Вроде бы я во время проектирования успел насмотреться на элементы будущего высотного зеркала во всех ракурсах — но нет. Здесь и сейчас, вживую, воплощенный в композитах, графене и тончайшей фольге юнит будущего кластера… внушал. И огромным в охвате, но тонюсеньким электромагнитным контуром опорного электромагнита, выполняющего заодно и функцию антенны, и «лопухами» поворотных отражающе-поглощающих панелей, которые в буквальном смысле исчезали, стоило попытаться рассмотреть их с торца.

— Поворотные плоскости руками лучше не трогать, можно погнуть или сломать, с непривычки, — вовремя предупредил Президент университета и Роуз отдёрнула протянутые пальцы. — Мы два комплекта «крыльев» сломали прежде, чем состыковали их с контуром. Если бы не таланты мисс Хоук, поднять подобную конструкцию высоко в небо оказалось бы той еще инженерной задачкой.

На этом месте наш визави слегка поклонился стоящей рядом со мной Птице.

— Словно бабочка! — наконец нашла подходящие слова Фриман.

— Да, у нас с завкафедрой инженерных конструкций при монтаже те же ассоциации возникли, — добродушно покивал мужчина. Я, невольно представив сцену окончательной сборки устройства у себя в голове, немедленно «увидел» третье по счету помятое крыло и услышал исступленное «факинг баттерфляй!» — На самом деле, как и у живой бабочки, прочность у получившегося изделия вполне достаточная. На рабочей высоте не будет ни ветра, ни твердых предметов, способных порвать плёночные конструкции — а допуски под тепловое расширение и сжатие учтены еще на стадии проектирования.

— Вот как, — салатная принцесса стремительно переключилась с режима восхищения на вкрадчивый, но деловой тон: — А что по затратам вышло?

— Университетский универсальный три-дэ фабрикатор вполне справился с задачей, закупить пришлось только шаговые электродвигатели для вращения «крыльев» и накопители электроэнергии за счет выделенных нашему вузу фондов для студенческих работ, — продолжая добродушно улыбаться, сообщил президент. — Материалы и другая корпусная электроника взяты из запасов лабораторного сырья. Так что смело можете забыть про дополнительные вложения для проекта дополнительной подсветки кампуса в утреннее и вечернее время.

Надо было видеть лицо Роуз, когда она дослушала фразу до конца. Подозреваю, лимон вместе с кожурой она сжевала бы с более спокойным выражением. Пришлось мне принимать подачу:

— Без вашей, — я нажал голосом на слово «вашей», давая понять, что мы очень хорошо понимаем роль главы университета в уже достигнутом прогрессе, — неоценимой помощи и поддержки у нас вряд ли были какие-то возможности спроектировать и построить нечто подобное своими силами…

Роза раскашлялась. Ну да, ну да, мы вроде как все придумали, сделали проект своими силами — и тут такое не особо завуалированное заявление на права контроля высотным рефлектором. Как будто она что-то другое ожидала? Или из-за юношеского максимализма и недостатка жизненного опыта неконтролируемая жадность обуяла? Так делиться надо!

— И потому идея умерла бы еще на стадии… идеи, — закончил фразу я. — Ну или была бы отложена на неопределенный срок. Тем более, ведь техническая сторона вопроса — вовсе не самое сложное, я правильно понимаю? Мало разместить что-то в как бы ничейной области высотных коридоров, надо согласовать кучу нормативных документов, вплоть до влияния на экологию и движение воздушных машин и судов. Для студенческого, а потом и научного проекта, подозреваю, это существенно проще, чем для структуры, предназначенной для извлечения прибыли.

Роуз прекратила кашлять на половине «кхе», словно звук отключили, а на лице появилось сильно задумчивое выражение. А ведь мы с ней уже говорили на эту тему — тогда, во время мозгового штурма втроем. Видимо, напарница по проекту в тот раз посчитала ненужным запоминать всякие заморочки — ведь еще главного не существовало. А теперь вот оно, это «главное», лежит в сборочной мастерской универа — без малого десять метров длинной (шириной?) вместе с панелями.

— Верно, но это, во всяком случае пока, не ваша головная боль, мальчики и девочки, — кивнул глава университета. — Экологический вопрос, кстати говоря, один из самых… интересных будет. Если для подсветки жилых массивов польза продления светового дня малооспорима, то вот для биотопов… придется проводить исследования.

— И лучше начать с простейших, моновидовых биотопов, типа выделенного салатного поля, — в тон ему вставил я. — Как думаешь, коллега, твой дядя для научных студенческих нужд выделит участок посадок? Подобная благотворительность наверняка не будет проигнорирована обществом.

«Щёлк» — этого звука, я, конечно, не услышал. Но Роза именно так, словно выключатель повернули, вернулась к своему обычному состоянию.

— Таки можете на меня рассчитывать — дядю… и всех остальных я обязательно уговорю оказать максимальное содействие! — И даже не улыбка, оскал во все тридцать два.

— Мистер Алан, вам тоже может оказаться полезным обсудить с вашими приемными родителями свое замечательное начинание, — внезапно намекнул уже мне президент. — Помните, я рекомендовал подумать на счет направления солнечного «зайчика» от рефлектора в дневное время суток? Поле батарей солнечной электростанции видится мне не менее перспективной целью, чем поле салата. Недаром же наш штат по праву считается лидером в производстве «зеленой» энергии!

Вот подача так подача! А мужик-то фишку рубит: финансирование его заведения ведь не только федеральное, штат тоже кое-что выделяет — это как минимум. И вообще хорошая, крепкая дружеская связь с известным, пусть и местечковым политиком — она никогда лишней не будет…

— По-моему, мы делим шкуру неубитого медведя, — голос Ястреб заставил всех присутствующих вздрогнуть и обернуться к супергероине. — В смысле, сначала надо провести испытания хотя бы этого юнита.

— Ваша правда, мисс Хоук, — после длительной паузы ответил глава университета за всех. — Что-то мы увлеклись… раньше времени. А работы еще куча предстоит. Давайте готовиться к подъему!

* * *

Старт Птицы, бережно «завернувшей» элемент будущего рефлектора в свою магию мы провожали словно старт космической ракеты. Уже отработано, но очень тщательно, в несколько повторений проверили её скафандр, запасы кислорода, связь — а потом долго смотрели с крыши плоской крыши мастерской туда, где на фоне облаков скрылась тёмная точка её фигуры. После осторожных проверочных и тестовых полетов нужную высоту девушка могла взять примерно за час. Этот час нам оставалось только ждать… а мне еще и вспоминать события позавчерашнего вечера.

Вчера мы как-то не пересеклись, а сегодня утром Хоук встретила меня напряженным взглядом. Она явно не забыла нашего замечательного прощания… и не менее явно не знала, как на произошедшее реагировать! В общем, когда я заговорил с нею как ни в чем не бывало — девушку прямо отпустило. Что ж, иногда время это именно то, что нужно, чтобы определиться с тем, что ты хочешь. От других, от себя, от жизни… и вообще. Что касается меня самого…

Ну, отрицать теперь глупо — Хоук мне явно и определенно нравилась. Характером, внешностью, складом мышления в конце концов. Я наконец понял, почему задирал Оборотня в день, когда вызвал его на дуэль. Подсознательно защищал свою девушку от припершегося нахала, еще и позиционирующего себя как её близкого друга. А когда тот начал тыкать мне в лицо своей позицией — спровоцировал на драку на своих условиях, чувствуя за собой силу победить. И победил ведь. Еще и лично вмазал «на кулачках»! Самое смешное — ведь полученный поцелуй, если так подумать, был не менее подсознательным ответом «я заметила»!

Блин. Встреть я подобную девушку в своем мире (без всяких сверхсил, разумеется) — наверное, быстро влюбился бы! Здесь же меня мало того, что уже связывали некоторые обязательства — ведь чувств к Зэте я тоже не растерял! Однако чертовым гормонам было как-то параллельно наличие неживой возлюбленной, срок возвращения которой я при всем желании не мог определить. «Вот, подходящая тебе девица — хватай её!» И ладно бы я вовремя заметил — так нет же, допустил, чтобы «узелок завязался». И однозначного сказать про себя «ты поступил плохо» я тоже не мог.

Птица… замкнутая, загадочная, предпочитающая делать, а не говорить, вечно в темном. А на поверку — изгнанная матерью за проявление сверхспособностей из дома девочка, много лет хранящая свою персональную страшную тайну. Именно мне она смогла довериться — первому и единственному, раскрыть себя. Да, я понимаю, что в том вина больше стечения обстоятельств — Хоук уже невозможно было держать в себе такую информацию, я попался вовремя и оказался достаточно не-американцем. Но все же, все же.

Оттолкнуть её сейчас от себя, начать отдаляться — значило совершить невероятное, наигнуснейшее предательство. Это кроме того, что я лишался, как ни крути, верного союзника и просто друга — а других у меня тут вообще-то не наблюдалось. Более того, я в принципе не был уверен, что Зэта меня осудила бы за эту «интрижку» — вот уж кто-кто, а моя синта на зависть многим людям обладала… обладает широкой душой и способна к состраданию! И тщательно примерила на себя японским менталитет, совсем по другому относящийся к «изменам».

…В общем, я решил не накручивать себя раньше времени. И не форсировать события определенного толка со своей стороны. Пока ведь ничего не произошло, верно? Поцелуй — едва ли не самое невинное, что может случится между мужчиной и женщиной. Потом, самой Хоук ведь тоже может быть нужен не парень, а друг. Вот пусть и решает. Время покажет.

* * *

— Высота достигнута, — отчиталась Птица. Мы видели её лицо благодаря видеосвязи скафандра — и одновременно изображение с фронтальной камеры шлема, в поле зрения которой на некотором отдалении застыла «бабочка». — Устройство в рабочем положении.

— Тестирование систем и компонентов… Связи… — Президент управлял своей консолью почти не двигая руками. — На соленоиды подан ток… Отпускай!

— Сделано!

Разом лишившаяся темной «обертки» штуковина провалилась вниз метров на пять, но сразу же замедлилась, и, медленно вращаясь, заскользила куда-то в сторону.

— Преследую. Держу в кадре.

Выглядела «погоня» сюрреалистично: снизу выпуклый диск Земли, сверху — абсолютно черное небо с пылающим маленьким Солнцем.

— Связь сохраняется устойчиво, — тем временем отметил мужчина. — Компенсация вращения… Коррекция горизонтального смещения… Активировать лепестковые приводы!

— Сделано! — я нажал на виртуальную кнопку.

Хоук пришлось сделать изящный пируэт, чтобы уйти от столкновения с внезапно изменившей траекторию «бабочкой».

— Вау!!! — не удержалась от возгласа Роуз, когда аппарат опять попал в объектив. Я на своем дисплее видел, что элемент будущего кластера висит, точнее на самом деле все еще скользит под углом к горизонту, но в пустоте стратосферы не к чему было привязать взгляд. А «вау» относилось, по видимому, к тому, что он зеркальных сторон «ушей» косо вниз, к поверхности, уходили ясно видимые лучи, то есть пучки света. Хоук попыталась рассмотреть на облаках далеко внизу пятно «зайчика» — но тщетно.

— Программное обеспечение полностью взяло компонент «Альфа-прототип-один» на автоматический контроль. Ошибок нет, — вновь отчитался глава университета. — Мисс Хоук, можете спускаться ваша миссия на сегодня завершена. Теперь наработка на отказ… и запуск новых компонентов.

…Уже у самого облачного фронта над западным побережьем Калифорнии, Хоук перевернулась в воздухе так, чтобы камера на шлеме смотрела вверх и на север. И мы все-таки смогли увидеть яркую золотую искру на фоне медленно темнеющего неба прежду, чем все закрыл густой туман.