К этому Гога шел долгие годы. Его первым проектом были легендарные Harlem Globetrotters. Баскетбольное шоу, покорившее мир своими виртуозными выступлениями. В Союзе «Гарлемские Глобтроттеры» впервые выступали еще в 1959 году, когда Хрущев лично принимал их на Красной площади. Тогда в команде был Уилт Чемберлен, будущая легенда НБА. Гога привез троттеров в Россию тридцать лет спустя, в 1989 году. Почти год он провел в мучительных переговорах с Госконцертом, в то время, когда в СССР к эмигрантам относились еще как к «предателям Родины». Но Гога все же добил. Гастроли прошли с огромным успехом.

Эта история началась, когда весь мир наблюдал за развалом Союза. Во время ланча Гога сидел со своим приятелем и адвокатом Гарольдом Липтоном в ресторане в Беверли Хиллз.

— Сейчас, когда там все это происходит, наверняка откроются сумасшедшие возможности! А не замутить ли нам там что-нибудь этакое, а? — обронил Гога.

Гарольд Липтон — пожилой, невысокий, худощавый, очень влиятельный человек. Всегда в хорошем настроении. С необыкновенным чувством юмора и с еще большим чувством авантюризма. Его дочь, Пегги Липтон, голливудская звезда, была замужем за Куинси Джонсом, легендарным музыкантом и продюсером Майкла Джексона. Их брак в свое время наделал много шума. Куинси был чернокожим, а Пегги — самый что ни на есть эталон американской блондинки. Влияния Куинси и Гарольда было достаточно, чтобы руководство Троттеров согласилось встретиться с «человеком с улицы». Гога понимал — это шанс один на миллион. Если ему удастся осуществить такой проект, он станет поворотным моментом в его жизни. Единственное условие, которое Гога поставил Липтону: Гога должен быть продюсером турне. Звание продюсера для него был главным во всей этой игре.

— Ты же понимаешь, для меня это уникальный шанс, он станет моим пропуском в будущее.

Гарольд рассмеялся.

— Понимаю. Договорились!

— Пиши бумагу! — с восторгом воскликнул Гога.

Создали группу из нескольких человек. Дебора, женщина лет тридцати пяти, занималась спонсорами и рекламой. Другим партнером был Дейвид Ли. Известный певец из Тайваня. Он также готовил турне Глобтроттеров в Тайване, но сейчас был свободен. Поэтому вызвался помогать в роли волонтера, одновременно и опыта набираться. Но через некоторое время «партнеров» стала жаба душить:

— Почему только Гога озвучен как продюсер? Проект же общий!

Гарольд (ему это можно простить — возраст и занятость) забыл об их договоре и вынужден был поднять вопрос на общем собрании. Тут Гога вытащил бумагу и напомнил Гарольду о договоре. Гарольд рассмеялся:

— Да ты прирожденный адвокат!

На этом вопрос был закрыт. Но не для «партнеров». Хитрый Ли решил применить тысячелетнюю китайскую мудрость «Искусства войны». Связь с Госконцертом шла через офис Гарольда. Это было крайне неудобно. Своего факса у Гоги не было. Чтобы не беспокоить «уважаемого старика», Ли предложил — вся переписка с Госконцертом может идти с его факса. Так продолжалось некоторое время. Гога стал замечать, что переписка ему уже вообще не передается. На вопрос «почему?» Ли успокаивал:

— Ничего важного! Так, рутинная переписка.

Наконец из Госконцерта в офис троттеров пришла последняя версия договора. Гога и Джо Анзавино, директор Глобтроттеров, сидели в офисе. Прочитав контракт, они переглянулись, довольная улыбка скользнула по лицам.

— Вроде все как договаривались. Ну, что? Подписываем? — слегка нервничая, спросил Гога.

— Вроде все нормально, — пожав плечами, ответил Джо. — Все наши условия тут. Молодец! Поздравляю! Russia, here I come! — воскликнул хриплым голосом Джо и засмеялся.

Подписав договор, они пожали друг другу руки и Гога ушел. Уже в машине он испытал необыкновенную гордость — все-таки добил! «Как же они меня задолбали, эти Советы! Измучили, суки! Еще немного, и я бы плюнул на все! И эта комсомолка! Смотрела на меня целый год как на прокаженного». Проехав несколько миль, Гога вдруг почувствовал беспокойство. «Подожди, подожди… Здесь что-то не то… — проскользнуло в голове. Он остановил машину. — Ты подписал контракт, а наверху страницы стоит имя Дейвида Ли. Не понял…» Сердце тревожно забилось. Он тут же набрал Джо.

— Послушай, Джо, здесь что-то не так! Контракт оформлен на Дейвида Ли, правильно?

— Да, на Ли… — подтвердил Джо.

— А подписываю его я.

— Действительно, какая-то неувязка. Я даже не обратил внимания.

— Ты контракт еще не отправил?

— Нет.

— Жди меня! Сейчас буду! — воскликнул Гога, развернул машину и помчался обратно.

Влетев в офис, он попросил контракт и вперился в него. Наверху первого листа красовалось имя Дейвида Ли.

— Но это же ошибка! При чем здесь Ли?! — изумился Гога.

— Согласен. Ошибка.

— Белило есть?

— Есть.

Взяв страницу трясущейся рукой, Гога аккуратно выбелил имя Ли и авторучкой вписал свое.

— Фу ты черт! — вздохнул Гога с облегчением. — Вот теперь можешь отсылать.

Вся Москва и Питер были завешаны афишами:

Госконцерт

ДЖОРДЖ ПУСЕП

и Ист-Вест Энтерпрайзес

представляют

Легендарное баскетбольное шоу

«ГАРЛЕМСКИЕ ГЛОУБТРОТТЕРЫ» США

Лужники

Начало в…

Уже в Москве Гога обратился к замдиректора Госконцерта Ходыкину:

— Владислав Степанович, вы помните последнюю версию нашего контракта?

— Ну?

— Там на первой странице, наверху, стояло имя Дейвида Ли. Почему?

— Насколько я помню, вся переписка велась через него.

— Ааа… — покачал головой Гога, — А если бы мы тогда не исправили имя в контракте? Чье имя было бы на афишах?

— Дейвида Ли! — бодро ответил Ходыкин.

Гогу чуть не стошнило.

— Мы же не знаем, кто у вас там главный! Кто в документах, тот и главный! А переписка — это документ!

— Ну вы даете… — ошарашенно протянул Гога. — Я же целый год приезжал к вам на переговоры! Помните, как вы меня чуть ли не в роли мошенника выставили, заявив, что у вас в Европе другой продюсер. И Джо Анзавино должен был выслать срочный телекс, подтверждающий, что я единственный официальный представитель этого турне в России. Забыли?!

— Ну, уж простите, Джордж! Но вы должны понять… У нас главное — документ. Бумага! — многозначительно подняв указательный палец, закончил Ходыкин.

«Вот сучища! Ну и Ли! И этим все по барабану! Могу только представить — на всех плакатах, по всей Москве и Ленинграду имя Дейвида Ли!.. Ну, блять, убил бы урода!»

Гастроли проходили с большим успехом. Москву и Ленинград уже отработали. Впереди были Ереван и Вильнюс. Но в Лос-Анджелесе оставалась больная мама и надо было срочно возвращаться в Америку. Теперь у него было самое главное — звание легитимного голливудского продюсера! Все двери отныне были открыты. И в России тоже. Госконцерт уже сам рвался сотрудничать.

Забегая вперед. Когда Госконцерт прислал телеграмму, подтвердив проведение гастролей легендарной Патти Лабелль, Сандра ее спрятала и показала лишь шесть месяцев спустя. Объяснила тем, что просто забыла. Забыла?!