В декабре 1519 г. началась война Тевтонского ордена с Польшей. Великий магистр Альбрехт обратился за помощью к Священной Римской империи, но император Карл V отказал ему.

Зато помощь пришла с востока. В феврале 1517 г. в Москву прибыл первый посланник Ордена Дитрих Шонберг, который вёл переговоры с боярами великого князя Василия III. Они увенчались заключением первого международного договора между Московским княжеством и Тевтонским орденом. Союзный трактат был подписан 10 марта 1517 г. Посланники Москвы неоднократно появлялись на землях Ордена, и не только с грамотами, но и с бочонками серебра для найма 12-тысячного войска и продолжения военных действий. Некоторые авторы считают, что в память об этом союзе самый большой зал замка Кёнигсберг получил название Московского зала (Зала московитов).

Разумеется, Василий III, помогая Ордену, не занимался благотворительностью. В 1512 г. Великое княжество Литовское (ВКЛ) заключило антирусский договор с крымским ханом. Ну а кроме того Василий III желал присоединить к Московскому государству древний русский город Смоленск. И вот в январе 1513 г. русское 15,5-тысячное войско со 150 орудиями осадило Смоленск. Однако после шестинедельной осады Василию III пришлось отступить.

В августе того же года началась новая осада Смоленска. Увы, русским пришлось вновь снять осаду.

16 мая 1514 г. началась третья осада Смоленска. 31 июля литовский гарнизон сдался, а на следующий день горожане присягнули на верность Василию III.

Василий III. Фрагмент иконы «Василий Великий и вел. кн. Василий III». 2-я половина XVI в. Архангельский собор Московского кремля. (Википедия. Автор: С. Багдасарова)

Генеральное сражение русских и польско-литовских войск произошло 8 сентября 1514 г. близ Орши у слияния реки Крапивны с Днепром. Из-за бездарности русских воевод битва была проиграна.

И польский король Сигизмунд I, и великий князь Василий III с переменным успехом натравливали друг на друга крымского хана Менгли Гирея. Самый крупный набег на Московское государство крымцы предприняли летом 1517 г. Двадцать тысяч татар явилось в окрестности Тулы. Воеводы князь Василий Семёнович Одоевский и Иван Михайлович Воротынский успели подготовиться к обороне. Пешие рати встретили татар в засеках, а затем их стала преследовать конница. Как сказано в летописи, татар «много взяли в плен, так что из 20 000 очень мало их возвратилось в Крым, и те пришли пеши, босы и наги».

Осада Смоленска московским войском в 1514 г. Лицевой летописный свод

Однако мирный договор был заключён в Москве лишь 25 декабря 1522 г. Согласно договору, Смоленск остался за Великим княжеством Московским. Граница между Литвой и Московским государством проходила по Днепру ниже Смоленска и затем вверх по впадающей в Днепр реке Мере (Морее) до реки Иваки.

Но вернёмся в Восточную Пруссию. В 1519 г. поляки начали наступление через Помезанию на Кёнигсберг, осадили Мариенвердер и Прусише Холланд, однако без осадной артиллерии, которая должна была подойти позже, взять замки было невозможно. Польский каперский флот начал блокаду орденских портов: Кёнигсберга и Пиллау. Тем временем 1 января 1520 г. крестоносцами в Вармии был взят город Браунберг.

18 марта, после подвода артиллерии из Кракова, был взят Мариенвердер, 29 апреля – Прусише Холланд, однако войскам под командованием Януша Сверчовского не удалось возвратить Браунберг. В то же время с юга государство Тевтонского ордена подверглось нападению мазовецких войск, поляки предприняли атаку на Балгу и Мемель.

В июле 1520 г. крестоносцы перешли в наступление. Боевые действия велись в Вармии, Мазовии, была разорена Ломжиньская земля. В августе орденские войска предприняли осаду Лидзбарка, однако взять город не смогли.

В августе из Германии пришло подкрепление в числе 19 тысяч всадников и 8 тысяч пехоты под командованием Вольфа фон Шёнберга, нанёсшее удар по Великой Польше. 12 октября они начали артиллерийский обстрел Мендзыжеча, который вскоре сдался.

Сигизмунд I созвал «посполитое рушение» в Вонгровце и усилил гарнизон Познани. Чтобы предотвратить возможную блокаду польских войск, находящихся в Восточной Пруссии, 2 ноября 1520 г. король выступил к Быдгощу. Теперь основной удар Ордена был направлен на Данциг, к которому также подтягивались войска с востока. Чтоб не допустить соединения двух орденских армий, староста Мальборка Станислав Косьцелецкий занял все переправы через Вислу.

Крестоносцы взяли Валч, Хойнице, Староград, Тчев и 8 ноября начали артиллерийский обстрел Данцига с Бискупской Горки. 9 ноября к городу подошло польское подкрепление под командованием воеводы калишского Яна Зарембы. У Альбрехта не хватало денег, чтобы заплатить наёмникам, которые отказались воевать, пока им не заплатят жалованье, и отошли к Оливе.

Крестоносцы в январе 1521 г. взяли Нове-Място-Любавске и выдвинулись в район Плоцка. 15 января войска Тевтонского ордена подошли к Алленштайну, а 26 января начался штурм крепости, оказавшийся неудачным. Обороной крепости руководил Николай Коперник, который загодя подготовился к боевым действиям и по личной инициативе выписал 20 малых орудий из Эльблонга.

Новый император Священной Римской империи Карл V призвал стороны к немедленному прекращению боевых действий. Польский посол в империи Иероним Лаский попытался навязать Карлу своё мнение, однако в условиях вторжения османов в Венгрию 5 апреля 1521 г. в Торуне между Королевством Польским и Тевтонским орденом было подписано соглашение о прекращении огня на четыре года. Стороны также соглашались передать конфликт на третейский суд Карла V и венгерского короля Людовика Ягеллона.

Императорское посредничество не дало результатов, а в 1525 г. срок прекращения огня истёк, в то время как Альбрехт больше не мог рассчитывать на поддержку со стороны империи. Решающей стала встреча Альбрехта с Мартином Лютером в Ваттенберге, на которой Лютер посоветовал великому магистру жениться, секуляризовать Орден и стать его светским правителем. Альбрехт принял эту идею, как и идею протестантизма.

8 апреля 1525 г. стороны подписали мирный договор в Кракове. Большинство владений Тевтонского ордена в Пруссии объявлялись светским герцогством Пруссия, вассальным по отношению к Польше. Великий магистр Альбрехт становился наследственным правителем герцогства. 10 апреля на Старом рынке в Кракове была проведена церемония оммажа герцога Альбрехта I королю Сигизмунду I Старому. Тевтонский орден, избравший нового магистра, продолжил своё существование, однако какой-нибудь существенной роли уже не играл.

Между тем в Германии началась Реформация. 31 октября 1517 г. католический священник Мартин Лютер прибил к дверям Замковой церкви в Виттенберге (Саксония) пергамент с 95-ю своими тезисами, направленными против прав римского папы, продажи индульгенций и тому подобного.

Ян Матейко. Прусский оммаж, 1882 г.

Этот день считается началом Реформации. 28 марта 1523 г. Лютер отправил в Кёнигсберг послание «К господам Тевтонского ордена», где призывал рыцарей отказаться от монашеского безбрачия, обета, который они нарушают, вступая в тайные связи, и жить в супружестве.

«Ваш орден, – писал Лютер, – поистине уникален: он одновременно и светский, и духовный, и ни то, ни другое. Он обязан владеть мечом против неверных и при этом жить в безбрачии, бедности и послушании, как другие монахи. <…> Эти вещи не согласуются друг с другом, как показывает разум и повседневный опыт. Следовательно, порядок бесполезен и для Бога, и для мира».

Портрет Мартина Лютера. 1528 г. Худ. Лукас Кранах Старший

29 ноября 1523 г. в Виттенберге состоялась встреча Альбрехта Бранденбургского с Мартином Лютером.

Сам 42-летний Лютер 15 июня 1523 г. женился на 26-летней монахине Цистерцианского монастыря Катарине фон Бора. Катарина происходила из знатного дворянского рода, с детства воспитывалась в монастыре и в 17 лет приняла постриг.

Ознакомившись с учением Лютера, Катарина решила бежать из монастыря и обратилась за помощью к самому Лютеру.

Тот привёз в монастырь большую подводу с бочками с сельдью. На обратном пути в пустых бочках спрятались 11 монахинь, включая Катарину.

Альбрехт решил последовать примеру Лютера и в 1528 г. женился на 22-летней принцессе Доротее, дочери датского короля Фредерика I. Свадьба состоялась в замке Фишхаузен (Приморск).

По желанию магистра Альбрехта Лютер послал в Пруссию своего сторонника Иоганнеса Брисманна. В Кёнигсберге тот стал читать в трапезной каноников лекции по теологии, а 27 сентября 1523 г., будучи ещё в одеянии францисканца, прочитал в Кафедральном соборе первую евангелическую проповедь.

Вскоре Брисманн стал советником епископа Поленца по вопросам теологии. Последний, судя по биографии, более юрист и государственный деятель, чем теолог, встал на сторону Брисманна и четверть года спустя объявил себя публично в рождественской проповеди приверженцем учения Лютера.

Брисманн стал первым епископом, порвавшим с католицизмом. Вторым был Эрхард фон Квайс, епископ Помезанский. Таким образом, прежде чем магистр вернулся из Германии, оба прусских земельных епископа стали приверженцами лютеранства.

Кроме того, Лютер послал в Кёнигсберг проповедника Иоганнеса Амандуса.

«В понедельник после Светлого Воскресения 1524 г. он, вопреки традиции, читал свою проповедь не в Альтштадтской, а в Лёбенихтской церкви, и призвал народ на штурм близлежащего францисканского монастыря: “Монахи достаточно долго ели и пили с вами; идите к ним и поешьте и попейте теперь с ними”. После этого толпа захватила монастырь и разорила его. Была сожжена деревянная скульптура св. Франциска. Монахам удалось спастись благодаря комтуру, который, узнав о беспорядках, добился того, чтобы они смогли свободно покинуть свою обитель.

Катарина Лютер. 1526 г. Худ. Лукас Кранах Старший

Позднее монастырь снесли; женский же остался нетронутым. За исключением этого случая, декатолизация церквей проходила спокойно. Картинные украшения и одежда духовенства изымались, отдавались на хранение или продавались. Большинство серебряных предметов из церковной утвари было переплавлено ещё во время крестовых походов.

<…>

Благодаря деятельности этих людей Кёнигсберг стал евангелическим городом ещё до того, как гохмейстер снял своё орденское платье. Выступлений против Реформации со стороны старой церкви в Кёнигсберге не было, если не считать отклоненной комтуром жалобы монахов по поводу народного представления на масленицу 1524 г., в котором Лютер выступал против папы римского. О судьбе распущенного в это время капитула Кафедрального собора мало что известно. Так, один из настоятелей принял лютеранство, другой, сложив с себя духовный сан, занялся торговлей. Соборный декан Адальберт Дойчманн подался к епископу Эрмландскому. Оставшиеся в Кёнигсберге каноники обеспечивались ведомством в Заалау, принадлежавшим капитулу. На подворье старшего священника в Нойхаузене разместилось герцогское казначейское ведомство, а сам замок стал летним и охотничьим замком герцога.

Орденские рыцари ждали, что предпримет их гохмейстер. Большинство из них, последовав его решению, приняли евангелие и остались в стране. Последний комтур Михаэль фон Драге был первым членом Ордена, сочетавшийся браком. Переехав в Шёнберг, он стал там окружным начальником.

Замок Нойхаузен после реставрации. Гурьевск. 2025 г. (Фото: А. Неменко)

Некоторые священнослужители не могли решиться сменить веру. Другие под давлением вынужденно принимали новое учение. Так сложилось, например, у трёх братьев Вайблингенов и у Генриха фон Милтитца, ставшего одним из самых плодотворных поэтов эпохи Реформации и особо приближённым лицом герцога.

Наиболее деятельным представителем молодого поколения был Фридрих фон Хайдек, земляк и друг Альбрехта, сопровождавший гохмейстера в поездке по Германии.

Вместе с ним он стал там приверженцем учения Лютера. После возвращения он рьяно проводил в жизнь идеи Реформации и секуляризации. Летом 1524 г. Хайдек пригласил друзей и единомышленников из Ордена и поместного дворянства на совещание в Бартенштайн, в котором участвовали также епископ Поленц и Кристоф Гаттенхофен, секретарь и камермейстер Альбрехта. Подготовив почву, они на своём собрании в Кёнигсберге 7 декабря 1524 г. приняли решающие постановления.

Теоретически ни Реформация, ни секуляризация не могли быть проведены без согласия польского короля. Поэтому требовалось достичь соглашения с Польшей, что являлось особенно важным, так как через несколько месяцев истекал срок четырёхлетнего перемирия, а у Альбрехта не было никакой надежды на успешное продолжение войны. В результате прусская миссия, в которую входили бургомистры Николаус Рихау из Альтштадта и Криспин Шёнберг из Кнайпхофа, отправилась в Краков, где 8 апреля 1525 г. был заключён мир.

Согласно условиям мирного договора Пруссия становилась герцогством, вассальным по отношению к Польской короне. Официальной религией герцогства становилось лютеранство»[5].

Альбрехт, герцог Пруссии, не стал упразднять орденские службы, но коренных изменений в систему управления не стал вносить – орденские наместники стали оберратами (верховными советниками), комтуры – главами управлений. Важным событием стало привлечение в страну иностранных купцов и переселенцев, бегущих из своих стран вследствие религиозных гонений. Этот шаг в определённой степени смог исправить тяжёлое положение в экономике.

В 1529 г. Альбрехт заложил основу замкового книжного собрания, сложившуюся в так называемую «Серебряную библиотеку». Библиотека пополнялась за счёт покупок и даров. Кроме того, книготорговцам было предписано безвозмездно передавать в её фонды по одному экземпляру каждого продаваемого издания.

К концу жизни Альбрехта замковая библиотека насчитывала уже около девяти тысяч титулов.

В 1523 г. приехавший из Данцига мастер Ганс Вайнрайх основал первую в Кёнигсберге типографию. Первые книги, печатавшиеся там, были религиозного содержания. В 1545 г. в типографии Вайнрайха издали первую книгу на выпирающем прусском языке – «Краткий Катехизис» тиражом в 200 экземпляров. К этому времени всё население Кёнигсберга хорошо понимало немецкий язык, и катехизис предназначался для сельских общин.

Портрет Альбрехта на основе изображения из хроники К. Харткноча 1684 г. Худ. А. Регульский. 1863 г.

В 1544 г. герцог Альбрехт учредил в Кёнигсберге университет. Он стал одним из старейших университетов Германии. Первоначально университет назывался «Академия», но с 1656 г. в память об основателе получил имя «Альбертина». Университет пользовался большими привилегиями и свободами, его преподаватели относились к высшим слоям общества, а студенты объединялись в корпорации со своей структурой и традициями.

Кёнигсбергская академия «Альбертина» была устроена по образцу других немецких университетов и состояла из четырёх факультетов: трех «высших» – теологического (богословского), юридического и медицинского, и одного «низшего» – философского. Естественно-научные дисциплины и математика преподавались на философском факультете.

Первым ректором университета стал приглашённый из Франкфурта-на-Одере 36-летний поэт-гуманист Георг Сабинус (1508–1560), зять одного из столпов Реформации Филиппа Меланхтона.

Возглавляемый ректором преподавательский корпус состоял из десяти профессоров, в большинстве своем приехавших из-за пределов герцогства. В год своего открытия университет имел свыше трёхсот студентов.

Изначально университет был ориентирован его основателями на распространение немецкой культуры и лютеранства на колонизованных прибалтийских землях, университет охотно принимал в состав профессоров уроженцев Польши и Литвы. Эта политика не противоречила немецким стратегическим целям: через польских и литовских преподавателей, а затем и выпускников университета – учителей, пасторов, чиновников, знавших польский, литовский и прусский языки, Альбрехт намеревался внедрять новое вероучение в среде ненемецкого населения герцогства и пропагандировать лютеранство на землях соседей.

В 1545 г. в «Альбертине» стало обязательным для студентов и преподавателей принесение присяги на верность «чистому Слову Божьему», то есть лютеранской вере.

Георг Сабинус – первый ректор университета

«Профессорские жалованья устанавливались в соответствии с иерархией факультетов. Ректор получал 361 флорин и 20 грошей в год; первые профессора “высших” факультетов – по 200 флоринов, декан философского факультета – 150 флоринов, прочие профессора – по 100 и 80 флоринов. Плюс надбавки за работу в партикуляре, который продолжал исправно готовить будущие поколения студентов.

Кроме того, Альбрехт дал профессорам право заниматься рыболовством в Прегеле, варить пиво, не платить налогов, а в случае эпидемии чумы или холеры беспрепятственно покинуть город вместе с семьёй»[6].

Старое здание университета у Кафедрального собора на острове Кнайпхоф (ныне остров Канта). Вид со стороны острова Ломзе (ныне остров Октябрьский)

В 1547 г. в типографии Ганса Вайнрайха была отпечатана первая в истории книга на литовском языке – «Катахизис», переведённый Мартинасом Мажвидасом. Книга положила начало созданию литовского литературного языка.

Для нужд университета в 1549 г. открылась типография Ганса Люффорта.

В 1583 г. открылась типография Георга Остербергера, приехавшего из немецкой Франконии. Одновременно был введён строгий запрет на «самиздат» – печатание книг в нелегальных типографиях.

Ну а куда делись рыцари Тевтонского ордена? К 1525 г. в Пруссии их было около 400 человек. Большинство рыцарей женились и получили от герцога Альбрехта земельные наделы. Остальные уехали в другие земли Германии.

Новой столицей Ордена стал город Мергентхайм неподалёку от Вюрцбурга. Там в 1526–1527 гг. был избран новый магистр Вальтер фон Кронберг. Однако после 1525 г. Тевтонский орден не играет серьёзной роли в политике.

Ну а как польские короли отнеслись к торжеству лютеранства в Пруссии? В XVI веке Речь Посполитая не была однородной ни этнически, ни конфессионально, хотя Римско-католическая церковь была государственной религией. Религиозная толерантность обусловливалась тем, что на значительной территории государства проживали православные, литовские татары и евреи. Другой причиной толерантности были слабость королевской власти и сильные позиции магнатов в системе выборной монархии. Даже короли, исключительно сильно связанные с интересами католицизма – такие, как Ян II Казимир Ваза (иезуит и кардинал), не могли проводить массовых репрессий против иноверцев.

Кёнигсберг. 1557 г. Фрагмент росписи Кёнигсбергского собора Автор: Генрих Кёнигсвизер

Первым из реформатских течений в Польше проявило себя лютеранство, быстро распространившееся в 1520-е гг. среди немецкого населения Королевской Пруссии, Великой Польши и Силезии.

Эдикт Сигизмунда I Старого (1523) провозглашал, что всякий, кто «будет распространять указанные лютеранские произведения, продавать их, покупать, читать, или провозглашать учение Лютера, защищать его или восхвалять, или противиться сожжению указанных книг, подлежит сожжению на костре и конфискации всего имущества».

В 1525 г. князь Януш III запретил в Мазовецком княжестве исповедание и распространение лютеранства под угрозой смерти и конфискации имущества. Этот эдикт, вместе с другими привилегиями, подтвердил Сигизмунд I Старый при инкорпорации Мазовии в состав Великопольской провинции Короны Польского королевства в 1529 г.

Однако посягать на веротерпимость германских городов Данцига, Кёнигсберга и других, лишь номинально подчинённых польской короне, польские короли и феодалы не посмели.

В самой Польше реформацию поддержала едва шестая часть шляхты, однако это была её элита, получившая образование в зарубежных университетах, занимавшая передовые позиции в отстаивании прав и имущества.

Дворянская элита требовала участия священников в уплате налогов, которые шли на оборону государства, отмены церковной юрисдикции по светским делам, ликвидации церковной десятины. Успехи реформатского движения в Польше совпали с развитием привилегий шляхты, к которым стали относить, в частности, право выбирать себе религиозную конфессию. Окончательно данное право было признано Варшавской конфедерацией в 1573 г.

Кёнигсберг стал культурным и духовным центром реформаторов. Здесь в 1530 г. был напечатан переведённый на польский язык катехизис Лютера, двумя годами позже – его Большой катехизис, а в 1561–1562 гг. на польский язык были переведены некоторые его письма. Только лишь в XVI веке было издано 16 различных катехизисов на польском языке. Помимо них, были опубликованы «Песни духовные и божественные» (переизданные несколько раз с 1547 г.), «Канционал» (сборник напевов) Петра Артомиуса (12 изданий с 1578 г. по 1728 г.), «постиллы» (сборники комментариев к Библии и другим священным текстам, издавались с 1557 г.) Важным достижением протестантов было издание Брестской Библии в 1563 г.

Под защитой покровителей из числа магнатов и шляхты возникали протестантские школы, церкви и типографии. В 1554 г. в Сломниках состоялся первый синод кальвинистов. Несмотря на это, протестантство Польши не объединилось, в отличие от других стран Западной Европы. Среди различных протестантских течений в Польше появились анабаптисты (ныне меннониты), а после 1548 г. в Великой Польше начали оседать изгнанные со своей родины чешские братья.

По мнению ряда исследователей польской реформации, в отличие от многих других стран Европы, где она привела к упрочнению власти монархов, в Польше она ослабила позиции как монарха, так и церкви.

Польская реформация была в основном уделом высших и средних слоёв общества, главным образом в городах северо-запада (Кельце, Люблин, Жемайтия). Реформация не оказала большого влияния на сельское население, исключение составляли только жители западного пограничья. Движению не хватало могущественных покровителей. Магнаты рассматривали принадлежность к той или иной конфессии как своё частное дело, как часть дворянских вольностей, хотя на территории Литвы были такие магнаты, как Николай Чёрный Радзивилл и Ян Кишка, которые финансировали реформацию.

Чтобы не возвращаться к теме реформации Польши, скажу, что сразу после «шведского потопа», когда Речь Посполитая с трудом избежала раздела между Швецией и Россией, католической церкви удалось юридически и фактически отменить постановления Варшавской конфедерации. В 1658 г. сейм изгнал из страны польских братьев, которые бежали главным образом в Голландию, где до сих пор находится их библиотека, а в 1668 г. запретил отступление от католицизма под страхом смерти.

К 1550 г. население Кёнигсберга достигло 14 тысяч человек.

В 1547 г. умерла первая жена герцога Альбрехта Доротея. Их брак был счастливым во всем, кроме рождения наследника – оба их сына умерли в младенческом возрасте. От брака остались только три дочери.

Кёнигсберг на гравюре 1581 г.

Через три года после смерти Доротеи, в 1550 г., 60-летний Альбрехт женился вторично на Анне Марии Брауншвейгской, которая была моложе его на 42 года и приходилась герцогу двоюродной внучкой.

От Анны Марии у Альбрехта Бранденбургского 29 апреля 1553 г. родился сын Альбрехт Фридрих. Замечу, что наличие наследника было крайне важно для Пруссии. Дело в том, что по Краковскому договору 1525 г. с Польшей герцогство наследовалось только по прямой мужской линии, а в случае её пресечения отходило к польскому королю.

Альберт Прусский. 1528 г. Худ. Лукас Кранах Старший

20 марта 1568 г. произошло весьма загадочное совпадение: в замке Тапиау (Гвардейск) в возрасте 78 лет умер герцог Альбрехт. В тот же день в 30 км от Тапиау в замке Нойхаузен (Гурьевск) скончалась и его супруга Анна Мария, которой было на тот момент всего 38 лет.

Титул герцога Пруссии вслед за Альбрехтом унаследовал его пятнадцатилетний психически больной сын Альбрехт Фридрих.

В 1572 г. его болезнь начала прогрессировать. Над молодым герцогом учредили опеку из нескольких высших советников – оберратов. Советники ограничили герцога в свободе передвижения, предложив ему поселиться в удалённом замке Фишхаузен. Чтобы показать дееспособность герцога, в 1573 г. была организована его женитьба на Марии Элеоноре Юлих-Клевской. В браке родилось семеро детей, но выжили только девочки – двое сыновей умерли младенцами.

В 1577 г. польский король Стефан Баторий назначил регентом для утратившего дееспособность Альбрехта Фридриха двоюродного брата последнего, герцога Георга Фридриха Бранденбургского. В феврале 1578 г. это решение утвердил сейм Польши.

В 1603 г. Георг Фридрих Бранденбургский скончался, не имея сыновей, – резко уменьшая, таким образом, шансы династии Гогенцоллернов оставить за собою Пруссию. Тем не менее, пока был жив Альбрехт Фридрих, представители Гогенцоллернов не теряли надежды на благоприятный для них исход дипломатической борьбы за прусское наследство. Польша же, с одной стороны, хотела бы включить Пруссию в свой состав, но с другой – там помнили печальный опыт с протестантской Швецией, а Пруссия тоже была протестантским государством.

В итоге Польша и Бранденбург разрешили вопрос половинчатым образом, устроившим обе стороны. Польша заручилась поддержкой Бранденбурга на тот случай, если король Сигизмунд III Ваза решится силой вернуть себе шведский трон. А бранденбургский курфюрст Иоахим Фридрих Гогенцоллерн получил от Польши согласие на наследование власти в Пруссии. Курфюрст сделал взнос в польскую казну и предоставил значительные послабления для прусских католиков.

Иоахим Фридрих в 1603 г. принял прусское регентство и опеку над герцогом Альбрехтом Фридрихом, однако ему было запрещено посещать Пруссию без разрешения польского короля. В 1608 г. Иоахим Фридрих скончался. Его сын Иоганн Сигизмунд был женат на дочери герцога Анне и имел от неё сына Георга Вильгельма. Таким образом, обеспечивалась гарантия перехода наследственного права на Пруссию к потомкам курфюрста Бранденбурга.

В августе 1618 г. герцог Альбрехт Фридрих скончался в замке Фишхаузен. Курфюрст Иоганн Сигизмунд стал полноправным герцогом, фактически создав бранденбургско-прусское государство.

Кальвинистское вероисповедание Иоганна Сигизмунда вызвало явное неудовольствие местного духовенства, так как с точки зрения учения Лютера считалось ересью. Герцог в Пруссии Иоганн Сигизмунд умер в следующем 1619 г. Власть перешла к его сыну Георгу Вильгельму.

В 30-летней войне (1618–1648) Кёнигсберг не участвовал, но шведский король настоял на строительстве новых укреплений вокруг города. Дело в том, что курфюрст Фридрих Вильгельм и польский король Сигизмунд III пытались втянуть Кёнигсберг в войну.

В 1626–1634 гг. был построен пояс деревянно-земляных укреплений, окруживший Кёнигсберг со всеми общинами в окружности двух миль с валами (тогда же был насыпан Литовский вал), 32 ротондами и равелинами, двумя воротами на юг и с семью на Прегель. Укрепление города было дополнено в 1657 г. сооружением крепости Фридрихсбург, на речном входе в Кёнигсберг со стороны моря.

Следствием создания единой системы укреплений стало ещё большее объединение Альтштадта, Лёбенихта и Кнайпхофа. Кроме них кольцо включило в себя слободы и пригороды Старый и Новый Россгартен, Трагхайм, Закхайм, Хаберберг, Форштадт, Нойе Зорге и др. Тем самым обозначились границы Кёнигсберга почти на 300 лет.

«Георг Вильгельм не принимал должного участия в управлении герцогством, все значительные события произошли если не вопреки его воле, то и не благодаря ей. Строительство современных укреплений в Пиллау и Кёнигсберге в эти годы велись либо по инициативе шведского короля, либо по замыслам местных властей. Да и решение о нейтралитете в общеевропейской бойне муниципалитеты принимали самостоятельно, правда, под давлением того же Густава II Адольфа.

Без участия Георга Вильгельма приняли и городской устав, так называемую “Трансакцию 1620 г.”, пришедшую на смену Кульмскому праву. С её помощью после долгих споров и при посредничестве прусского придворного суда удалось сгладить противоречия между муниципалитетами и горожанами. Советники и судебные заседатели выбирались, как во времена Тевтонского ордена. Новым стало лишь то, что городской секретарь приводил к присяге, а обербургграф её просто утверждал. Каждый новый гражданин давал присягу, касаясь поднятым пальцем шляпы бургомистра. В “Трансакции” впервые стали различать “граждан в собственном понимании”, “подзащитных родственников” (последние давали клятву подзащитных родственников и находились под покровительством полиции города) и “пришлых”. “Подзащитные родственники” не имели права вести собственное дело. К их числу относились подмастерья и ученики ремесленников, слуги и служанки, батраки и работники, уволенные солдаты и др.»[7].

План укреплений города Кёнигсберга в 1626 г.

В декабре 1640 г. в Кёнигсберге умер и похоронен курфюрст Георг Вильгельм. Ему наследовал сын Фридрих Вильгельм.

Ну а через пять лет, в 1645 г., произошло событие, переменившее ход истории. В 1645 г. чигиринский подстароста поляк Данило Чаплинский напал на соседний хутор Субботово, принадлежавший сотнику Богдану Хмельницкому. Там он украл «четыреста копен сена» и любовницу Богдана, а заодно насмерть запорол восьмилетнего сына сотника.

Между прочим, Богдан оказался на редкость законопослушным человеком и поначалу пошел по судам. Но на приговоры судов пан Чаплинский плевать хотел. В январе 1646 г. Богдан лично бил челом королю Владиславу на своего обидчика.

Престарелый король объяснил сотнику, что сделать он ничего не может, а под конец спросил: «У тебя что, сабли нет? Эй! Выдать сотнику саблю!»

Богдан Хмельницкий, отчаявшись найти справедливость в польских судах и у самого короля, обратился в последнюю инстанцию – Запорожскую Сечь.

Прибыв в Сечь, Хмельницкий обратился к запорожцам в присутствии кошевого атамана. Он красноречиво описал поругание иезуитов над православной верой и служителями святого алтаря, глумление сейма над казацкими правами, насилие со стороны польских войск над населением малороссийских местечек и городков, вымогательства и мучительства со стороны «проклятого жидовского» рода.

И тут из ножен вылетела королевская сабля. В ответ подняли клинки сотни запорожцев. И началось…

В феврале 1654 г. русские войска двинулись к Смоленску. После длительной осады 10 сентября 1654 г. жители Смоленска открыли ворота царю Алексею Михайловичу.

Ну а в 1655 г. в войну вступила Швеция. Как уже говорилось, в 1648 г. был подписан Вестфальский мир, положивший конец Тридцатилетней войне. По этому миру Швеция получила Западную Померанию и город Штеттин с частью Восточной Померании, а также остров Рюген, город Сисмар, архиепископство Бремен и епископство Ферден (или Верден, совр. Аллер). Таким образом, почти все устья судоходных рек в Северной Германии оказались под ее контролем. Балтийское море фактически превратилось в шведское озеро.

Королева Христина осталась незамужней, и в 1654 г. шведские аристократы заставили её отречься от престола в пользу 32-летнего Карла Густава – пфальцграфа Цвейбрюкского. Новый король получил имя Карл X Густав. Он был племянником Густава Адольфа, под командованием дяди участвовал во многих сражениях, а к концу Тридцатилетней войны стал главнокомандующим шведскими войсками в Померании.

В это время польский король Ян Казимир вдруг вспомнил о правах своего отца Сигизмунда III на шведский престол, хотя и его отец, и брат Владислав давно отреклись от него.

Итак, на престол взошёл молодой король, успевший проявить себя способным полководцем. Шведская казна была пуста, а лучшая армия Европы уже семь лет тосковала без войны. А тут такой хороший повод сходить «за зипунами» в Польшу! Естественно, Карл X двинул туда войска.

В июле 1655 г. 17-тысячная шведская армия вышла из Померании на Познань и Калиш. Король Ян Казимир бросил Варшаву и отошел к Кракову. 6 сентября шведы настигли королевскую армию и разбили её при Чернове. Варшава и Краков были заняты шведскими войсками. Литовский гетман Януш Радзивилл перешел на сторону шведского короля Карла X Густава. Кстати, Радзивилл был протестант. Курфюрст Фридрих Вильгельм пропустил шведские войска через Пруссию.

На севере Польши держался только город Данциг, да и то из-за поддержки голландской эскадры. В пику Голландии Англия и Франция заявили о поддержки Швеции. (Как видим, хулиганский поступок господина Чаплинского, уведшего бабу у сотника Хмельницкого, привёл к большой европейской войне).

Ещё до начала боевых действия Карл X отправил к царю Алексею Михайловичу посла Розенлинда с грамотой, где объяснялись причины, побудившие Швецию начать войну, и предлагался военный союз против Речи Посполитой. В июле 1655 г. Розенлинд был принят Алексеем Михайловичем в Смоленске.

Вступление Швеции в войну с точки зрения здравого смысла было большой удачей для Русского государства. Спору нет, русская армия заняла значительные территории Речи Посполитой, но её военную мощь сокрушить не удалось. Неужели в Москве надеялись, что соседние государства одобрят захват Россией большей части Речи Посполитой? Шведы должны были радоваться выходу русской армии к Риге, а турки – появлению русских на Волыни вблизи вассальной Молдавии? Единственным союзником царя против Польши, Швеции, турецкого султана и крымского хана был Богдан Хмельницкий, преследовавший совсем другие цели, нежели царь, да еще к 1655 г. ставший хроническим алкоголиком.

Поэтому раздел Речи Посполитой, предложенный Карлом Х, был идеальным вариантом для России, даже если бы большая часть бывших польских земель досталась шведам. В любом случае России потребовалось не менее 20–40 лет, чтобы переварить даже небольшие территории, побывавшие под властью Речи Посполитой. А вот шведы бы гарантированно подавились польским пирогом, благо, польское панство – ещё та публика!

Но молодого Алексея занесло. Он уже считал себя не меньше Александра Македонского. При этом царя жёстко опекал пятидесятилетний патриарх Никон. Он-то должен был помнить разгром Шеина под Смоленском. Но переполненный гордыней патриарх уже видел себя духовным владыкой всей Польши и вместо того, чтобы одернуть зарвавшегося государя, буквально подзуживал его на новые захваты.

Царь Алексей гордо заявил шведскому послу: «За многие злые неправды к нам королей Владислава и Яна Казимира дал Бог нам взять всю Белую Русь и многие воеводства, города и места с уездами Великого княжества Литовского, да наш же боярин Бутурлин с запорожским гетманом Хмельницким в Короне Польской, на Волыни и в Подолии побрал многие воеводства, города и места, и мы учинились на всей Белой Руси и на Великом княжестве Литовском, и на Волыни, и на Подолии великим государем».

Послу ничего не оставалось делать, как промолчать, но после такого заявления конфликт был неизбежен.

17 мая 1656 г. под звон московских колоколов царь Алексей Михайлович объявил войну шведскому королю Карлу X Густаву. Русский корпус под началом Петра Потёмкина двинулся для занятия берегов Финского залива. На помощь Потёмкину был направлен большой отряд донских казаков. При отправке казаков патриарха Никона занесло – он благословил казаков не более, не менее, как идти морем к Стокгольму и захватить его.

Теперь Алексею Михайловичу ничего не оставалось делать, как мириться с Яном Казимиром. К началу июля 1656 г. боевые действия против поляков и литовцев, сохранивших верность Яну Казимиру, были прекращены, а 30 июля в Вильно начались мирные переговоры.

Между тем шведские войска 17 января 1656 г. достигли Кёнигсберга. Курфюрст Фридрих Вильгельм признал своим сюзереном шведского короля Карла X вместо польского короля.

Появление польских войск, ранее сражавшихся против русских, позволило полякам 1 июля 1656 г. отбить у шведов Варшаву.

Выезд царя Алексея Михайловича на смотр войск в 1664 году, 1864 г. Худ. Н.Е. Сверчков

Однако 20 июля войска Карла X и курфюрст Фридрих Вильгельм выбили поляков из Варшавы. Но 1 сентября поляки вернули себе Варшаву.

8 октября 1656 г. у селения Простки на восточном берегу реки Элк произошла битва между шведско-бранденбургским войском и польско-татарским войском. Поляки победили.

После битвы две тысячи крымских татар под командованием Субхан Гази-аги произвели набег на Пруссию. Было сожжено 13 городов, 249 деревень, множество мыз и 37 церквей; 11 тыс. человек погибло, 30 тысяч уведено в плен в Крым или в Турцию. Беженцы заполонили Кёнигсберг.

Надо сказать, что Субхан Гази-ага был обыкновенным бандитом. Ему было абсолютно без разницы, кого убивать. Так, в 1648–1649 гг. он жёг и грабил Малороссию, действуя на стороне Хмельницкого.

20 ноября 1656 г. в Лабиау был заключён договор между Бранденбургом и Швецией. Швеция признала суверенитет Пруссии.

А 19 сентября 1657 г. был заключён Велауский договор (Велявско-Быдгощский трактат) между Бранденбургом и Речью Посполитой. Польша отказалась от суверенных прав на Восточную Пруссию в пользу Бранденбурга. Пруссией поочередно правят два наместника великого курфюрста. Первый наместник – князь Радзивилл. Близ Кёнигсберга строиться крепость Фридрихсбург с бранденбургским гарнизоном.