ТимурСергей выглядел так, будто кто-то очень хотел, чтобы он больше никогда не открыл рот.И всё-таки открыл.Частная клиника находилась почти на окраине города. Никакой вывески, никакого обычного потока пациентов. Место, куда привозили людей, которым по разным причинам не хотелось объяснять происхождение травм официальной медицине.Когда мы с Севером вошли в палату, Сергей был в сознании.Лицо опухшее, одна сторона почти полностью синяя, губа рассечена, правая рука зафиксирована. Дышал неглубоко — судя по всему, рёбра тоже получили своё.Я остановился у кровати.Злость была.Но бить его сейчас не имело никакого смысла.Он и без меня уже едва держался.Доктор предупредил: минут пятнадцать, максимум двадцать, потом разговор закончится независимо от моего желания.Мне хватит.Сергей увидел меня и закрыл глаза.Не от боли.Узнал.— Посмотри на меня.Он подчинился не сразу.Когда всё-таки поднял глаза, в них было уже не привычное человеческое раздражение, а страх человека, которого попытались убрать свои же.И это было полезнее любых угроз.Я положил телефон на край кровати.На экране — сообщение с его второго аппарата.Они поняли, что Корнеев пустой. Убирай хвост.Сергей побледнел даже под синяками.Вот.Значит, понял.— Кто написал?Он молчал.Я не повышал голос.Не потому, что стал добрее.Просто он сам прекрасно знал: если сейчас продолжит защищать человека, который уже однажды попытался его уничтожить, второй шанс ему никто не гарантирует.— Сергей, тебя привезли сюда почти мёртвым. Те, на кого ты работал, решили, что ты стал лишним. Поэтому перед тем как снова изображать верность, подумай, насколько она взаимная.Его дыхание стало тяжелее.Север стоял у окна и не вмешивался.Через несколько секунд Сергей заговорил.Не имя.Конечно.Слишком просто было бы получить настоящее имя.Он называл человека Громом.Не знал, настоящее это прозвище или нет. Видел его всего дважды. Обычно получал сообщения через одноразовые телефоны, иногда — через посредника. Гром платил хорошо и никогда не объяснял, зачем нужна информация полностью.Сначала Сергей думал, что речь идёт о конкурентной борьбе.Наблюдение за заведениями.Графики.Люди.Кто где появляется.Потом появилась просьба найти тех, кто сможет предоставить машину без нормального следа.Вот тогда он понял: дело уже не только в бизнесе.Но деньги взял.Продолжил.Мне хотелось ударить.Очень.Не за себя даже.За простоту, с которой такие люди потом рассказывают: «я не знал, что будет».Знал.Может, не детали.Но знал достаточно, чтобы отказаться.Не отказался.Я наклонился ближе.— Корнеева вам дали специально?Сергей кивнул.Гром ещё в начале сказал: если что-то начнёт идти не так, цепочка должна выводить на Корнеева. У него уже были настоящие дела с Дроновым, реальные деньги, грязные сделки — идеальная основа.Они не создавали ложь с нуля.Просто направили нас к правде, которая не имела отношения к нападению.Умно.Слишком, блядь, умно.— Почему именно Корнеев?Сергей не знал.Возможно, потому что его было легко сделать убедительным врагом.Возможно, потому что кому-то было выгодно столкнуть нас.Это совпадало с тем, о чём сам Корнеев говорил.Но дальше стало интереснее.Гром интересовался не только мной.Рашидом тоже.Его расписанием.Встречами.Маршрутами.Клубами.Мамины данные Сергей не собирал.Артура — частично.Евы среди названных людей не было.Пока.И именно это «пока» я сам добавил в голове.Не Сергей.Я.Потому что после разговора с Севером эта мысль уже никуда не уходила.— Кто выше Грома?Вот здесь Сергей снова попытался закрыться.Не словами.Просто взгляд ушёл.Я положил ладонь на спинку кровати и медленно наклонился.— Тебя избили не мои люди. Тебя попытался добить тот, кому ты сейчас собираешься сохранить тайну. Если это твой способ умереть красиво, он очень тупой.Сергей сглотнул.Ответ оказался почти бесполезным.Он не знал.Гром получал команды от кого-то ещё.Сергей слышал только однажды, как тот говорил по телефону с человеком, перед которым явно не мог позволить себе привычный тон.Никакого имени.Никакого обращения «шеф».Никакого семейного намёка.Ничего.Только ощущение: Гром не главный.Этого было мало.Но впервые мы получили подтверждение структуры.Не один заказчик, который случайно нанял пару идиотов.Система.Уровни.Подготовка.И человек наверху, который заранее понимал, как именно мы будем искать.Я выпрямился.Сергей уже выглядел так, будто разговор выжал последние силы.Север подошёл ближе и задал несколько уточнений по местам встреч, машинам и внешности Грома. Сергей отвечал хуже, иногда путался, и доктор вскоре действительно закончил наш разговор.Перед тем как выйти, я остановился у двери.Сергей смотрел.— Если вспомнишь хоть одну деталь, передашь Северу.Он кивнул.Я добавил:— И молись, чтобы Гром не узнал, что ты жив.Не угроза.Факт.В машине Артур положил передо мной фотографии.Мы уже знали, что Леонид Громов существует.Тридцать девять.Бизнес-консультант на бумаге.Несколько компаний.Связи с финансами, логистикой, недвижимостью.Чистый настолько, что раздражал.Именно такие обычно грязнее всех.Я смотрел на фотографию.Обычный мужчина в дорогом пальто.Если Сергей не врёт, это первый человек достаточно высокого уровня, которого мы действительно можем привязать к нападению.Но даже он не вершина.— Не трогать, — сказал я.Артур посмотрел.— Серьёзно?— Да. Если прыгнем на него сейчас, снова спугнём того, кто выше.Север медленно кивнул.— Наблюдение?— Полное. Но незаметное. Кто приезжает. Кому звонит. Куда ездит ночью. Всё.Я откинулся на спинку.Усталость ударила неожиданно.Последние дни сливались в одно: клуб, склад, отец, камеры, телефоны, люди, которые то врали, то исчезали.А потом в голове появилась Ева.Как назло.Точнее, совсем не назло.Я достал телефон.В нашей переписке последнее сообщение было моё, отправленное ночью:Нашли человека. Уеду надолго. Напишу завтра.Она ответила только:Хорошо. Береги себя.Без двадцати вопросов.Без обиды.И почему-то именно это сейчас заставило захотеть увидеть её сильнее.Я написал:Освободилась?Ответ пришёл через пару минут.Через час. А ты?Я посмотрел на Север.— У меня ещё что-то критичное сегодня?Он усмехнулся.— Зависит от того, что для тебя теперь считается критичным.— Артур.— Нет. Я справлюсь. К отцу завтра утром.Я уже открывал дверь.— Если Громов куда-то двинется — звони.— Конечно.Потом он всё-таки добавил:— И спать иногда попробуй.Я показал ему средний палец.Настроение стало чуть лучше.ЕваТимур приехал не через час.Через час двадцать.Но после того, как несколько дней назад мы устроили скандал из-за его привычки исчезать, сегодня он хотя бы написал, что задерживается.Удивительно, насколько мелочь может изменить отношение.Я вышла из университета уже почти в темноте.Он ждал возле машины.Не вышел навстречу.И сначала я решила, что просто устал.Потом открыла дверь и увидела его лицо.Да.Устал.Сильно.Я села.Тимур наклонился, поцеловал.Не жадно.Просто задержался возле губ чуть дольше обычного.— Привет.— Привет.Я провела пальцами по его щеке.Щетина.Под глазами тени.— Когда ты спал?Он задумался.— Нормально — позавчера.Я посмотрела.— Это не смешно.— Я и не смеялся.Вот в таких моментах его хотелось одновременно обнять и ударить.Я выбрала первое.Наклонилась сама и поцеловала ещё раз.Тимур сразу положил руку мне на затылок и притянул ближе.Поцелуй углубился.И даже после такого дня его тело отреагировало знакомо: ладонь соскользнула на талию, пальцы сильнее сжались, дыхание стало тяжелее.У меня внутри тоже мгновенно появилось тепло.Но сегодня он первым остановился.Лоб ко лбу.Несколько секунд просто дышал.Потом спросил, хочу ли я поесть.Я улыбнулась.Вот и вся романтика.Мы заехали в одно из его заведений.Не в зал.В кабинет наверху.Тимур заказал еду туда, потому что сказал, что не хочет ни с кем разговаривать.Кабинет я уже видела мельком раньше. Большой стол, диван, книжный шкаф, бар, несколько мониторов. Из окна — часть ночного города.Пока ждали, он снял пиджак, бросил на кресло и сел за стол.Я устроилась на диване.Несколько минут молчали.Не напряжённо.Просто оба устали.Потом Тимур сам заговорил.Не обо всём.Но больше, чем раньше.Сказал, что человек, которого они искали, жив.Что ложный след с Корнеевым действительно был оставлен специально.Что теперь у них есть ещё один человек, который, возможно, стоит выше посредников.Имени не назвал.Я не попросила.Но было важно другое.Он признал: нападение не было случайным конфликтом.Кто-то целенаправленно работает против его семьи.Не один день.Не одну неделю.Возможно, намного дольше.Я слушала и впервые почувствовала настоящий холод где-то внутри.Потому что до сих пор часть меня всё равно воспринимала историю с выстрелом как нечто уже случившееся.Опасное.Но прошлое.Теперь поняла — ничего не закончилось.Наоборот.Тимур заметил, как я замолчала.— Вот поэтому я не хотел рассказывать.Я сразу подняла глаза.— Не начинай.Он усмехнулся.— Уже понял.— Хорошо.Я пересела ближе.Не потому, что испугалась настолько, что требовалось держать его за руку.Просто хотела.Тимур взял мою ладонь и провёл большим пальцем по костяшкам.— Я не знаю, когда это закончится.— Я не спрашивала.— Знаю.Он посмотрел.— Но хочу, чтобы ты понимала.Вот теперь действительно прогресс.Не «тебе не надо знать».А «хочу, чтобы понимала».Я сжала его пальцы.— Понимаю.Конечно, не полностью.И, наверное, именно это было самым страшным.Еду принесли через двадцать минут.Я съела половину.Тимур почти ничего.После третьего его взгляда на телефон я просто забрала аппарат со стола и положила рядом с собой.Он медленно поднял глаза.— Ева.— Ешь.— Верни телефон.— Сначала хотя бы половину.Он смотрел так, будто решал, насколько далеко готов зайти в борьбе за собственную собственность.Потом неожиданно усмехнулся.— Ты очень быстро обнаглела.— Учусь у лучшего.Телефон остался у меня.Тимур всё-таки поел.Потом пересел рядом.Слишком близко.Я сразу поняла, что это месть.Его ладонь легла мне на бедро.Медленно.Без случайности.Я посмотрела.— Что?— Ничего.— Тимур.— Я ем. Телефон не трогаю. Все условия выполнены.Ладонь поднялась чуть выше.Жар мгновенно прошёл по телу.Вот сволочь.Я отложила вилку.— Это нечестно.Он наклонился к шее.— Что именно?Губы коснулись кожи.Я закрыла глаза всего на секунду.Этого хватило.Тимур почувствовал.Его пальцы сильнее сжали моё бедро.Дыхание стало тяжелее.И то напряжение, которое существовало весь вечер, начало очень быстро превращаться в совсем другое.Я повернулась к нему сама.Поцеловала.Дальше стало уже не до еды.ТимурЯ действительно собирался просто посидеть рядом.Минуту.Может, две.Потом Ева сама повернулась и поцеловала меня.После последних суток контроля у меня не осталось вообще.Я прижал её ближе.Поцелуй сразу стал глубже, голоднее, чем собирался.Ева ответила.Её руки легли на мои плечи, потом скользнули к шее, пальцы запутались в волосах.Член затвердел почти мгновенно.Пиздец.Мне даже смешно стало бы, если бы не хотелось её настолько сильно.Я отстранился на секунду.— Ева.Она смотрела уже совсем не так, как пять минут назад.Губы приоткрыты.Щёки разогреты.Дыхание сбилось.— Что?Я провёл ладонью по её бедру.— Если продолжишь, ужин опять закончится плохо.Она посмотрела на тарелки.Потом на меня.— Он уже закончился.Вот и всё.Я поцеловал её снова.На этот раз не стал медлить.Поднял с дивана и посадил на край рабочего стола, сдвинув документы в сторону.Ева тихо засмеялась, но смех исчез, когда я встал между её ног и прижал ближе.Она почувствовала, насколько я возбуждён.И не просто не отстранилась — сама потянулась навстречу.Это каждый раз сносило голову сильнее всего.Не пассивное согласие.Желание.Её.Ради меня.Я поцеловал шею, провёл ладонями по талии, под ткань блузки. Кожа была горячая.Ева выгнулась навстречу.Тихий стон вырвался почти сразу.Я уже знал этот звук.И всё равно каждый раз от него член становился ещё твёрже.— Тише, — пробормотал возле её губ.Она открыла глаза.В них появилась насмешка.Будто специально.— Почему?Я усмехнулся.— Потому что за дверью люди.Ева потянула меня к себе за ворот рубашки.— Тогда сам постарайся.Чёрт.После этого вся идея вести себя прилично умерла окончательно.Мы торопились.Не потому, что боялись, что кто-то войдёт — дверь я запер ещё раньше.Просто желание уже накопилось до состояния, когда медленность начинала раздражать.Ева сама помогла избавиться от лишней одежды. Я видел, как её бросает в жар, как меняется дыхание, когда мои руки касаются её тела уже без ткани между нами.Она не молчала.Но старалась.И именно это заводило ещё сильнее.Каждый сорванный вдох, каждый тихий стон, который она пыталась подавить, отдавался внутри горячей волной.Я хотел её трахнуть прямо на своём рабочем столе.И впервые эта мысль не требовала вообще никакого дополнительного решения.Посмотрел ей в глаза.Ева поняла сразу.Не отвернулась.Сама притянула ближе.Этого хватило.Когда мы наконец оказались полностью вместе, я на секунду замер от удовольствия.Ева тоже резко вдохнула.Глаза закрылись.Её пальцы сжали мои плечи.Я начал двигаться сначала медленнее, хотя хотелось сразу сильнее. Не из осторожности как в первый раз.Просто хотел почувствовать её реакцию.Она появилась быстро.Ева сама начала двигаться навстречу, и всё ускорилось.Мне нравилось видеть её на столе перед собой.Раскрасневшуюся.С растрёпанными волосами.Совсем не похожую на ту собранную будущую хирургиню, которая несколько минут назад отбирала у меня телефон и заставляла есть.Ладони легли ей на бёдра.Я притянул ближе.Ева тихо выругалась.И вот это тоже было новым.Я усмехнулся, тяжело дыша.— Ещё раз.Она открыла глаза.— Обойдёшься.А потом сама прижалась сильнее, и говорить стало уже невозможно.Темп становился быстрее.Грубее.Не болезненно.Но без той медленной нежности, которая иногда появлялась между нами дома.Сейчас мы оба этого и не хотели.Ева отвечала на каждое движение, цеплялась за меня, целовала, иногда закрывала глаза, когда удовольствие накрывало сильнее.Я видел, как она приближается к пределу.Уже научился замечать.Дыхание становилось совсем коротким.Бёдра напрягались.Пальцы впивались в плечи сильнее.Я не менял ритм.Не собирался.Ева прикусила губу, чтобы не застонать громче.Я наклонился к её уху.— Не сдерживайся.Она только сильнее зажмурилась.Через несколько секунд её тело резко напряглось.Я почувствовал, как по ней проходит дрожь.Ева уткнулась лицом мне в шею, сорванно выдыхая моё имя.И всё.Я тоже почти потерял остатки контроля.Продержался недолго.Слишком хорошо было чувствовать её рядом, видеть, как она всё ещё вздрагивает после собственного удовольствия.Я прижал ближе и через несколько движений сам дошёл до предела.На несколько секунд существовало только тяжёлое дыхание.И тишина кабинета.Ева всё ещё сидела на краю стола, обняв меня за шею.Я стоял между её ног и впервые за весь день чувствовал, что мозг действительно отключился.Хотя бы ненадолго.Потом она подняла голову.Посмотрела на документы, которые я сдвинул в сторону.— Очень профессиональное рабочее место.Я тихо рассмеялся.— Не жаловалась пять минут назад.— Не порть.Поцеловал её.Уже медленно.Потом помог привести одежду в порядок.И только тогда заметил телефон, всё ещё лежавший на диване.Ни одного звонка.Север впервые за долгое время выбрал идеальный момент молчать.Ева уехала домой около одиннадцати.Я сам отвёз.В машине она была сонная, расслабленная и слишком довольная тем, что на этот раз именно она сорвала мне остаток рабочего вечера.Возле дома долго не выходила.Не потому, что снова хотела секса.Просто сидела рядом.И это тоже начало становиться привычным.Перед выходом она посмотрела на меня серьёзнее.— Ты ведь понимаешь, что после сегодняшнего я всё равно не знаю половины?— Больше половины.— Не смешно.Я взял её за руку.Сегодня врать не хотел вообще.— Понимаю.Она кивнула.— Тогда когда-нибудь расскажешь остальное.Не вопрос.Я посмотрел на неё.— Расскажу.Не сказал когда.Она и не потребовала.Ева поцеловала меня и вышла.Я дождался, пока за ней закроется дверь.Только после этого телефон завибрировал.Север.Сообщение было коротким:Громов поехал на встречу. Человека раньше не видели.Следом фотография.Плохая.Тёмная.Мужчина стоял спиной.Лица не видно.Никаких узнаваемых деталей.Но впервые за несколько недель у нас был человек, который находился выше всех тех, кого мы уже нашли.Я смотрел на снимок.Потом на освещённое окно дома Евы.Сегодня сказал ей, что расскажу остальное.И впервые подумал, что очень скоро «остальное» может оказаться намного хуже, чем она представляет.