путами обоих разбойников, Энгель при помощи силы подтащил их друг к дружке и прислонил к стене. Единый, сила его переполняла, это было так восхитительно!!! Откуда она у него взялась, он подумает потом, сейчас надо было разобраться с похитителями и без потерь выбраться из этой гостиницы.

Утром будет повозка… Хм, зачем ему повозка, если сейчас он и сам в силах открыть портал?

Барон проделал необходимые пассы, затверженные до автоматизма еще со времён учёбы — тогда он считал, что эти знания ему никогда не пригодятся, ведь уровень его силы не позволяет ими воспользоваться — и с удовольствием увидел, как открывается рамка портала. Перевёл взгляд на двух болванчиков, снова на радужную рамку… Почему бы и нет? С той стороны его люди, зачем оставаться на ночь здесь, когда сразу можно перейти на место?

Энгель улыбнулся, наспех побросал назад в сумку то, что мародеры успели из нее вытряхнуть, подцепил магией обоих разбойников и, забросив их в портал, шагнул следом.

Негромкий хлопок, и в комнате ничто не напоминало, что только что здесь были три человека.

Мужчины проторчали в кабинете почти до самого обеда, потом барон Делаверт ушёл порталом.

— Миледи, Его Милость покинул замок, — доложила верная Стани. — Буквально половину оборота назад.

— А советник?

— Советник ещё здесь. Мне рассказала Клоди, а с ней поделилась Нинет, у которой приятельские отношения с Орином. Орин как раз принёс в кабинет вино, а милорды и лорд спорили насчет вас, миледи. Опекун настаивал на проверке целителями, хочет убедиться, что вы полностью здоровы. Советник припугнул его, что тот чуть ли не головой отвечает за благополучие вашего ребенка, вот барон и переживает. Дескать, вдруг графиня при смерти, а обвинят его.

Гвинет фыркнула:

— И что теперь, Стани? — с того момента, как она узнала о беременности, да ещё и, судя по срокам, от Михаэля, целителей она больше не боялась. Наоборот, пусть смотрят за ней получше, в этом ребёнке её свобода. Относительная, конечно, но по сравнению с перспективой возвращения к отцу — свобода.

— Орин не расслышал — перед ужином или после ужина целители ещё раз проверят вас, и только выслушав, что они расскажут, советник вернется к Его Величеству.

— Что-нибудь ещё говорили? Они же долго там заседали.

— Ничего интересного — про графство, про налоги.

— Хорошо, можешь быть свободна.

Камеристка вышла.

Гвинет прошлась по комнате, переложила с места на место подушку с вышивкой, бездумно провела пальцами по краю бюро.

Итак, опекуну приказано беречь её плод. Это хорошо. Значит, вредить ей он не станет и жену свою укротит.

Вот только, Энгель уехал, и даже не попрощался…

Странно, он ей — никто. Совместная ночь удовольствия не принесла. То ли под влиянием возбуждающего, то ли потому что он сам по себе такой, но барон думал в постели только о себе. Правда, в другое время, когда он не был под зельем, он вёл себя с ней очень предупредительно и заботливо. Грах, ей будет его не хватать…

Остаток дня Гвинет с помощью камеристки и служанок разбирала наряды.

Те, что не скоро пригодятся, отложили, чтобы убрать в дальнюю гардеробную. Те, что она может носить сейчас, пересмотрели — что подшить, что освежить, где расставить.

И выбрали наряд на сегодняшний ужин.

Графиня долго колебалась между роскошным платьем насыщенного винного оттенка и не менее потрясающим изумрудным.

Эти платья она сшила ещё при Елиазаре, но так и не успела надеть.

Грустно погладив ткань одного и другого платья, Гвинет смахнула непрошенные слезинки. Это первый ужин с опекуном, ещё и советник тут — она должна выглядеть безупречно. Безупречно и так, чтобы сразу было видно, кто здесь графиня.

— Винное! — сделала выбор женщина. — А к нему армагдовую полную парюру. И передайте слугам, чтобы ужин накрывали в Парадной столовой.

Графиня не зря выбрала именно эту комнату, хотя, обычно, ею не пользовались.

Всё дело было в том, что хозяева там сидели за отдельным столом, который находился в торце и немного выше остальных столов. Таким образом, граф и графиня, а также один или два гостя, которых они хотели бы выделить, пригласив за свой стол, смотрели на остальных обедающих чуть-чуть свысока, подчеркивая своё положение. К тому же, гостиная была отделана в золотистых тонах, прекрасно оттенявших выбранный ею цвет платья.

Отдав ещё несколько распоряжений дворецкому и экономке, Гвинет тщательно подготовилась, словно она была императрица, и этот ужин был её первым выходом в свет.

Наконец, пришло время.

Когда Гвинет вошла, гости были уже на месте, причём, как она и распорядилась, советник и барон сидели за хозяйским столом, а целители и обе баронессы — за нижним.

При появлении графини, советник встал и поспешил ей навстречу, предложив руку.

— Графиня, вы потрясающе выглядите! — восхищенным голосом прокомментировал её наряд герцог. — Право, иногда я жалею, что мужчинам не часто выпадает наслаждаться обществом таких красивых женщин, поскольку мужья предпочитают не выпускать жён к гостям.

Гвинет улыбнулась, внутреннее содрогнувшись — так и есть, большинство жён магов живут затворницами, годами не видя никого, кроме слуг и, временами, супруга.

Советник провёл хозяйку за высокий стол и усадил прямо по центру, сам сев справа.

— Я рада видеть вас в замке Гроув, — приветствовала собравшихся Гвинет. — Пока моего супруга нет дома, обязанности радушной хозяйки лежат на мне. Надеюсь, мастерство наших поварих порадует моих гостей.

Баронесса прожигала графиню злым взглядом. Казалось, даже её нос дрожал от еле сдерживаемой злости.

Да, Гвинет ясно показала, где место Кроуф, а барон хоть и сидел за одним столом с графиней, но слева от неё. То есть, на второй, если не третьей роли.

Тем не менее, ужин прошел приятно — кушанья, буквально, таяли во рту, мужчины наперебой развлекали женщин, слуги были расторопны, услужливы и незаметны.

По завершении трапезы, советник обратился к присутствующим:

— Поблагодарим Её Сиятельство, графиню Гроув за чудесный ужин! Дамы, — слегка поклонился он в сторону баронесс, — полагаю, вам будет удобнее в ваших комнатах.

Время позднее, несомненно, вы устали и скучным деловым разговорам предпочтете здоровый сон.

Баронесса, вспыхнув, встала, дернув за руку дочь.

— Благодарим за ужин, — сухо проговорила она, сделала реверанс и, пылая негодованием, удалилась в сопровождении дочери и одной из служанок.

— Миледи, — обратился к Гвинет советник, — мы были бы вам очень признательны, если бы вы позволили целителям еще раз вас осмотреть. Ваш опекун желает удостовериться, что с вами и ребёнком всё в порядке.

Графиня кивнула и поднялась:

— Конечно, пройдемте в Малую гостиную, она прямо напротив Парадной. Милорд, лорд, надеюсь, вы не заскучаете.

— Миледи, осмотр не займет больше четверти оборота, — заверил женщину Цилен, Его Светлость и Их Милость не успеют заскучать.

— Нет! — подал голос барон. — Я намерен присутствовать при осмотре!

— Вы же не имеете целительского дара! — удивился герцог. — Какая разница — здесь или там — вы всё равно ничего не увидите.

— Я — опекун миледи и, как вы недавно мне поведали, отвечаю своим благополучием за здоровье и жизнь наследника графства.

— Если Её Сиятельство не возражает, — неуверенно ответил герцог, — то никуда выходить не нужно, проводите исследование прямо здесь.

Гвинет пожала плечами:

— Что мне нужно делать?

— Ничего, миледи. Просто встаньте и постойте спокойно. Магическое сканирование совершенно безболезненно, безвредно и не занимает много времени.

Графиня встала, изящным движением расправив юбки, и замерла.

Оба целителя приблизились и сосредоточились. Цилен взял женщину за правую руку, Визар подошёл справа, но прикасаться к миледи не стал.

Советник и барон, казалось, затаили дыхание.

— Говорите вслух, что видите, — негромким голосом приказал герцог.

— Миледи несколько утомлена, — начал Визар, — не настолько, чтобы это нельзя было поправить.

— Плод здоров, развивается нормально, — продолжил Цилен.

— Срок! Какой точный срок? — подал голос барон. — Ребенок, точно, здоров?

— Это ещё не ребёнок, — напряженно всматриваясь куда-то вглубь организма женщины, ответил Визар, — пока это — почти трёхнедельный плод. Если точнее, ему ровно двадцать дней с момента зачатия.

Барон принялся что-то считать, подняв глаза к потолку и смешно шевеля губами.

Он не увидел, как напрягся и второй Целитель, как оба лекаря обменялись потрясёнными взглядами и снова уставились на женщину.

— Что-то не так? — пантомима не прошла мимо внимания герцога. — Здоровье или жизнь ребенка в опасности?

— Нет, нет, с этим нет никаких проблем! — хором заверили целители.

— Тогда почему у вас обоих такие лица? — выгнул бровь герцог.

— Не знаю, что сказать, — пробормотал Цилен. — Ума не приложу, как я не заметил раньше?

— Да и я тоже умудрился пропустить, — Визар потёр переносицу, не отводя глаз от Гвинет. — Это потрясающе!

— Что?

— Что случилось?

— Что со мной?

Три вопроса раздались одновременно.

— Миледи, приносим вам извинения, что не смогли увидеть это раньше. И к извинениям добавляем поздравления — у вас всё в порядке, вы здоровы, как никогда. Плоды, также, здоровы и развиваются нормально, а то, что два отстают, это в порядке вещей. Видимо, более сильный зародыш отбирает себе все лучшее, и другим достаются остатки. Но мы поможем, совсем скоро разница исчезнет.

— Два отстают? — как во сне переспросила Гвинет. — Мне послышалось… Я не очень поняла… У меня что — двойня??!

— Нет, миледи, у вас не двойня, — широко улыбнулся Цилен.

— У вас тройня, — не менее широко засиял Визар. — Такая редкость! Я не припомню ни одного случая. Единый благословил вас!

— Тройня? И два плода немного отстают? — графиня почувствовала, что у неё заледенели губы.

— Да! Но малыши догонят, мы им поможем, чуть-чуть подстегнем развитие.

— Догонят… Тройня… Как сильно они отстают?

— Они не то, чтобы отстают, они выглядят здоровыми, но младше старшего на пару недель. Ничего, я читал, что при двойнях и тройнях такое бывает, — успокоил Цилен. — ]Лке говорил — мы им поможем догнать. Завтра же дам вам отличный отвар.

Гвинет покачнулась — отстают на две недели, их было не видно раньше, зелье, гарантирующее зачатие, ночь с бароном…

И потеряла сознание.