Николай оценивал каждый день по одному признаку: стала ли жена ближе. Хороший разговор означал надежду, усталое молчание — конец. Остальная жизнь исчезла из шкалы.

Чтобы выйти из режима сигнала, он вернул несколько независимых критериев дня: работа, контакт с сыном, сон, движение, разговор с другом. Это не уменьшило значения брака. Оно перестало делать одну интонацию мерой всей реальности.