В Палм-Спрингс Маша появилась неожиданно. Гога закончил гулять с Женей и вернулся домой, закатывая коляску в комнату.

— Маша?! Вот это да! Ты откуда?!

Маша бросилась ему на шею.

— Как я рада тебя видеть! Ты даже не представляешь! — радостно воскликнула она и посмотрела на коляску. Затем с восхищением спросила: «А это Женечка?!»

— Он самый, — ухмыльнулся Гога.

— А можно я его возьму на руки? Ну, только на секунду! — умоляюще спросила Маша, не отрывая глаз от Жени.

— Да, конечно, можно, — низким, почти мужским голосом, ответила Кира. — Бери!

— Бери! Бери! — добавил Гога.

Взяв осторожно Женю на руки, она посмотрела на Киру.

— Боже! Как он похож на тебя, Кира! И глаза такие же голубые! А взгляд строгий, как у Гоги!

Кира странно улыбнулась.

— Жорочка… Машенька у нас поживет. Ты же не против? Я ее так ждала! Ну, улыбнись хоть! Что ты такой серьезный?! Это же наша Машенька!

Гога не знал, как отнестись к внезапному появлению Маши. Он лишь улыбнулся и ничего не ответил.

Просидели весь вечер. Маша рассказывала о своей жизни, о сыне, о том, что убежала из Минска, как только получила визу в Америку. И возвращаться не хочет.

— Но как это организовать, понятия не имею. Просто не могу больше. Там все так ужасно! Да что я вам рассказываю… Сами знаете.

— А как же с сыном? — поинтересовался Гога.

— Его тоже буду вытаскивать. Но еще не знаю как. Сначала надо самой устроиться.

— А как же с этими людьми? С американцами? — спросил Гога. — Они же твои гаранты?

— Да что с ними будет?! — воскликнула Кира. — Не посадят же!

— Я понимаю, что это нехорошо, — начала оправдываться Маша. — Но что мне теперь делать?!

— Да что ты вдруг так забеспокоился об этих американцах! — возмутилась Кира. — Сделали доброе дело, ну, и хорошо! Где-нибудь им зачтется. Что, она должна теперь всю жизнь об этом думать?

Гога посмотрел тяжелым взглядом на Киру.

— Кира… Я же не тебя спрашиваю. Я спросил Машу! Люди помогли…

— Да ну тебя! — отмахнулась Кира. — Давай поговорим о чем-нибудь другом! Вот, например, какая Машенька стала красивая! Ты заметил?

— Кир… ну, ладно тебе!.. — покраснев, засмеялась Маша. — Какая была, такой и осталась.

— Вот только зубки надо будет поправить, — по-деловому заявила Кира. — И тогда ты у нас будешь вообще красавица! А там мы тебе и жениха найдем. Правда, Жора? — засмеялась Кира.

— Кир, ну, перестань! — вновь застеснялась Маша.

— Как я рада тебя видеть! Ты даже не представляешь! — вновь воскликнула Кира.

— Так, девочки, я пошел спать! А вы уж тут без меня сами… Все! Чао!

— Ты, Жорочка, иди, иди, не беспокойся… Мы тут с Машенькой еще посидим. Ух, как я рада, что ты приехала, дорогая моя девочка! Красавица моя! — крепко обняв Машу, радовалась Кира.

Маша действительно оказалась полезной. Помогала по дому и с Женей. Гога теперь мог, не отвлекаясь, продолжать работать. Маша окончательно решила: она не вернется. Встал вопрос, как это сделать. Кира сразу предложила фиктивный брак. Но для этого требовались деньги, поэтому идею на время оставили. Следующий вариант — тоже жених. Но уже настоящий. У Гоги был знакомый, тоже эмигрант, по имени Эли. Тот первым оказался в списке. Холостяк Эли давно жил в Америке, являлся достаточно успешным актером и часто снимался в Голливуде. Он был рыжеволосый, высокий, с огромным носом, небольшими светло-карими глазами, с очень пухлым ртом и отвисшей нижней губой. Красавцем точно не назовешь. Независимо от этого он пользовался большим успехом у женщин. Маша оказалась не исключением и вскоре влюбилась в него. Но стоило Эли почувствовать, что дело пахнет свадьбой, его как ветром сдуло. Маша долго переживала, плакала. Других претендентов на «должность» не было.

— Эх! — бойко заявила Кира — Где таких, как Машенька, найдешь, в этой вашей долбаной Америке?! Ты только посмотри на нее! Клад, а не невеста! А этот твой Эли — дурак! Да еще и сердце моей любимой подруге разбил! Сволочь!