ЕваВ три часа ночи аптека всегда казалась другим местом.Днём сюда заходили люди с рецептами, списками лекарств, детьми, сумками, вопросами, на которые иногда хотелось отвечать табличкой размером с половину стены. Ночью всё становилось тише. Свет казался слишком ярким, улица за стеклянными дверями — слишком пустой, а редкие покупатели будто появлялись из темноты специально для того, чтобы напомнить: спать мне сегодня всё равно не дадут.Я сидела за стойкой, подперев подбородок ладонью, и пыталась читать конспект по хирургии.Получалось плохо.После двух часов ночи человеческий мозг начинал воспринимать даже знакомые слова как издевательство. Я перечитала один абзац трижды, поняла только то, что ещё немного — и сама себе поставлю диагноз «острое отвращение к медицинской литературе».Инга ушла на склад минут десять назад, пообещав вернуться быстро.Не вернулась.Я уже собиралась написать ей, что если она там уснула на коробках, я её найду, когда входная дверь резко открылась.Сначала я услышала только короткий сигнал над дверью.Потом подняла глаза.Мужчина вошёл быстро, но на третьем шаге заметно качнулся.Высокий. Тёмная одежда. Чёрная куртка расстёгнута. Одна рука прижата к левому плечу.И кровь.На ткани её было слишком много.Я встала раньше, чем успела нормально рассмотреть лицо.— Вам плохо?Глупый вопрос.Очень профессиональный.Он поднял на меня взгляд.Тёмные глаза. Резкие черты лица. Волосы растрёпаны, кожа заметно бледнее, чем должна быть. Выглядел молодым — лет двадцать пять, не больше.И злым.Не испуганным.Именно злым.— Закрой дверь.Я несколько секунд просто смотрела.— Что?— Дверь, блядь, закрой.Голос был хриплым, но вполне твёрдым.Вот теперь я окончательно проснулась.— Аптека круглосуточная. Я не могу просто закрыть—Он убрал руку от плеча буквально на секунду.На ладони была кровь. Много.Но теперь я увидела и саму рану.Ткань футболки возле плеча была пропитана кровью, а под ней, чуть ниже ключицы, виднелось небольшое округлое повреждение. Не длинный порез, не рваная рана от стекла или ножа. Отверстие было маленьким, края неровными, и кровь продолжала быстро пропитывать ткань вокруг.Я видела огнестрельные ранения на практике. Не настолько часто, чтобы привыкнуть, но достаточно, чтобы сейчас внутри неприятно похолодело.Это была не догадка.Очень похоже на входное пулевое.— Тогда хотя бы не стой и не смотри на меня так, будто впервые её видишь.Я вышла из-за стойки.— Сядьте.— Не надо мне командовать.— Тогда можете упасть стоя, если вам так принципиально.Он посмотрел на меня так, будто выбирал между желанием послать и пониманием, что спорить сейчас тяжеловато.В итоге дошёл до стула возле стены и сел.Я уже тянулась к телефону.— Не трогай.Я остановилась.— У вас огнестрельное?Он ничего не ответил.Этого было достаточно.Я взяла телефон.Он резко поднялся.Слишком резко.На секунду лицо исказилось от боли, но он всё равно сделал шаг ко мне.— Я сказал, не трогай телефон.Теперь голос стал ниже.Опаснее.Я сжала аппарат в руке.— А я говорю, что вам нужна скорая.— Нахуй скорую.— Вы теряете кровь.— Я в курсе.— Тогда ведите себя как человек, который хочет остаться живым.Он оказался совсем близко.Даже раненый, бледный и явно еле державшийся на ногах, он всё равно производил неприятное впечатление человека, которого лучше не проверять на терпение.Но я уже видела кровь.А ещё видела, как дрожит пальцами его левая рука.Он мог сколько угодно изображать контроль.Организм с ним не соглашался.— Слушай сюда, — произнёс он сквозь зубы. — Никакой скорой. Никакой полиции. Вообще никому, блядь, не звонишь. Поняла?Я посмотрела прямо в глаза.— Нет.Кажется, именно такого ответа он не ожидал.— Чего?— Не поняла. Потому что вы сейчас можете потерять сознание, а я потом должна буду объяснять, почему стояла рядом и ничего не делала.— Ты сделаешь то, что я сказал.— Нет.Его взгляд стал жёстче.— Ты всегда такая упрямая?— Только когда в аптеку приходят люди с пулевыми ранениями и запрещают мне вызывать помощь.На секунду мне показалось, что он сейчас рассмеётся.Не рассмеялся.Только выдохнул через нос и снова прижал ладонь к плечу.Кровь уже просачивалась между пальцами.Я поставила телефон на стойку, но не потому, что подчинилась.— Хорошо. Раз скорую нельзя, хотя бы дайте посмотреть рану.— Не надо.— Вы серьёзно?— Абсолютно.— Тогда зачем вы вообще сюда зашли?Вот теперь он посмотрел так, будто вопрос действительно его задел.— Потому что до следующего нормального места я не доеду.— Великолепно. Значит, я достаточно хороша, чтобы не дать вам истечь кровью, но недостаточно, чтобы решать, нужна ли вам помощь?— Именно.Я медленно вдохнула.Очень хотелось сказать всё, что думаю.Но сейчас передо мной был не раздражающий покупатель.Он действительно мог отключиться.— Снимите куртку.— Сама снимешь, если так интересно.— Я не шучу.— Я тоже.Я подошла ближе.— Тогда хотя бы уберите руку.Он не двигался.— Послушайте, я учусь на пятом курсе медицины. Я не собираюсь вынимать из вас пулю посреди аптеки и играть в хирурга. Мне нужно понять, насколько сильное кровотечение и что я могу сделать до того, как приедет ваш человек.Что-то в моих словах его всё-таки зацепило.— Какой ещё человек?— Тот, которому вы сейчас позвоните вместо скорой.Несколько секунд он смотрел молча.Потом достал телефон.Хорошо.Значит, хотя бы не совсем идиот.Экран был треснут в углу. Он разблокировал его правой рукой, нашёл контакт и нажал вызов.Я уже успела принести аптечку, перчатки и всё, что могло понадобиться для временной остановки кровотечения.Он говорил коротко.Но не спокойно.— Север. Это я.На том конце что-то ответили.— В меня стреляли.Пауза.Лицо мужчины стало жёстче.— Да, блядь, я понял, что это не царапина. Не начинай.Я слушала, стараясь не показывать, что вообще слышу разговор.Он назвал район.Потом снова замолчал.— Я сам доехал.Ещё несколько секунд.— Нет.Его голос вдруг стал слабее.Я подняла голову.Он стоял, опираясь ладонью о край стойки.— Адрес скажу сейчас…Не сказал.Телефон выскользнул из пальцев.Я едва успела поймать его самого.— Эй!Он тяжело навалился на меня, и только тогда я поняла, насколько он большой.— Чёрт…Я кое-как помогла ему опуститься на пол у стойки.Телефон всё ещё был на связи.Из динамика доносился мужской голос.Громкий.Злой.— Арс? Арс, блядь, ответь!Я схватила телефон.— Он потерял сознание.На секунду там стало тихо.— Кто это?— Если хотите приехать раньше, чем он снова потеряет ещё литр крови, слушайте адрес.Голос изменился мгновенно.— Говори.Я назвала аптеку и улицу.Мужчина повторил.— Не клади трубку.— Я не собираюсь разговаривать, мне нужно заниматься вашим другом.— Он дышит?Я опустилась возле раненого.Проверила.— Да.— Пульс?— Есть. И если вы сейчас продолжите задавать мне вопросы, которые я и без вас знаю, быстрее вы сюда не попадёте.Пауза.Потом мужчина неожиданно сказал:— Понял. Десять минут.Вызов закончился.Я положила телефон рядом и наконец занялась тем, что могла сделать.Куртку пришлось расстегнуть полностью.Под ней тёмная футболка уже пропиталась кровью возле плеча.Пуля, судя по всему, прошла насквозь.Это было хорошо только относительно.Я аккуратно прижала стерильный материал к ране, стараясь не делать лишних движений.Он очнулся почти сразу.Резко втянул воздух и попытался подняться.— Лежите.— Где телефон?— Я сообщила адрес вашему Северу.Он замер.Повернул голову.— Ты что сделала?— Спасла вашего друга от необходимости ездить по всей Риге и искать вас по запаху крови.— Блядь.— Очень полезный комментарий.Он попытался снова сесть.Я надавила на здоровое плечо.— Если вы ещё раз попробуете встать, я всё-таки вызову скорую просто из принципа.— Не вызовешь.— Проверим?Он посмотрел на меня.Даже сейчас.С кровью на одежде, с серым от боли лицом и тяжёлым дыханием.Взгляд оставался таким, что большинство людей, наверное, предпочли бы отойти.Я не отошла.Он это заметил.— Как тебя зовут?Вопрос прозвучал неожиданно.— Ева.— Ева, убери руку.— Нет.— Я сейчас не в том состоянии, чтобы спорить.— Отлично. Тогда перестаньте.На этот раз он действительно усмехнулся.Очень коротко.Потом зажмурился.Я наблюдала за ним внимательнее.— Не закрывайте глаза.— Не командуй.— Тогда смотрите на меня по собственной инициативе.Он открыл глаза.— Ты заебала.— А вы мне пока вообще не нравитесь.— Переживу.— Вот именно этим мы сейчас и занимаемся.Мне самой стало смешно от абсурдности разговора.Но смех не вышел.Слишком много крови.Слишком непонятно, почему в человека стреляли и почему он настолько категорично избегал официальной помощи.Где-то в глубине аптеки наконец появилась Инга.Увидела нас.Замерла.— Ева…Я быстро повернула голову.— Возьми коробку со склада и останься там.— Но—— Инга, пожалуйста.Она посмотрела на мужчину.На кровь.На меня.И впервые за всё время работы ничего не спросила.Просто ушла обратно.Тимур проследил за ней взглядом.— Подруга?— Коллега.— Она видела.— Она видела раненого человека. Не больше.Он ничего не сказал.Но я заметила, как изменилось лицо.Даже полубессознательный, он продолжал считать риски.Это мне не понравилось.— Не смейте её запугивать.Он перевёл взгляд на меня.— Ты всегда заранее ругаешься за то, чего ещё не произошло?— Судя по вашему поведению, профилактика не помешает.Снаружи послышался звук машины.Потом ещё одной.Слишком быстро.Я посмотрела на часы.Прошло меньше десяти минут.Входная дверь открылась.Первым вошёл мужчина лет двадцати шести.Высокий, в тёмной куртке, лицо напряжено.За ним ещё один.Оба сразу увидели кровь.Первый подошёл к нам.— Арс.Раненый открыл глаза.— Не ори.— Я сейчас тебя сам пристрелю.— В очередь.Вот этот, значит, Север.Он опустился рядом и быстро оценил повязку.Потом посмотрел на меня.Взгляд совершенно изменился.С тревоги на холодную оценку.— Ты одна была?— Нет.Его взгляд метнулся в сторону склада.Мне это не понравилось.Совсем.— Она никому не звонила? — спросил он уже у Тимура.— Не успела.— А полиция?Я поднялась.— Если хотите забрать его, забирайте. Но угрожать мне и моей коллеге не нужно.Север тоже поднялся.— Девушка, ты сейчас вообще не понимаешь, во что влезла.— Я никуда не влезала. Ваш друг пришёл сюда сам.— Тогда сделаешь себе одолжение и забудешь, что видела его сегодня ночью.Тон был уже не предупреждающим.Это была угроза.Я почувствовала холод где-то под рёбрами.Но отступать было поздно.— А если не забуду?Север сделал шаг ближе.— Тогда у тебя могут появиться проблемы, которые—— Север.Голос Тимура был слабее прежнего.Но мужчина остановился сразу.Тимур медленно поднялся, опираясь здоровой рукой на стойку. Второй мужчина тут же подошёл поддержать, но Тимур раздражённо оттолкнул его.— Я сам.Он посмотрел на Артура.— Она мне помогла.— Я вижу.— Тогда какого хуя ты её прессуешь?Север напрягся.— Потому что она всё видела.— И что? Она должна была дать мне сдохнуть на полу, чтобы тебе спокойнее было?Артур промолчал.Тимур повернулся ко мне.Мы впервые стояли друг напротив друга при нормальном свете и почти без необходимости срочно что-то делать.Он выглядел плохо.Но опасность никуда не исчезла.Наоборот.Теперь я ещё яснее понимала: люди рядом с ним слушают не потому, что он громче.— Никому не рассказывай про эту ночь, — сказал он.Я вскинула брови.— Это просьба или тоже угроза?Он несколько секунд смотрел.— Просьба.Потом добавил:— Но полицию всё равно не надо.— Вы неисправимы.— Уже понял.Север явно хотел что-то сказать, но промолчал.Тимур взял куртку, которую я успела снять, и тут же поморщился.— Вам нужен врач.— У меня есть.— Настоящий?— Почти.Я закрыла глаза на секунду.— Боже.— Не впутывай его.Я посмотрела на него.Он усмехнулся.Совсем чуть-чуть.И тут же снова стал серьёзным.— Спасибо, Ева.Вот этого я не ожидала.После всего мата, приказов, угроз, крови и этого его «не звони, блядь, никуда» обычное спасибо прозвучало странно.Почти не к месту.— Поезжайте уже.Он кивнул.Север помог ему выйти, хотя Тимур продолжал делать вид, что вполне способен идти сам.Через несколько секунд дверь закрылась.Машины уехали.Я осталась посреди ярко освещённой аптеки.На полу кровь.На стойке использованные упаковки.В руках всё ещё перчатки.Инга вышла со склада медленно.Посмотрела на дверь.Потом на меня.— Ева…— Даже не спрашивай.Я сняла перчатки.Только теперь заметила, что руки дрожат.Пока он был здесь, я не чувствовала этого.Не было времени.Я подошла к раковине и включила воду.Красные следы медленно исчезали с кожи.Арс.Север.Человек с пулей в плече, который матерился на меня за попытку вызвать скорую, а потом не позволил своему другу перейти границу.Я понятия не имела, кто он.И очень надеялась, что никогда больше не узнаю.В ту ночь я ещё не понимала, насколько сильно ошибаюсь.