Оксана вспоминала эпизоды, подтверждающие её жертву. Муж — те, где она поддерживала переезд и радовалась результатам. Оба рассказа помогали сохранить связный образ себя: она не хотела быть человеком, добровольно отказавшимся от важного; он — человеком, построившим успех на чужой потере.

Когда память защищает идентичность, спор фактами быстро становится угрозой личности. Поэтому важно обсуждать не только «что было», но и «почему для меня так важно понимать это именно так».

Мужу Оксаны было важно не оказаться эксплуататором. Вся его взрослая идентичность держалась на убеждении, что он обеспечивает семью и учитывает близких. Если переезд был её жертвой, его успех переставал казаться только заслуженным.

Оксане было важно не оказаться соавтором решения, о котором она жалела. Признать собственное согласие значило встретиться не только с несправедливостью, но и со страхом, из-за которого она не стала отстаивать альтернативу.

Оба защищались от стыда. Он — доказывая полную добровольность. Она — превращая ограниченное участие в полное отсутствие выбора. Пока скрытый вопрос звучал «кто из нас плохой человек?», разговор о том, что делать сегодня, не начинался.