ГЛАВА 5

Накануне ночью

Кровь Геклы кипела от азарта, пока она кружила перед таинственным воином. Они бились уже час. Незнакомец оказался не менее искусен, чем любой боец из «Кровавой Секиры», — быстрый, гибкий и совершенно непредсказуемый. Было упоительно встретить равного по силе противника и полностью раствориться в движении. Воин, очевидно, тоже наслаждался происходящим: в бороде сверкала белозубая улыбка, а ореховые глаза ловили отблески сестер-лун.

Воин сделал выпад, целясь ногой под колено, но Гекла успела отскочить в сторону.

— Ты уже пробовал этот прием, — поддразнила она.

— М-м-м? — Улыбка мужчины стала шире. — А как насчет этого?

Он бросился вперед, и на этот раз Гекла замешкалась. Мужчина подсек ей ноги, и она повалилась на землю. Не успела она прийти в себя, как воин уже оседлал ее, прижимая бедра и плечи к песку. Черные косы рассыпались по его влажному от пота лбу, в карих глазах плясало озорство.

— Слезь с меня, дубина! — Гекла дернулась, пытаясь сбросить его, но добилась лишь раздражающе приятного трения там, где соприкасались их тела.

Пальцы воина сильнее впились в плечи Геклы, а взгляд вдруг изменился. В нем мелькнули растерянность и любопытство, будто она была загадкой, которую он пытался разгадать. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, и воздух между ними стал густым, натянутым.

А потом этот невыносимый мужчина расплылся, по мнению Геклы, в слишком уж победной ухмылке.

— Сдаешься?

За его спиной шумела река, и в голове Геклы созрел план.

— Сдаюсь.

Мгновение он помедлил, затем поднялся и протянул широкую ладонь. Гекла вложила в нее металлическую руку, в глазах заплясали искорки. Ловким движением она отстегнула протез от металлического шарнира на культе и с силой толкнула его. На лице мужчины отразилось изумление, губы сложились в подобие буквы «О», когда он, попятился назад, вцепившись в ее отсоединенную руку. А затем он потерял равновесие и полетел вниз с берега.

Гекла вскочила и подбежала к краю, заливаясь смехом от увиденного. Воин барахтался на мелководье. Восстановив равновесие, он поднялся. По лицу текли струйки воды, мокрая туника облепила крепкое тело. Он тряхнул головой, как пес, разбрызгивая капли с черных волос, и Гекла не смогла сдержать улыбку.

— Теперь вижу, — сказал он, потряхивая ее железной рукой. — У тебя припрятано не мало уловок.

— Пользуюсь преимуществами, где могу.

Гекла вытерла слезы от смеха, пока он выбирался из воды. Когда она в последний раз вот так смеялась? Недели назад, не меньше. Еще до смерти Илиаса.

Воин положил металлическую руку на травянистый край берега, затем легко перелез наверх с каким-то звериным блеском во взгляде. У Геклы сладко ухнуло в животе. И когда он рванулся к ней, возможно, она нарочно запоздала с ответом. Возможно, не слишком сопротивлялась, когда он закинул ее себе на плечо. Воин помчался в реку и вместе с ней рухнул в ледяную воду. Когда Гекла вынырнула, она все еще смеялась.

Она стянула шнурок, закреплявший косу, и пальцами распустила пряди. Мужчина наблюдал за ней с живым интересом.

— Знаешь, — протянул он, — ты первый настоящий противник за весь этот вечер.

Гекла закатила глаза.

— Лесть со мной не сработает.

— А что сработает?

Она резко посмотрела на него и вдруг поняла, как близко он стоит. Проследила взглядом за каплей воды, скатившейся по виску и исчезнувшей в бороде.

— Уведи меня куда-нибудь… — он шагнул ближе. — С собой.

В животе у Геклы все закружилось, но она заставила себя вспомнить урок, усвоенный давным-давно. Красивому лицу доверять нельзя.

Собрав всю наработанную за годы браваду, она выгнула бровь.

— Ты ищешь драки или хочешь поваляться в мехах, воин?

— Почему бы не совместить? — Он ухмыльнулся и нырнул, оставив Геклу смотреть на расходящиеся круги.

Между бедер разлился жар, и она ненавидела себя за то, как сильно хотела этого мужчину. В памяти всплыл последний раз, когда она привела Гуннара в свою постель. Его поцелуи были пылкими, но стоило ей начать раздеваться, как он разрыдался. Излишне говорить, что желание мгновенно испарилось. Вместо того чтобы стонать от удовольствия, она обнимала его, пока он плакал на ее плече.

Неделями, после гибели Илиаса, Гекла пыталась удержать «Кровавую Секиру» от распада, и, боги, как же это выматывало. Почему бы ей не взять что-то для себя? Почему бы не пожить сегодня для себя? Может, несколько умопомрачительных оргазмов наконец вернут ее в чувство.

Мужчина вынырнул совсем рядом.

— Ну? — спросил он, откидывая волосы назад и выжидающе глядя на нее. Капли воды задержались на его несправедливо густых ресницах и медленно стекали по рельефной груди.

Гекла подошла ближе. Она потянулась к подолу его туники, но мужчина перехватил ее левое запястье. Он дернул ее на себя, и она врезалась грудью в его твердое тело. Кожу покалывало от предвкушения, когда большая ладонь скользнула вверх по ее спине и остановилась на затылке. Медленно, почти осторожно, воин наклонился. Его губы коснулись ее губ, и внутри Геклы вспыхнул огонь.

Пальцами он крепче сжал ее шею, и где-то из глубины его горла донесся низкий звук. Что бы он ни чувствовал, Гекла ощущала то же самое. Будто каждая тихая, спящая часть ее тела вдруг проснулась.

За сомкнутыми веками расцвели краски, когда его пальцы запутались в ее волосах, а сам он приподнял ее лицо за подбородок, углубляя поцелуй.

Когда его язык проник ей в рот, Гекла ответила тем же, подстраиваясь под его движения. Желание осело внутри тяжелым жаром, и она снова потянулась к его тунике. На этот раз воин не стал ее останавливать. Она стянула ткань через голову, обнажая смуглую кожу и безупречно выточенное тело. Она с восхищением провела пальцами по его коже и напряглась, когда его рот снова накрыл ее губы. Мужчина целовался с неожиданной страстью, будто стоял на пороге смерти, а она была его последней трапезой. И, боги, Гекла жаждала быть поглощенной. Время стало вязким и скользким, пока она тонула в его поцелуях и ощущении рук, изучающих ее тело. Наконец мужчина отстранился, во взгляде читался вопрос.

— Еще, — прошептала она, притягивая его к себе.

Он провел руками по ее спине и подцепил пальцами край туники. Он сорвал с нее тунику с такой поразительной быстротой, что она со шлепком упала на берег.

— Я даже не знаю твоего имени, — пробормотал он, двигаясь губами вниз по ее шее.

— А я твоего, — выдохнула Гекла, запрокидывая голову. — Пусть так и будет. Никаких имен. Только мы.

Он отпрянул, всматриваясь в ее лицо ореховыми глазами. Казалось, воин хотел что-то сказать, но когда рука Геклы скользнула в его штаны, у него вырвался лишь стон.

— Или, — прошептала она, сжимая ладонь на его твердом члене, — я буду звать тебя Лисом, а ты меня Рысью.

— Лисом? — простонал он от ее движений.

— То как ты сражаешься доказывает, что в тебе есть хитрость.

Гекла с удовольствием смотрела, как искажается его красивое лицо, пока она продолжала ласкать его.

— А Рысь? — спросил он сквозь прикрытые веки.

Гекла тихо рассмеялась.

— Вооружена смертельно острыми частями.

— Рысь охотится на лиса.

— М-м-м. Лучше не поворачивайся ко мне спиной.

— Ты поразительная. — Мужчина усмехнулся, но его взгляд потяжелел. Он потянулся к ее штанам, помедлив у застежки.

— Притягательная, — выдохнула Гекла.

— Умная. — Лис щелкнул застежкой. Рука скользнула вниз, и настал черед Геклы стонать, когда воин начал нежно ласкать ее.

Вода была холодной, но тело ее пылало под прикосновениями Лиса. Казалось, он уже читает каждый ее отклик, и Гекла вдруг поняла, что они ввязались в новый вид состязания: кто первым доведет другого до пика.

Когда основание ладони Лиса прижалось к самому чувствительному месту, Гекла не смогла сдержать стон. Она провела большим пальцем по кончику его члена, и почувствовала удовлетворение от того, как содрогается все его тело. Их лица разделяли считанные пальцы, дыхание смешивалось. Он смотрел на нее так прямо и интимно, что Гекла должна была бы смутиться, но вместо этого внутри разгорался жар.

Лис нашел ту самую точку глубоко внутри, и Гекла ахнула, чувствуя, как удовольствие туго сворачивается в спираль.

Она ускорила движения руки, лаская его быстрее. Ей нужна была еще всего минута. По телу Лиса прошла еще одна дрожь, но торжество Геклы длилось недолго.

— Кончи для меня, Рысь, — прошептал он.

И Гекла рассыпалась.

Все внутри сжалось, мысли исчезли, когда горячая, пульсирующая волна захлестнула тело. Она закрыла глаза, чувства растворились в экстазе. Ей казалось, будто она видит цвета — яркие фиолетовые кольца пульсировали в венах, чувствовала вкус сладкой клубники на языке.

На какой-то безумный миг Гекла снова стала той юной девушкой, что читала сказания о рыцарях, принцессах и настоящей любви. Голова была полна грез, а сердце открыто миру. Она была мягкой, уязвимой и совершенно беззащитной.

Но постепенно зрение прояснилось, и она встретилась взглядом с глазами, полными восторга и открытия.

— А ты довольно чувствительная, да, Рысь? — прошептал Лис, проводя пальцами выше, по гладкой коже ее живота.

— Правда? — Ошеломленная, Гекла все еще оставалась в его объятиях, поддаваясь нежным прикосновениям.

— Ага. И мне интересно… — зелень в его ореховых глазах, казалось, стала ярче, — сколько еще раз я смогу заставить тебя так стонать?

Он убрал мокрую прядь волос с ее лба. Гекла напряглась. Эта нежность мгновенно вернула ее в реальность. Но скрыла реакцию за лукавой улыбкой.

— В этом раунде победа за тобой, Лисенок, — сказала она с блеском в глазах, и снова обхватывая его рукой. — Но уверяю, следующий ты не выиграешь.

— Это вызов, Рысь? — его голос звучал хрипло, будто в горле застрял песок.

Хорошо. Она подавила улыбку.

— Это обещание, Лис.

И когда на прекрасном лице мужчины отразилось выражение муки, когда он резко подался ей навстречу с низким гортанным стоном, Гекла поняла: их поединок еще очень далек от завершения.