В моей голове зияла пустота.

Казалось, серая грязь со стен проникла в нас и напитала ядом.

В ангаре творился сущий ад, мы побрели к выходу. Никому из наших не удалось остаться невредимым, но и побои оказались не такими уж страшными. Меня подталкивали вперед, и я почувствовала руку у себя на поясе. Это был отец. Даже не глядя, я знала, что это он. Позади слышалась брань, словно лаял уличный пес:

– Это вам даром не пройдет, сволочи! – кричали отставшие бритоголовые.

Их голоса звучали грозно. Но сами они не отваживались приблизиться. Оставались с Але Скином.

Почему-то я твердо знала, что Але Скин не выкарабкается. Сколько ни пытайся его спасти, он уже был мертв, как Эрнан.

Я не могла произнести ни слова. Вальтер все еще что-то кричал, и мне хотелось, чтобы он замолчал. Пусть все замолчат. Пусть уйдут и оставят нас с братом одних, как всегда.

Внезапно отец отпустил меня и остановился.

– Мы еще увидимся, – сказал ему Вальтер.

Старик не ответил, но в его глазах читалось облегчение.

Я дважды видела, как он убивает.