Прежде чем подойти к Флоре, Хоук вернула своей прическе стандартный для её геройского образа вид, а свою камеру закрепила у плеча, освобождая руки. Я было поморщился: толку-то, если одежда гражданская, но сразу же понял, что непроходимо туплю. Даже в моем мире ютуберы вовсю осваивали подстановку изображения в живую трансляцию (хромокей), а на нынешних мощностях софта и железа заменить одежду можно будет вообще без проблем! Да, докопаться до факта режиссерской работы при наличии опыта и специального аналитического программного обеспечения получится — но не более того.

Тем временем Птица подошла к безучастно сидящей на полу Флоре, было собралась что-то сказать, но передумала. Нахмурилась. Мотнула головой. И выдала:

— Оборотень просил передать тебе привет. Он уже почти здоров, только все никак не может перестать переживать после твоего последнего решительного «нет»!

Я беззвучно присвистнул: словесная стрела попала в цель! Экотеррористка дернулась как от удара — и подняла наконец глаза на собеседницу. А та не стала жалеть её.

— Я ведь точно знаю: у тебя кроме него никого и близко не было, даже свои частенько обходили стороной. Вульфи частенько ведет себя как придурок, но одного у него не отнять: если он чего-то вбил себе в голову, то упирается как баран. Он ведь начал тебе нравиться, не отрицай. Так зачем, а? Что мне ему сказать? Ради чего ты его променяла… на вот это?

Да-а… Может, из Хоук и не получился такой успешный лидер, как Найтблинк, но навыками контроля подчиненных она все же действительно овладела. И теперь на всю катушку использовала, безжалостно вбивая слово за словом в самую болевую точку. И это сработало.

— Ты… не поймёшь! — от былого безучастного спокойствия Флоры не осталось и следа. Разве что встать с пола она пока так и не решилась.

— Ох, куда уж мне, — деланно и очень едко «согласилась» Ястреб. — Даже не появись мы, тебя бы гвардия прямо там в скалы вместе с твоим тупым големом и вкатала с одного залпа! Променять возможность жить и поделить с другим человеком свой маленький кусочек счастья на возможность гарантированно сдохнуть: да, этого я никогда не пойму!

— Там песчаная осыпь ближе к середине стройплощадки на обратном склоне. Я собиралась в неё нырнуть, как только услышу приближение нацгвардии, — самым натуральным образом начала оправдываться Флора. — А штурмовики, если хочешь знать, накрыли бы ракетным пуском не только мою куклу, но и всю станцию и разнесли все, чего я не успела повредить!

Я краем глаза заметил, как оживился Шеридан на слове «услышу» и скривился после второй реплики. Похоже, для военных мы уже не зря пришли.

— Но тут появились мы и все пошло не по плану, — «понимающе» покивала Хоук. — Этого ты, конечно, предусмотреть не могла, устраивая террор в шестидесяти километрах от нашей базы…

— Это не террор! — повысив голос, перебила Птицу злодейка. — Мы говорили, мы обращались к властям и народу США — все бестолку. Уничтожая природу, меняя течения ветров и заставляя осадки выпадать не там, где они это делали раньше мы нарушаем равновесие нашего мира!

— Природы на каменистой бесплодной равнине в горах было просто дофига, точно, — покивала Ястреб. — Целых десять, не двадцать ящериц! Самой не смешно, а?

— Эта станция — пробная. Если заработает с необходимой отдачей — первая в сети таких же, ради которых по всем побережью на южных склонах уничтожат лесные и псевдотундровые биоценозы! — судя по экспрессии, Флора не просто верила в то, что говорит, а еще и сильно переживала за сказанное.

— Ну, допустим, — Хоук то ли сделала вид, что задумалась, что ли действительно так и сделала. — И что?

Универсальный аргумент «и чо?» и в этот раз не подвёл: собеседница аж на ноги подскочила!

— Ты меня вообще слушала, нет? Равновесие мира…

— Эта дурацкая абстракция тебе настолько важнее Оборотня? — ледяным тоном срезала Флору Птица, не дав договорить. — Важнее жизни единственного человека, которому лично ты не безразлична?

И опять попала в цель: экотеррористка осеклась на полуслове, сгорбилась, опустила глаза, а потом и вовсе плюхнулась назад на пол. Я уж думал, что на этом разговор и закончится, но нет, хозяйка голема все же заговорила. Тихо и не глядя на героиню.

— Сдвиг равновесия — новые стихийные бедствия. Как открытие порталов сопровождалось землетрясениями и ураганами, так и новые бедствия могут спровоцировать новое открытие порталов. Симпатический принцип, если тебе это о чем-нибудь говорит. И это не мои выдумки, а выкладки учёных. А если мир падет под натиском новой волны из порталов — какая тогда любовь…

Тут Флора окончательно иссякла и замолчала, все так же безучастно глядя в пол, как до того момента, как нас сюда привели. Судя по кислому лицу майора, выданная злодейкой информация соответствовала действительности. Похоже, кто-то где-то допустил утечку сведений — возможно, открытие вообще совершили за рубежом и по чьему-то недосмотру опубликовали в Сети. Доступ к который из-за границы ограничен, но все же есть.

— С чего ты взяла, что наш мир падет? — Хоук же явно было что сказать, причем так много, что она даже не сразу выбрала, что именно высказать вслух. — Мы отбились и нашли решение один раз, найдем и другой. А то, что ты предлагаешь — стагнация. Попытка спрятаться перед неизбежным, всеми силами его пытаясь его отсрочить и зная, что оно непременно произойдет! Да и подумай сама: строительство сети станций что-то настолько глобально повлиять на весь мир не может! Нужно повлиять на климат в нескольких государствах, добиваясь возникновения катаклизмов…

Но её собеседница на все новые слова никак не реагировала, и Хоук, сказав еще несколько фраз, просто развернулась и двинулась на выход. Зато не смолчал Шеридан.

— Вот же ж дура инфантильная, — потёр он лоб, глядя на Флору. — Сделала большую глупость под влиянием момента, а теперь никак не может признать свою ошибку и жить дальше… Большое спасибо, ребята, вы действительно хорошо поработали. Это было важно.

— Я ведь правильно ей сказала, мы отобьемся и во второй раз? — в обычном состоянии чувств Птица ни за чтобы такое не ляпнула перед практически незнакомым человеком, но добиваясь ответов она раскачала собственные эмоции — и те еще не успели улечься. А еще она, похоже, превысила лимит автономности организма — не зря так судорожно схватилась за мою руку!

— Моделирование вероятного развития событий показывает, что с большой вероятностью — да, — кивнул майор. — Проблема в другом: никто не гарантирует, что порталы по второму разу удастся заткнуть. Да и физические константы в очередной раз поплывут, и что из техники из-за этого откажет, можно только гадать. А в технике и автоматизации, в массовом производстве вся наша сила — когда маги и сверхи вроде тебя, Хоук, боевые единицы сами по себе. Потому так важна ваша помощь и реакция при прорывах — именно вам, если что, затыкать возникшие у нас дыры.

Откровенно. С другой стороны, мы же уже под подпиской…

— Когда в прошлый раз… хлынуло, — похоже, нам «сверху» зачем-то решили выдать нам некий объем не самой секретной информации… или это лично Шеридана инициатива, этакое «спасибо» за удачный допрос осужденной? — у нас и в других странах резко озаботились возможностью нивелировать влияние чужаков и изменения законов природы на электронику и прочую технику. Почему-то прижилось слово «якорь» в качестве термина… и первыми неожиданно успели японцы. У них не так много земли, со всех сторон море, и она врубили установки на полную мощность не проверяя… Собственно, это и есть их пресловутые «генераторы», в целом вызвавшие нужный эффект, но только не там, где их создатели надеялись. Отключить машины сразу не получилось, уж не знаю, почему, а потом самые сильные государства мира пригрозили стереть Хонсю термоядерным огнём, если рубильник повернут… В итоге имеем что имеем.

Жестом пригласив нас идти, военный покачал головой:

— Как только немедленная опасность оказалась ликвидирована, финансирование разработок обрезали — экономикам стран и без того стало худо, а решение, пусть и чужое, уже работало и всех устраивало. Запускать у себя на территории подобные штуковины никто не хотел. Некоторые отдельные ученые и коллективы пытались найти альтернативу, но без централизованной государственной поддержки, как вы понимаете, так никто ничего и не добился…

* * *

Летающий БТР довез нас обоих до самой базы «Защитников». То ли чтобы не вызывать ажиотажа приземлением в Салинасе, то ли для наглядной демонстрации «в случае чего мы знаем, где вас искать».

— Жутковатое местечко, эта тюрьма для сверхов, — мы так и остались стоять на крыше, держась за руки и провожая глазами корму боевой машины, пока та не скрылась за деревьями.

— Это не тюрьма, — думая совсем о другом, медленно проговорил я. И только почувствовав удивленной взгляд девушки, вернулся к реальности.

— А что тогда?

— Надпись в ангаре видела? Эс-А-три-ноль-пять, — дождавшись кивка, я продолжил. — Что угодно готов поставить на кон, первые две буквы означают «Специальный Арсенал» — а дальше его цифровой код, ведь «такие есть в каждом штате».

— Арсенал… — протянула Хоук, и только тут до неё дошло. — Они… делают из осужденных сверхов живое оружие?!

— Ты же сама слышала майора: когда начнётся новое вторжение, именно когда, а не если, именно одаренные не подведут точно, в отличии от привычного оружия, часть из которого рискует «посыпаться». А дрессированные и правильно мотивированные зэ-ка, натасканные и организованные под единым командованием очень даже дадут пришельцам прикурить. Ну и их все равно уже не жалко.

* * *

Среди ночи я проснулся, очень осторожно, стараясь не разбудить, выпутался из объятий Птицы. Удалось — сегодня девушка спала как убитая после всех переживаний и перипетий. Разумеется, путь мой лежал в туалет — но потом, вместо того, чтобы сразу вернуться к любимой, я спустился вниз, к мастерским и ангарам, и там вышел на пляж. Брр, холодно! Но пару минуток я потерплю. В свете Луны вызванная Фая в неполной форме сначала показалась мне объятой натуральным сиянием, но стоило мне начать гладить обрадованно ластящуюся собаку, как я понял: шерсть. Пока еще не очень густая, снежно-белая, «дивно» сочетающаяся с бордовой кожей — но больше кровавая борзая не была голой.

А когда я все-таки заставил расшалившуюся игрунью встать мордой к ночному светилу и замереть, убедился, что и тут не показалось: череп изменился, стал больше напоминать классический собачий, и четко обозначились глазные впадины. Не удивлюсь, если и глаза через некоторое время откроются.

«Якорь». Я долбанный «якорь», живая зона нормальных законов природы! Очень слабо действующая… но только до тех пор, пока внутри не окажется сильно измененное существо. Или, возможно, даже предмет — хотя тут не факт. Разность потенциалов решает — и тогда процесс идет быстро. Или медленно, как с симбионтом, переделанным из обычной собаки наполовину генетическим способом, если верить вампирским историям. Что для моей способности, видимо, «не считается», или считается по другому принципу. Но и тут наблюдается откат к прототипу.

Вот почему постоянно общающаяся со мной тогда Мелисса смогла подтянуть свой вампирский «уровень» без существенных внешних изменений, которых так боялась — это моя нормализация раз за разом откатывала её состояние. Что интересно, не влияя непосредственно на силу магии крови.

Но самое страшное не это. Зэта… Моя любимая, ненаглядная синта, сумевшая осознать свое измененное состояние своего программного кода — это ведь из-за меня произошло! Она пошла на натуральное самоубийство именно для того, чтобы получить шанс вернуть себя в том виде, в котором таких как она задумывали ныне погибшие создатели, не смогла жить измененной! И это моя и только моя вина, хотя я тогда о своей «особенности» даже не подозревал.

Проклятье… И, как будто этого мне мало, стоит коллегам того же Шеридана пронюхать о том, что один ученый все-таки добился своего, пусть и криво-косо, меня упрячут туда же, куда и Флору, только еще глубже. Как же, стратегический ресурс! Пусть и бракованный, но ведь и так толк выжать можно! Ох, а ведь где-то в США, возможно, стоит себе законсервированная лаборатория моих родителей. Они ведь не даром рискнули провести эксперимент на сыне, да что там, может, специально родили его для этого, отец ведь уехал из России после закрытия его ветки исследований. Ну а с матерью и все и так понятно: морпех, патриот своей страны, она была готова на все ради Родины.

Боже, какой п… песец! И кто мне скажет, как вот из этого всего теперь выпутываться?! А ведь придется. И никто не отменял возвращение Зэты: перед ней я, получается, в двойном долгу.

Твою мать…