Даже признанная потеря не делает человека невосприимчивым к чужой удаче. Марина могла искренне радоваться подруге и вечером плакать после фотографии её ребёнка. Это не означало, что ритуал не сработал или что она желает другому несчастья.

Зависть показывает контакт с тем, что остаётся ценным. После необратимой утраты её задача не обязательно привести к действию. Иногда достаточно назвать чувство, ограничить перегрузку чужими историями и не превращать боль в моральный приговор себе.

Принятие измеряется не отсутствием вспышек, а тем, насколько быстро после них человек возвращается в собственную жизнь и не требует, чтобы мир перестал напоминать о потере.