Я вскочила с места и рванула к коту. Подбежала к сцене.

– Барсииик! Барсииик! – но кот не видел меня. – Его котейшество – колдунейшество Барс! – я заорала во все горло.

Кот подпрыгнул на месте как ошпаренный, поймал мой взгляд и бросился ко мне с воплями:

– Настяяяя, Настенькааа!

Но дрессировщик перехватил его и вернул на место. Возможно, кошаку досталось. Я стояла у сцены и ждала момента. Охрана несколько раз делала мне замечание. Я отходила чуть, но позже возвращалась в то же место. Представление закончилось. Некоторые зрители стали уходить, другие пошли к сцене – запечатлеть фото на память. Я влилась в их поток и пошла к той кучке, которая желала сфотографироваться с котом. Барсик не сводил с меня глаз. Когда подошла моя очередь, я приблизилась и прошептала:

– Жёлтая карета у входа, жду тебя.

– Что, мрр? Какая карета?

Вот же балбес.

– Карета такая на колёсах чёрных.

Кот посмотрел на меня, как на сумашедшую. Впрочем, как смотрел обычно.

– Мур, марка какая? – кот покрутил указательным пальцем у виска.

Я вытаращила глаза. Я и сама не очень-то обратила внимание, на чем приехала. Барсик понял мой взгляд и вздохнул:

– Ладно, мур, найду. Иди уже!

Я вышла на улицу. У входа стояли Кира и Артём.

– Насть, мы тебя потеряли – обратилась Кира. – Ты зачем к коту рванула?

– А я его знаю!

Кира удивлённо подняла брови.

– Этого кота из нашей деревни украли, – соврала я. – Поможем котику вернуться домой?

Кира смотрела с подозрением.

– Насть, ты чего, хочешь кота из цирка украсть?

– Нет, конечно! Что ты! – я успокоила Киру, а потом добавила. – Он сам придёт.

Всё занавес. Оба смотрели на меня, как на умалишённую. Ну и пусть, лишь бы кота дождались.

Мы сели в машину и, наверное, с час сидели молча. Первой не выдержала Кира:

– Насть, ну хватит, поехали уже. Может, в кафе какое? Я есть хочу.

– Он придёт, точно придёт – я пыталась уговорить подругу.

Кира потерпела ещё минут пятнадцать и совсем раскапризничалась.

– Ну, что за бред, Насть? Хватит! Артём, заводи уже.

Я бросила на Артёма самый умоляющий взгляд и, кажется, парень симпатизировал мне:

– Ладно, сидите здесь, я принесу хот-доги.

Артём вышел, а я и недовольная Кира остались в машине.

Через несколько минут в дверь что-то царапнуло. Я быстро открыла и помогла кошаку забраться в машину. Вид у того был как в фильмах про шпионов. На коте висело серое пальто его размера и коричневая шляпа.

– Дави на газ! Надо убираться отсюда, муур!

– Мы водителя ждём, скоро поедем.

– А куда он ушёл в ларёк за семечками?

– Почти. За хот-догами.

– Мр, с вами каши не сваришь. Меня сейчас искать начнут. Я же звезда!

Я перевела взгляд и только сейчас заметила бедную, как моль, Киру с выпученными глазами. Но что я могла ей объяснить? «Успокойся, Кира, кот говорящий, потому что он из другого мира, где полно магии, а в небе летают драконы»? Такое себе объяснение. Я толкнула кота:

– Помолчи. Дома поговорим.

Барсик свернулся калачом и притворился спящим.

Вернулся Артём. Отпустил несколько фраз по поводу все-таки появившегося кота, и мы поехали в деревню.

Я едва высидела обратную дорогу и сгорала от нетерпения засыпать кошака вопросами. Проявив полную бестактность и, даже не пригласив в дом Киру и Артёма, я схватила Барсика и второпях покинула машину.

– Что ты здесь делаешь? – я принялась расспрашивать кота, как только мы зашли в дом. – Почему в этом мире? И зачем в цирке?

– Мяу, Настенькаа, – я не могла привыкнуть, что кот называл меня настоящим именем. – Там такооое произошло, мау. Правящего дракона предали. Диверсия прямо на свадьбе наследника! Едва Его Морозность принял титул такооое… маау! – кот полуговорил, полувыл, и вид у него действительно был жалким. – Госпожу убилиии…

Я перестала дышать. В сердце словно снова вонзили тысячу игл. Как убили? Они же совершили ритуал…

– Барсик, что ты несёшь? Как это возможно? Что с Гораном? – ком застрял в горле, и на мои глаза наворачивались слезы. – Кот, скажи, что он жив! Пожалуйста! Умоляю тебя…

– Но я не знаю! Я ничего не знаю, маау! Со всех сторон фейерверками посыпалась атакующая магия. Они все перемешались, я не мог отличить, кто атакует, а кто обороняется. Половина дворцовых магов перешли на сторону предателей. Они спланировали это заранее, мааау – в голосе кота звучала боль. – Там было таак страшно…

Но в моей голове была только одна мысль:

«Пожалуйста, пусть ты будешь живым! Не смотри в мою сторону. Будь чужим мужем. Совсем забудь обо мне. Только будь живым!»

Слёзы ручьём брызнули из моих глаз и обожгли лицо. Руки дрожали. Губы не слушались.

Кот подполз ближе. И попытался утешить меня.

– Не плачь, мрр. Может, он ещё жив? Ну, а вдруг?! И если это так, то ты нужна ему!

Я погладила лохматого и попыталась успокоиться. А, что если кот прав? Я не верила, что Горан мёртв и не ощущала это. По какой-то причине я чувствовала, что нужна ему, вот прямо сейчас! Мне надо вернуться в Ветряной край!

– Как ты попал в мой мир?

Кот опустил голову и его голос стал ещё жалобнее:

– Мы с Вилом, мрр, отправили тебя сюда и вернулись на торжество. Ровно в тот момент церковный маг, ведущий церемонию, атаковал Госпожу. Она упала замертво, мааау! Представляешь, её убили прямо у нас на глазах! Началась настоящая битва – кот хвастался лапами за голову. – Вил пытался прикрыть собой тело Госпожи и перенести её. В надежде, что Амели все ещё жива, нарисовал переход сюда, но и его тоже ранили. Я кое-как дотолкал самого Вила в радужную массу, и мы переместились, мяяу. Мне так было страшно, ты не представляешь!

– Но где Вил? – я пыталась все понять.

– Вил попал в больницу. Его подлатали, но ваши лекари до сих пор лечат таблетками и уколами, мяу! Где это видано?! Мяу – кот возмущался. – У Вила начались проблемы с восприятием и использованием магии. Он рвался спасти Госпожу. Бедняга почти обезумел от горя. Мау. Постоянно угрожал местью, клялся истребить всех магов и драконов во имя Госпожи Амели Алькастр – кот горько вздохнул. – В общем, его уже третий месяц, мау, держат в каком-то странном заведении в нижней рубашке с завязанными за спиной рукавами.

Я не могла поверить тому, что слышала. Это какой-то абсурд. Сумасшествие. Вил совсем ещё мальчишка, ему трудно принять произошедшее.

– А я остался совсем один, мааау. В чужом мире. Без еды и крова, мяу, – кот снова хвастался за голову. – Я голодал, иногда во рту по несколько суток не было ни крошки. Я просил хоть кусочек хлеба, мааау. Но как только люди видели чёрного говорящего кота, начинали креститься, убегать, а однажды меня пытались сжечь, мааау. Только в цирке меня приняли, маау. Что нам делать, Настенькаа, мааау!?

– Барсик, но ты же кот – колдун, волшебник, маг или как там тебя? Как ты допустил все это?

– Мяу, во мне нет ни капли магии. Я обычный говорящий кот. Некоторые фокусы Вила я выдавал за свои и все верили. Меня уважали, мау. Но без Вила я никто, мааау!

Вот это признание! Мне ещё больше стало жаль Барсика. Я посадила его на колени и гладила за ушком. Но потом испытала чувство дежавю. А ведь лохматый вот так же однажды обманул меня. Я с подозрением взглянула на кота. Но тот словно понял мои мысли:

– Мяу, Настенька, я так жалею о своём поступке. О том, что подвел тебя. Лучше бы я этого не делал, мау. Тогда бы замуж вышла ты…

И умерла бы тоже я. Вот же… Гад блохастый!

– Мяу, ну в смысле я не это хотел сказать. Я жалею об обмане. И о подмене, мау, и ещё… мау. Я запутался.

– Барсик, нам обоим стоит вытереть слезы и что-то сделать. Для начала вытащить Вила из психушки.

Я не знаю, откуда во мне проснулись силы. Я три месяца жила как овощ. Днем старалась ни о чем не думать, а каждую ночь мысленно разговаривала с драконом. Я понимала, что это глупо, и он меня не слышит. И что, скорее всего, в этот момент спит в одной кровати с молодой женой. Но теперь все это не имеет значения. Мне надо найти Горана! Надо убедиться, что он жив!