Роза не притронулась к лепешке на своей тарелке. Обычно лепешки у леди Даксбери были среди ее любимых лакомств, как и медовые пряники в форме розочек. Но к ним Роза тоже не притронулась.

Ее терзала, не отпуская, тревога, уже ставшая привычной с той поры, когда ребенок начал шевелиться в ее утробе. Когда песок времени стал просачиваться между пальцев.

Как ей следовало поступить во благо этому ребенку – остаться с Теодором или уехать обратно Америку (с малышом, разумеется)? Этот вопрос изводил Розу изо дня в день.

У ребенка должен быть отец. Но обречь его на жизнь графских отпрысков? Эта мысль была Розе невыносима. Какой удел ждал ее дочь? Стать чьей-то покорной и почтительной женой. А какая участь была уготована ее сыну? Титулованного аристократа, скованного кандалами своего происхождения?

За те дни, что минули с того момента, как малыш шевельнулся в ней, Роза всеми способами старалась отвлечься от таких мыслей. Почти все свободное время она посвящала Обществу по улучшению положения бедных. Благодаря частым визитам туда девушка познакомилась с теми, кто частенько обращался за любой помощью, предлагаемой Обществом.

Большинство из них были подростками не старше пятнадцати лет в плохонькой, мешковатой одежонке из грубого домотканого сукна. Роза познакомилась со многими. И с Бесс, собиравшей по понедельникам еду для всей своей семьи; ногти девчушки приобрели стойкий синий цвет из-за того, что она регулярно помогала матери-прачке стирать и разносить клиентам вещи. И с Саймоном, чье щуплое тело сгибалось, как у дряхлого старика, при очередном приступе кашля, и чьи глаза засветились трогательной благодарностью, когда Роза передала ему аптечный сироп, способный принести лишь временное облегчение, но не изничтожить смертельную инфекцию.

Но любимчиком у нее был, пожалуй, Сэм – юркий парнишка лет двенадцати, уже потерявший передний зуб и готовый выполнить любую работу за лишний шиллинг. Если Сэм не стоял очереди за едой, это значило только одно: он вместе с другими мальчишками из Команды чистильщиков обуви обегал улицы города в поисках клиентов или подрабатывал ладэрменом, забиравшимся на невообразимо высокие леса, чтобы обклеить афишами рекламные щиты. Очень опасное, это занятие оплачивалось лучше любой другой работенки расклейщиков, а большинство взрослых мужчин отказывались залезать так высоко. Сэм горделиво поведал об этом Розе, скалясь во весь рот и ничуть не смущаясь бреши на месте утраченного зуба.

Мальчишка экономил каждый пенни после уплаты ренты за себя и мать – Сэм мечтал купить пару лошадей, арендовать повозку и получить лицензию на управление экипажем. Причем он удумал нарисовать на стенке повозки розы – точно такие же, как были вышиты на шнурках полуботинок миссис Вартон.

Парнишка обладал завидным очарованием.

Роза всегда оставляла ему еду в те дни, когда Сэм не являлся во время раздачи пищи, и давала ему мелкие поручения, которые он не отказывался выполнить за несколько монет.

За всю ее жизнь Розе еще не доводилось встречать никого, кто был бы так решительно настроен вырваться из нищеты, предопределенной судьбой, ценой усердия и трудолюбия. Жизнь этих ребят в Уайтчепеле, и правда, была тяжелой. Воздух был пропитан смогом, улицы выстилали чавкающая грязь и нечистоты. У обитателей этого района не было ни еды в довольном количестве, ни приличного жилья.

Ни достаточно любви, способной хоть как-то скрасить такое убогое существование…

Роза, моргнув, вернулась из размышлений в действительность. И обнаружила, что все участницы их тайного общества смотрели на нее в ожидании. Роза отвела руку от живота:

– Простите?

– Что вы думаете о романе «Джейн Эйр»? – наклонила голову набок миссис Кларк, словно хотела понять это по ее выражению лица.

– Я еще не закончила его, – со вздохом призналась Роза. – К сожалению, муж застал меня за чтением. И после того как я ослушалась его приказа убрать книгу и больше не браться за чтение, она исчезла с моей прикроватной тумбочки. – Девушка постаралась не выдать свой гнев голосом. – Потратив три дня на поиски, я нашла роман в одном из ящиков в его кабинете. Но то, что я успела прочитать, мне очень понравилось. И я теперь понимаю, почему мужчины считают книги опасными для женщин.

– То есть? – приподняла бровь леди Даксбери.

Роза вздернула подбородок:

– Джейн напоминает нам, что у нас есть выбор. Что мы не обречены и не обязаны следовать теми путями, что определили нам мужчины, а можем двигаться вперед по тому, который проложим сами.

Ее ладонь почему-то опять легла на живот. Быстро, не думая, Роза отдернула руку.

– Не все мужчины, – поправила ее мечтательной улыбкой леди Лавиния.

– Вы имеете в виду кого-то конкретного? – Графиня задала этот вопрос жеманным тоном, и лицо леди Лавинии порозовело.

– Джентльмена, с которым я недавно познакомилась. – Ее глаза заискрились.

Эх, вот что значит быть молодой и влюбленной!

Розу кольнула зависть. Нет, точнее, не зависть, а грусть. От того, что ее собственные романтические представления перевернула с ног на голову реальность.

Кем бы ни был этот джентльмен, ему лучше обходиться с леди Лавинией заботливо и бережно. Иначе ему придется держать ответ перед ней, перед Розой! Да, похоже, и перед другими дамами из их Тайного общества.

– Он защищает женщин, заступается за них, – продолжила леди Лавиния. – Он… придает мне силы, – тихо выдохнув смущенный смешок, призналась она.

– Не все мужчины узколобые и закосневшие в предрассудках, – согласилась леди Даксбери, устремив взгляд куда-то вдаль. На графиню явно нахлынули воспоминания; пальцы вновь взмыли к груди и затеребили брошь с чьей-то прядью.

И Роза в который уже раз поймала себя на том, что ей очень любопытно это украшение, и отчаянно хотелось бы узнать, чьи волосы так аккуратно сложены крест-накрест под хрустальной крышечкой.

Элеонора потерла виски и чуть поморщилась.

– Вы хорошо себя чувствуете, миссис Кларк? – спросила Роза.

– Извините, – застенчиво улыбнулась та и поспешно поправила задравшиеся рукава: – У меня сегодня немного болит голова.

Леди Даксбери отняла пальцы от броши.

– Прежде чем повести вас в библиотеку, я хотела бы показать кое-что. – Графиня позвонила в колокольчик, призывая служанку. – Книгу о травах для лекарственных настоев. Отличных от целебных средств, подробно описанных в книге Флоренс Найтингейл «Записки об уходе», о которых вы уже наверняка знаете. Но гораздо более действенных в сравнении с теми, якобы всеисцеляющими голубыми таблетками, которые норовит продать вам каждый аптекарь. Одному Богу известно, что в них такого волшебного.

Как и у любой женщины в Англии, у Розы в библиотеке имелся томик «Записок», и она заглядывала в него регулярно. Но леди Даксбери удалось подогреть ее интерес. В комнату вошла служанка, и под взглядом Отиса, беззастенчиво наблюдавшего за ними, графиня обратилась к ней:

– Мэри, будь добра, принеси мне книгу о травах.

Девушка присела в реверансе и исчезла. Но не раньше, чем взгляд Розы упал на шрамы, вившиеся по ее маленьким рукам. Девушка вспомнила, что рассказала ей о семье Мэри ее собственная служанка.

Тринадцатилетняя Мэри была старшей из сестер и последние пять лет проработала на хлопкопрядильной фабрике. Там же работала и вторая сестра, бывшая на пару лет моложе. Третья сестра не уцелела в суровых условиях их труда. Увы, когда поначалу проворные руки опускаются в конце изнурительного шестнадцатичасового рабочего дня, станки не прекращают скрежетать своими шестернями.

Прошлым летом Мэри тоже стала добычей этих машин. В отличие от сестры, ей удалось выжить, но… ценой своих рук, настолько изувеченных, что работать дальше она не смогла. С потерей двух доходов перед семьей Мэри замаячил работный дом. Но тут случилось чудо в лице леди Даксбери.

Мэри вернулась с книгой в своих шрамированных руках, и графиня одарила ее благодарной улыбкой. Немногие родители обращаются с детьми с такой добротой и благожелательностью.

Леди Даксбери не только приютила маленькую настрадавшуюся семью, но и оплатила дорогое лечение Мэри, с применением всех прогрессивных методов современной медицины, позволивших восстановить руки девушки, насколько это было возможно.

И, если Роза поначалу находила подбор графиней своих слуг странным, то теперь, после многих часов, проведенных в Уайтчепеле, она увидела всю ситуацию в новом свете. Благородство и великодушие леди Даксбери избавили семью Мэри от необходимости ежедневно отстаивать длинные очереди за едой и позволили сохранить достоинство и гордость.

– В представлении некоторых людей траволечение – это нечто архаичное, провинциальное, в сравнении с множеством аптечных препаратов, – продолжила леди Даксбери. – Но продающиеся пилюли, настойки и тоники содержат вещества, способные навредить, а не помочь. – Графиня обхватила руками массивную книгу на коленях. – Мышьяк, фосфор, ртуть и многие другие. Кроме того, при их изготовлении часто используется неочищенная вода, что также несет опасность.

Роза вспомнила мутную воду в Уайтчепеле, которую его обитатели использовали не только для мытья, но и для питья и приготовления пищи.

– А вот то, что родит Земля, может принести гораздо бо́льшую пользу. – Книга скрипнула, когда графиня открыла ее и показала гостьям ровные строчки, написанные аккуратным и разборчивым почерком и дополненные рисунками цветов или травных растений. – Травы лечат многое – от головных болей до бессонницы и недомогания в особые женские дни. – Леди Даксбери с улыбкой выдержала паузу. – О таких вещах не принято говорить, но как мы сможем найти облегчение, если будем умалчивать о своих проблемах? Не сочтите это вульгарщиной, но на страницах этой книги есть ответы на любые «женские» вопросы. Вы можете обратиться к ней безо всякого смущения и неловкости. И без опаски, что вас высмеют или осудят. В книге есть раздел, посвященный сугубо женским недугам и страданиям.

Все дамы дружно подались вперед в желании разглядеть оглавление, выведенное таким же четким и ровным почерком, как и строчки текста.

– Здесь описаны даже средства, помогающие при тяжелом течении беременности и при уходе за детьми, – продолжила пролистывать (с заметным почтением) страницы леди Даксбери.

Роза замерла.

Почему графиня именно сейчас завела разговор об этой книге? Только лишь из-за головной боли миссис Кларк? Или леди Даксбери заметила, как она приложила руку к животу? Похоже, ее тайна начинала раскрываться.

Роза сцепила руки на коленях – чтобы снова не поддаться соблазну прикоснуться к небольшому изгибу живота: ребенок вновь затрепетал в ее утробе, соскучившись по объятию материнской ладони.

Хозяйка дома положила книгу на стол:

– Я оставлю ее здесь, чтобы любая из вас могла ее полистать, пока остальные будут в библиотеке.

Роза последовала за другими женщинами, но ее мысли остались в гостиной. И не только потому, что слова леди Даксбери возбудили в ней любопытство. В голове завертелись тревожащие вопросы. А вдруг и правда аптечные пилюли и таблетки были не такими уж безвредными?

А мышьяк?

Все женщины время от времени пили настойки с мышьяком, пренебрегая горечью на языке ради чистой кожи и красивого цвета лица. А что, если и голубые пилюли могли навредить ребенку? Но тогда почему они продолжали считаться эффективными? Или оставались популярными?

На пороге библиотеки Роза заколебалась. Леди Лавиния села в свое кресло с «Авророй Ли» на коленях – по-прежнему зачарованная жизнью поэтессы, издающейся под собственным именем. Впрочем, так и должно было быть. Женщины, наделенные безусловным талантом, должны стремиться к самореализации и получать за свой дар заслуженную награду – публичное признание.

Миссис Кларк опять начала переминаться с ноги на ногу у той же книжной полки, у которой уже не раз останавливалась. Роза тоже подошла к этой полке однажды, но не заметила на ней ничего примечательного из книг. Но почему-то эта полка продолжала притягивать к себе миссис Кларк как магнитом. Странно…

Элеонора почувствовала на себе Розин взгляд и, повернувшись, улыбнулась. Но так улыбались обычно люди, не желавшие быть объектом чьего-то пристального внимания. Может быть, она нашла на той полке какую-то увлекательную книгу? Понадеявшись, что миссис Кларк поделится потом ее названием с ней, Роза отвернулась от библиотеки, оставив женщину наедине со своими секретами.

В гостиной, к счастью, людей не осталось. Только комнатные растения в горшках и кадках окружали стол с еще неубранными закусками и освежающими напитками. Девушка присела на канапе возле вазона с очаровательными маргаритками и, положив тяжелую книгу себе на колени, пробежала глазами оглавление: озноб, нарушения пищеварения, лихорадочные состояния, прыщи и сыпь, заболевания нервной системы, беременность.

Палец остановился на строке «Как выносить и родить здорового ребенка». Началом главы значилась двадцать седьмая страница. Открыв на ней книгу, Роза обнаружила перечень трав и рисунок пажитника, сопровожденный пояснительным текстом. Только Розе захотелось переписать новую информацию, как она заметила стопку бумаги и перьевую авторучку.

Леди Даксбери предусматривала все!

Роза торопливо переписала ингредиенты чая, полезного для женщины, готовящейся стать матерью, а также рецепт для лечения прыщей. Мысленно поклялась себе больше никогда не притрагиваться к настойкам с мышьяком. И поблагодарила, тоже мысленно, леди Даксбери – за советы касаемо ее самочувствия и здоровья ребенка и за деликатность. В том, что графиня заметила, что она в положении, гостья уже не сомневалась.

Но в указателе травных средств ей также бросились в глаза странные записи: «настойка белладонны», «как правильно и безопасно измельчить наперстянку». И в голове невольно возник вопрос: какие тайны хранила сама графиня?