У этих притч нет обязательного толкования.

Если ты увидел в них не то, что увидел автор, это ещё не значит, что ты прочёл их неправильно.

Но, может быть, они сделали своё дело, если после них ты задумался.

После первой —

всякую ли правду следует произносить только потому, что она правда; и не становится ли иногда желание быть правым важнее человека рядом.

После второй —

сколько причин может быть у одного несчастья; и исчезает ли твоя ответственность только потому, что ты был не единственной причиной.

После третьей —

всегда ли добро остаётся добром, когда ты решаешь за другого, что для него лучше; и не может ли забота незаметно стать властью.

После четвёртой —

обязан ли человек прощать того, кто раскаялся; и не может ли сама обида со временем начать распоряжаться жизнью того, кому причинили зло.

После пятой —

где заканчивается любовь и начинается обладание; и сколько в нашей заботе о любимом человеке иногда бывает нашего собственного страха.

После шестой —

становится ли меньшее зло добром; и не слишком ли легко назвать чужую потерю малой, когда цену платишь не ты.

После седьмой —

что действительно можно узнать из того, что одна молитва словно была услышана, а другая — нет; и имеем ли мы право делать уверенный вывод там, где знаем только то, кто остался жить и кто умер.

После восьмой —

не защищаешь ли ты старую дорогу потому лишь, что сам долго её строил; и способен ли ты, увидев путь лучше, не только признать это, но и позволить другому идти впереди.

После девятой —

достаточно ли однажды обнаружить ошибку, чтобы начать подозревать ошибку во всём; и не способно ли сомнение само превратиться в новую уверенность.

После десятой —

освобождает ли тебя незнание от необходимости выбирать; и что делать, когда времени узнать больше уже нет, а не сделать ничего — тоже решение.

Если после какой-нибудь притчи ты решил, что понял её окончательно, прочти её ещё раз.

Возможно, она скажет то же самое.

Возможно — нет.