Я вышла из переговорной, проводила клиентов до лифта, улыбнулась, пожала руки, сказала что-то про «созвонимся в четверг», и когда двери лифта наконец закрылись, я выдохнула и прислонилась к стене. Это была долгая встреча. Я устала. Но усталость эта была приятной, рабочей. Я поправила юбку, одёрнула блузку и уже собиралась вернуться в кабинет, когда заметила его.

Он сидел в кресле в углу приёмной — в том самом тёмно-синем костюме, который так ему шёл. Он не смотрел в телефон, не листал журнал. Он смотрел на меня. И когда наши глаза встретились, он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня каждый раз подгибались колени.

— Мишель, — выдохнула я. — Что ты здесь делаешь?

— Я ждал тебя, — сказал он, поднимаясь с кресла. — Я не мог больше без тебя. Мы не виделись целую вечность.

— Пять дней, — сказала я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Пять дней — это и есть целая вечность, — он подошёл ближе, взял мою руку и поднёс к губам. — Я скучал, Alexandrine. Очень.

Я оглянулась. Приёмная была пуста. Секретарша ушла на обед. Мы были одни.

— Пойдём, — сказала я, взяла его за руку и повела в свой кабинет.

Я закрыла дверь, повернула ключ, и в ту же секунду он прижал меня к этой двери, и поцеловал — глубоко, жадно, так, что у меня перехватило дыхание. Его руки уже скользили по моему телу — по талии, по бёдрам, по груди. Он расстегнул мою блузку, стянул лифчик, и его губы коснулись моего соска. Я застонала.

— Я хочу тебя, — прошептал он. — Прямо сейчас. Прямо здесь.

Он развернул меня спиной к себе, задрал юбку, стянул трусы. Его пальцы скользнули между моих ног, и я застонала, чувствуя, как он раздвигает мои губки, как входит в меня — сначала один палец, потом два. Я была мокрой, готовой для него.

— Ты скучала, — прошептал он, трахая меня пальцами. — Я чувствую, как ты скучала.

— Да, — выдохнула я. — Да, Мишель, да.

Я слышала как он расстегнул ширинку, и твёрдый, горячий член вошёл в меня. Он вошёл сзади, глубоко, до конца, и я вскрикнула, опираясь руками о дверь. Он трахал меня сильно, ритмично, и его руки держали мои бёдра, а губы шептали моё имя. Я кончила быстро, содрогаясь, и он кончил в меня следом. Мы замерли, и стояли так не шевелясь. Я была счастлива. Он был здесь. Он приехал ко мне.

— Alexandrine, — прошептал он, целуя меня в плечо. — Мне так плохо без тебя.

— Мне тоже , — сказала я. — Мне тоже, Мишель. Ты даже не представляешь насколько мне плохо.

Он развернул меня и крепко прижал к себе. Потом отпустил и мы оделись, и он ушёл так же внезапно, как появился.