ГЛАВА 49. Тесса

Стена камеры была гладкой под подушечками ее пальцев. Тесса медленно шла по периметру, ведя рукой по поверхности. Браслеты на запястьях впивались в кожу, но кольцо? Боги, это гребаное кольцо пыталось вгрызться в ее силу, и магия сопротивлялась. В самой ее сути бушевала непрекращающаяся война, и этот хаос сводил ее с ума.

Наполовину? Или окончательно?

Возможно, Теон все это время ошибался. Может быть, единственный способ выжить в мире, полном монстров и злодеев — это не стать одним из них, а поддаться безумию.

Напевая песню из плейлиста Акселя, она сделала еще один круг. Босые ноги оставляли следы на пыльном полу камеры. Она чувствовала, как воздух вибрирует от мощи. Но это была не просто сила. Нечто большее, чем магия фейри или даже Наследия. Это была власть богов.

Это был Хаос.

Сама его эссенция была вплетена в стены этой камеры. Она звала ее, словно была частью ее самой. Слишком много силы в одной душе. Что-то столь хрупкое никогда не предназначалось для хранения чего-то столь величественного.

Она не слышала, как они подошли, слишком глубоко погрузившись в этот зов, но услышала его голос.

— Тесса?

Голос звучал неуверенно. С сомнением. Это было так на него не похоже.

Она обернулась и увидела Наследника Первородного бога смерти, смотрящего на нее. Могли ли эти изумрудные глаза разглядеть то, что таилось в самом центре ее существа? Видели ли они хаос и порочность? Жертвы и предательство? Апатию и голод?

— Нет, но я чувствую все это, — ответил он, будто она произнесла свои мысли вслух.

Она рванулась вперед, вцепляясь пальцами в решетку

— Он и тебя зовет? Ты понимаешь его? Потому что я — нет, Теон, и я пытаюсь. Я пытаюсь понять.

— Я начинаю понимать, красавица, — мягко сказал он. — Я начинаю понимать все это.

— Значит, ты можешь помочь?

— Могу, — согласился он.

Облегчение захлестнуло ее, и только тогда она заметила вторую фигуру в плаще. Капюшон был откинут, открывая лицо. В его карих глазах мерцал мудрый блеск.

— Властитель мира, — пропела она. — Ты и твоя сестра. Оба. Вместе и порознь. Так много лиц. Так много тайн.

— Что с ней не так? — потребовал ответа Теон, поворачиваясь к Тристину.

— Мы все так боялись, что она примет сторону Ахаза, что упустили очевидное, — сказал тот. — Даже Сиенна упустила.

— Упустила что?

— «Ибо Тьма должна склониться, Свет должен править, но Хаос не выбирает».

— «Контролируй неконтролируемое, или в ярости они оба проиграют», — пропела Тесса, двигаясь в танце от решетки. — «Жизнь должна отдавать, Смерть — забирать, но Судьба требует большего. Гораздо большего». — Она снова двинулась вперед, практически нависая на прутья. — «Судьба требует баланса».

— Тесса, прекрати, — приказал Теон. Его голос прозвучал как приказ, и какая-то часть ее души успокоилась от этого тона. — Мы вытащим тебя отсюда, а потом со всем разберемся. Хорошо?

Зловещая улыбка искривила ее губы:

— «Судьбы манят, а требуют жертв».

— Я знаю, маленькая буря. Я понимаю, чего она требует.

— «Кто останется, когда Хаос воцарится?» — продекламировала она, и ее улыбка стала еще шире.

— Вытаскивай ее оттуда, Блэкхарт, — прорычал Теон. — Сейчас же.

— Я работаю над этим! — огрызнулся тот. — Я же говорил, что обычно это занимает несколько дней. Эти камеры были созданы, чтобы удерживать богов.

— Зачем вообще кому-то понадобилось удерживать богов? — потребовал Теон. — Они не могут сюда попасть.

— Пока нет, — процедил Тристин. — А теперь заткнись и дай мне работать. Говори с ней, не давай ей погрузиться глубже.

Тесса прижалась лицом к решетке, чувствуя, как ее магия просачивается в нее. Она знала, что ее глаза светятся, она чувствовала это.

— Он кое-что знает, — громко прошептала она.

— Да? — Теон сделал шаг ближе. — И что же он знает, моя маленькая буря?

— Он знает про женщину в мире с островом в небесах.

Он негромко хмыкнул в ответ, и этот звук что-то пробудил в ней. Ее взгляд упал на его губы.

— Я тоже кое-что знаю, — промурлыкала она.

Он подошел вплотную. Наклонился, и его слова, произнесенные шепотом, коснулись ее губ:

— Что же ты знаешь?

— Что я — это ошибка. Дисбаланс, — сказала она, внезапно отпрянув. Она провела рукой по прутьям, и металлический скрежет эхом разнесся по камере, когда она начала мерить комнату шагами. — Слишком дикая. Слишком безрассудная. Слишком неуправляемая. Контролируй неконтролируемое, но для этого нужно больше, чем один. — Она замерла, глядя через плечо. — Нужно двое. Я не должна существовать. Мы нарушаем все правила, все связи. Все видения и сны, сны и видения. Баланс и отсутствие баланса — это одно и то же. Рассудок и безумие. Где проходит черта?

— Тесса, мне нужно, чтобы ты оставалась со мной еще немного. Мне нужно…

Она снова метнулась вперед, вцепившись в решетку так сильно, что костяшки пальцев побелели.

— Мы всегда должны были уничтожить друг друга, но как уничтожить смерть, когда ты хочешь утонуть в темноте?

— Блэкхарт! — рявкнул Теон. — Время вышло.

— Знаю я, знаю, — ответил тот.

Он что-то бормотал, рисуя символы и метки на полу. Он поднялся, чтобы встретиться с Теоном лицом к лицу:

— Слушай: эта часть Пантеона создана для того, чтобы удерживать сильных существ внутри. Это то, что мы охраняем. Здесь все устроено именно так.

— Кем? — потребовал Теон. — Уж точно не тобой, когда создавали Деврам.

— Нет, — согласился он. — Но были другие. Сиенна и я — не единственные Властители. За тысячелетия были и другие. Некоторые исчезли, другие все еще живы. Один сейчас возглавляет Аптекарский район в Подземелье. Суть в том, что в тех редких случаях, когда что-то проникает в Деврам, Властитель обязан это встретить. Мы с Сиенной не были исключением. Как не были исключением Ксан и Лука, когда привели Тессу.

— Какое отношение все это имеет к ее освобождению? — спросил Теон.

Тесса слушала, но ей было неспокойно. Она снова начала блуждать по периметру. Окон нет. Неба не видно.

— Да потому что здесь все создано, чтобы держать ее взаперти! — в отчаянии воскликнул Тристин. — Это ловушка для богов. Вот почему в Пантеоне запрещены технологии. Они слишком непредсказуемы, и мы не знаем, на что способны те, кто прорывается сюда. Мы даем им меньше возможностей для манипуляций. Я могу вытащить ее из камеры, но если делать это быстро и грубо, сработают другие заклятия.

— Какие именно? — спросил Теон.

Тристин вздохнул.

— Ты и так знаешь, что в эту часть Пантеона нельзя переместиться. Но если я вытащу ее из камеры, она вообще не сможет перемещаться, пока я не пойму, как снять это заклятие.

— Ей и не нужно. Ты переместишь нас, — возразил Теон.

Тристин покачал головой.

— Ты не понимаешь. Это заклятие замедления. Если кто-то прорывается, чары сковывают их, пока не будут установлены намерения пришедшего.

— Тогда как прошел Декс? — спросила Тесса.

Взгляд Тристина скользнул к ней.

— Ты сама знаешь ответ, дикая ярость. Лорд Ахаза.

— Он не Властитель, — сказала она, склонив голову и запуская пальцы в волосы, дергая их за кончики.

— Верно, — только и сказал он. Повернувшись к Теону, он добавил: — Я говорю о том, что если мы вытащим ее прямо сейчас, ты должен быть готов выходить отсюда пешком. Идти до своей территории, и даже тогда…

— Половина правителей этого мира хочет ее смерти, — отрезал Теон. — Оставить ее здесь на растерзание — не вариант, даже если они сейчас грызутся между собой.

— Тогда будь готов, — сказал Тристин. Повернувшись к Тессе, он жестом поманил ее: — Мне нужна твоя кровь, дикая ярость.

— Моя кровь призывает тех, кто служит Ахазу, — сказала она.

Это не было предупреждением или страхом. Просто констатация факта.

— Твоя кровь может призвать многих, — парировал он. — Но у нас нет времени на споры. Мне нужно, чтобы ты мне доверилась.

— Ты использовал меня, — прошипела она, сжимая кулаки. — Ради своей выгоды. Я не забыла.

— Не стану отрицать, у меня есть свои мотивы, — ответил он. — Но это не значит, что мне плевать. Можно иметь свои цели и при этом искренне сопереживать. Одно не исключает другого.

— Разве? — в замешательстве спросила она, медленно подходя ближе.

Он кивнул с озорной улыбкой.

— И когда все закончится, нас ждут магвуд и пицца.

— Красивые слова и обещания на меня не действуют, Властитель Лжи и Обмана, — сказала она, и ее ответная улыбка была мрачной.

— Тогда Кровная клятва, — произнес он, проводя кинжалом по своей ладони.

— Что?

— Кровная клятва — это обещание. Соглашение между двумя. Если одна из сторон нарушит его, последствия будут фатальными, — пояснил Теон.

— Разве не это делают фейри, когда их назначают в королевства?

Желвак на челюсти Тристина дернулся.

— Да. Именно это их заставляют делать.

Она снова посмотрела на Тристина.

— Зачем тебе это?

— Чтобы доказать, что ты можешь мне доверять, — ответил он, снова протягивая руку. — Один порез на ладони, и мы смешаем нашу кровь.

Она на мгновение замялась, взглянув на Теона. Тот ободряюще кивнул, и она поймала себя на мысли: когда она начала искать у него поддержки?

Наконец она просунула руку сквозь прутья. Лезвие ужалило плоть. Тристин сжал ее окровавленную ладонь в своей, в упор глядя ей в глаза.

— Я клянусь и обещаю свою верность тебе, Тессалин Асура, Дочь Дикости и Ярости, — произнес он.

Вспышка белого света озарила их ладони, и Тесса почувствовала, как клятва укореняется в глубине ее существа. Даже магия, боровшаяся в ее душе, на миг затихла.

Затем Тристин провел пальцем по ее ране, нагнулся и размазал кровь по всем меткам, что нарисовал на полу. Он снова выпрямился с кинжалом в руке.

— Мне нужно надрезать обе твои ладони, а ты должна схватиться за прутья, — сказал он. Она без лишних слов протянула руки, и мужчина повернулся к Теону. — Ты готов?

Теон лишь кивнул, стоически и непоколебимо.

Еще один укус боли, и Тесса обхватила прутья ладонями. Они вспыхнули, золотой и серебряный пепел закружился вокруг решетки, и вокруг нее самой. Затем дверь камеры распахнулась. Теон вытянул ее наружу прежде, чем она успела осознать происходящее; она прижалась к его груди, а он гладил ее по волосам.

Его тьма окутала ее, и война в ее душе утихла. Не полностью, но достаточно, чтобы она могла ясно мыслить. Она отстранилась, чтобы посмотреть на него, и поняла: это была не просто тьма, это были его темные крылья.

— Ты пришел за мной, — прошептала она.

— Я же говорил, что всегда найду тебя, — ответил он. — Мне нужно кое-что тебе рассказать, но лучше сначала добраться до безопасного места. Ты согласна?

Выбор.

Он… давал ей выбор.

Она тяжело сглотнула и кивнула.

Повернувшись к Тристину, он сказал:

— Отдай ей свой плащ.

— Замаскировать ее под Властителя? — Тристин уже стягивал одежду. — Блестяще!

Через несколько секунд она была закутана в ткань, которая была ей велика, но это было неважно. Втроем они шли по коридорам. Им никто не встретился, пока они не вышли в главный вестибюль. Тесса напряглась, но Теон шагнул вперед, и тьма следовала за его шагами.

— Дагиан, — поприветствовал он.

Наследник Ахаза перевел взгляд с Теона на нее, затем обратно.

— Полагаю, это она, — ответил он.

— Властитель? — спросил Теон. — Никто не знает их истинных обличий.

— Я должен оповещать отца каждый раз, когда кто-то выходит с ней, — сказал Дагиан, игнорируя притворство. Когда Теон промолчал, продолжая выдерживать его взгляд, он добавил: — Я надеялся, что ты доберешься до нее первым.

— С чего бы это? — спросил Теон, отбрасывая маскировку. Тесса подошла ближе, ей отчаянно хотелось коснуться его.

— Потому что я знаю, что ты сделаешь то, что должно. Пропусти их, Саша.

Фейри кивнула, отступая в сторону. Тесса даже не заметила, как та появилась, преграждая им путь.

— Я не знаю, в какие игры ты играешь, — начал Теон.

— Это начало генезиса, — ответил тот.

Теон не двигался несколько секунд, затем завел руку за спину, взял ее за ладонь и притянул к себе. Вместе они вышли из Пантеона, Тристин следовал рядом.

— Можешь наложить на нее иллюзию? — спросил Теон, когда они сбросили плащ в тенях.

Тристин покачал головой.

— Чары не позволят.

Теон больше ничего не сказал. Они не могли бежать. Они не хотели привлекать внимание. Теон вел их по боковым улочкам, придерживаясь переулков и используя свою тьму, чтобы скрывать их при любой возможности. Только когда они начали переходить на территорию Королевства Ариуса и впереди показалась река, она уперлась ногами.

— Они ждут нас, — сказала она, пытаясь остановить Теона.

Он замер, оглянувшись через плечо.

— О чем ты?

— Это… — она лихорадочно огляделась, глядя на темные воды реки Уинфелл, мерцающие в сумерках заходящего солнца.

Теон внезапно оказался прямо перед ней, взял ее лицо в ладони.

— Расскажи мне, маленькая буря.

Его прикосновение придало ей сил, и она заставила себя смотреть ему в глаза.

— Я видела это. Авгуры и Рыцари Света. Они ждут нас. — Ее голос сорвался, а на глазах выступили слезы. — Лука не придет на помощь.

— Он придет! — твердо сказал Теон, будто иного варианта не существовало, но Тесса знала.

Она видела это раньше. Она уже знала, что произойдет.

Он не придет. Ее предательство было слишком глубоким.

— Посмотри на меня, Тесса!

Она не заметила, как отвела взгляд. Он убрал руки от ее лица, снял браслеты с запястий, а затем кольцо. Ее сила вспыхнула, кожа засияла.

— Мы будем сражаться, — продолжил он, выхватывая кинжалы из клубов тьмы. — Он тренировал тебя, и ты, Тессалин? Ты — самое могущественное существо в Девраме. Никто не решает твою судьбу, кроме тебя. Ты меня понимаешь?

Она смотрела на него, не зная, что ответить. Снова вихрь тьмы, и он протянул ей золотой кинжал. Тот самый, что она оставила в кабинете месяцы назад.

— Он прав, — сказал Тристин, и она увидела, как он достает оружие из собственной магии. — Ты — Дикость и Ярость. Поддайся им, Тесса. Пусть инстинкты ведут тебя.

Она покачала головой, во рту пересохло, когда она сжала рукоять кинжала.

— В прошлый раз… Роан чуть не погиб из-за меня!

— Я здесь, Тесса, — сказал Теон, и его тьма окутала его, как доспехи. — Я помогу тебе контролировать это. Ты можешь мне довериться?

— Я… я не знаю, — честно ответила она.

Он кивнул.

— Хорошо. С этим можно работать.

Она не поняла, что это значит, но затем он выхватил два коротких меча, и боги…

Он выглядел как бог смерти.

Тьма застилала его изумрудные глаза. Темные волосы развевались на ветру, а за спиной широко раскинулись крылья. Он держал мечи так, будто они были продолжением его тела, и сила роилась вокруг него.

И ее сила жаждала этого. Пряди света потянулись к нему, вплетаясь в его тьму.

— Вот так, Тесса, — подбодрил он. — Пусть они играют. Пусть привыкают.

Она склонила голову, ее дыхание участилось. Он позволял ее силе исследовать и забирать.

Затем его тьма огрызнулась в ответ, и она ахнула.

Он улыбнулся. Мрачно и порочно.

— Кто-то, кого они боятся так же сильно, как меня, — сказал Теон, и ее взгляд снова впился в его глаза. Может быть…

Может быть, в конце концов злодей влюбился в монстра.

Судорожно вздохнув, она обратилась к своей магии; ее кожа засияла ярче, свет окутал ее так же, как тьма Теона цеплялась за него.

— Моя красавица, — похвалил он. — Что бы ты ни делала, что бы ни случилось, не прекращай сражаться. Лука придет.

— Не придет, — настаивала она.

— Пока это не случилось, будущее всегда может измениться, — ответил он. — Пошли.

Теон шел впереди, Тристин отступил и держался справа от нее, а слева шумела река. Только когда они взошли на небольшой холм, они увидели их. Десятки членов Авгуров в плащах и масках. Среди них парили Рыцари, и она знала, что среди Авгуров не было Наследия Ариуса. Их бы уже убили.

— Твоя мать, скорее всего, там, — сказала она Теону.

— Значит, она умрет вместе с остальными, — холодно бросил он. Он посмотрел на нее. — Если Корделия здесь, позволишь мне убить ее для тебя?

Тесса моргнула. В ее груди что-то дрогнуло. Определенно не то, что должно было бы дрожать при мысли об убийстве ради нее.

— Да, — выдохнула она.

Он наклонился, обхватил ее за талию и притянул к себе. Его губы жестко накрыли ее рот в жадном поцелуе. Язык коснулся ее губ, требуя доступа, и она впустила его, принимая этот поцелуй так же жадно, как ее магия впитывала его силу.

У нее не было времени думать, что все это значит. Авгуры и Рыцари двинулись вперед. Они стояли на месте, позволяя врагам тратить энергию.

Почувствовав, как Теон потянул ее магию, она посмотрела на него.

— Верь мне и верь в себя, — сказал он, глядя на нее так, будто им не предстояло сейчас сражаться за свои жизни.

Она медленно кивнула и закрыла глаза. Заглушая шум и крики ярости. Она позволила собственной ярости вырваться на поверхность, расти и закипать, и она чувствовала его тьму — она давала опору, которой она никогда раньше не знала.

Ударил гром, и она открыла глаза, чтобы увидеть, как молния бьет прямо в центр схватки.

— Да, Тесса! — закричал Тристин.

Вой ее волков раздался за секунды до того, как Найла и Роан выскочили из окружающих зарослей. Они оказались рядом с ней как раз в тот момент, когда Авгуры и Рыцари достигли их. И тогда не осталось ничего, кроме звона оружия и столкновения сил.

Она погрузилась в свою мощь; свет вырывался дугами и разил врагов. Ее сила пировала, только делая ее крепче.

Рыцарь выступил вперед, глядя на нее белыми глазами.

— Я не могу убить вас, моя госпожа, — сказал он тем самым голосом, от которого кости сковывало холодом. — Но у меня приказ задержать вас.

— Можешь попробовать, — прорычала она в ответ.

Затем уже она потянулась к магии Теона. Свет и тьма обвились вокруг ее кинжала. Жизнь и смерть. И она вонзила его в грудь Рыцаря. Его вопль разнесся над землей, прежде чем он развеялся по ветру, оставив после себя лишь клочья бледного, прозрачного пепла.

— Как ты это сделала? — потребовал Тристин, пронзая мечом шею одного из Авгуров.

— Не знаю, — призналась она. — Но я сделаю это снова.

Она нагнулась и подобрала меч, оставленный Рыцарем.

— Мы прикроем тебя, Тесса, — сказал Теон, вставая с другой стороны. — Бери все, что тебе нужно.

Что-то было не так. Не с Теоном, а с Тристином. Все должно было быть иначе. На его месте должен был быть кто-то другой. Она все еще чувствовала дисбаланс, но стиснула зубы. Это был ее выбор. Теперь ей предстояло встретить последствия своих поступков.

Роан и Найла прикрывали ее спереди и сзади, магия Теона и Тристина вихрилась вокруг нее, позволяя ей сосредоточиться на собственной силе. Теперь это были одни инстинкты. Даже тренировки Луки стали частью ее естества. Ее сила искрилась и вспыхивала при каждом взмахе меча. Теон был темным богом подле нее, его короткие мечи разили врагов один за другим. Она чувствовала мощь Тристина. Он усыплял врагов, даря им ложное спокойствие и удерживая на расстоянии, пока кто-то не обрывал их жизни.

Но она не была наивной. Их было пятеро против Наследия и Рыцарей, которых почти невозможно убить. Им не победить. Не самим.

— Он придет, Тесса. Просто продолжай сражаться! — приказал Теон, не прекращая ни на миг движения своего меча. Он явно услышал ее мысли.

Тесса покачала головой, вскинув руку; дуга силы вырвалась из ее ладони, обрушив Прорицателя на землю с воплем агонии. — Не придет! — выдохнула она, разворачиваясь к другому противнику. — Он слишком зол. Он не простит…

— Простит! — рявкнул Теон, обрывая ее на полуслове. — Он придет, потому что мы принадлежим ему так же, как он — нам!

— Тебе нужно вызвать Элизу и Разика, — сказала она. Она черпала все больше силы, ее тело светилось, а золотые и серебряные искры кружились вокруг нее. — Он не придет, Теон. Предательство было слишком глубоким.

— Что бы ты ни сделала… Тесса, берегись!

Теон выронил один из мечей, потянулся к ней и дернул в сторону, когда Прорицатель подобрался слишком близко. Но он не заметил другого, заходившего с фланга.

За мгновение до того, как лезвие коснулось бока Теона, рука Тессы вцепилась в горло нападавшего. Прежде чем тот успел вскрикнуть, черная паутина расползлась по его коже. Тесса втянула в себя силу Теона и использовала ее. Она оттолкнула Авгура, и когда тот рухнул на землю, ее свет вспыхнул еще ярче.

Затем Тристин выругался, и она обернулась. С ее губ сорвался возглас ужаса. Потому что это были Дети Ночи. Десятки и десятки вампиров.

— Что они делают на поверхности? — прорычал Теон, его глаза стали абсолютно черными, а сила закружилась вихрем.

Быстрые и сильные, как любое Наследие, вампиры двигались размытыми тенями. Даже Охотникам было трудно за ними поспевать.

— Их слишком много! — закричала Тесса. — Нам не одолеть их всех, Теон!

— Одолеем, Тесса! Лука придет! — ответил Теон, подняв выроненный меч. Тьма покатилась от него волной, накрывая нескольких вампиров. Когда она отхлынула, они лежали мертвыми.

— Не придет, Теон, — спорила она, поворачиваясь к нему. — Он слишком…

Но ее слова превратились в нечленораздельный хрип, когда боль пронзила позвоночник. Кровь запузырилась на губах, когда она попыталась заговорить снова. Она рухнула на колени, крича, когда что-то вырвали из ее спины. Краем глаза она увидела вампира, державшего меч, с которого капала кровь.

Ее кровь.

Магия уже вскипала, пытаясь исцелить рану, но каждый вдох обжигал грудь.

Теон взревел, падая рядом с ней и прижимая к себе. Его магия хлестнула наружу, обвивая вампира и притягивая его ближе.

— Ты не можешь убить ее мечом, но я заставлю тебя молить о смерти за одну мысль о том, что ты мог это сделать!

Но вампир рассмеялся.

— Чтобы убить бога, может понадобиться семь таких клинков, но для нее хватит и одного.

Тесса услышала хруст. Магия Теона сломала вампиру шею. Голова того неестественно вывернулась, прежде чем все его тело было разорвано пополам.

— Нет, — сказал Теон, пока вокруг продолжала литься смерть. — Нет, нет, нет! Где, черт возьми, Лука?!

— Я же говорила… Он не… — попыталась выговорить Тесса, но замолкла.

Она не могла одновременно дышать и говорить, пока магия яростно пыталась ее исцелить.

Она чувствовала, как кровь стекает из уголка рта, пока Теон держал ее. Его магия окутала ее, и она вцепилась в него. Не в силах вымолвить ни слова. Не в силах сказать ему, что все будет в порядке.

Не в силах выкрикнуть предупреждение, когда приблизился Рыцарь.

Она дернулась, пытаясь вытащить свою магию на поверхность, но все еще боролась за каждый вдох, не в силах сосредоточиться и…

И Рыцарь вонзил золотой клинок в спину Теона.

И все равно Лука не пришел.