Илья

– Руслан! – мой телефон опять возле уха, – не бросай трубку!

– Я за рулем, мне не до тебя! Потом поныряешь в свои омуты памяти!

– Куда ты едешь?

– В ваш офис, я там был, вытрясу у кого-нибудь адрес или телефон этого Игоря. Или ты всё-таки мне его дашь?

– Я сейчас сам ему позвоню и узнаю, все ли в порядке. Он мой друг, вообще-то.

– Понятно, – звучит глухо, будто телефон уже далеко от лица. Брат Полины куда-то едет на машине. – Сейчас еще защищать его будешь.

– Что-то мы заходим в тупик в нашем разговоре. Нет, я не буду защищать, я позвоню и все узнаю, потом сообщу тебе. Но у меня одно условие!

– Ты еще и условия ставишь? Почему я вообще должен тебя слушать, тем более что ты друг упыря?

– Я найду твою сестру, а ты мне все объяснишь, какого черта со мной произошло, про аварию, про Полину в ней и почему именно там? Я очнулся в Москве! Мне рассказали совсем другое! Кому верить?

– Илья! – слышу голос и разворачиваюсь на стоянке у ресторана, за мной спешит Света.

Вот почему-то именно сейчас я не хочу с ней разговаривать? Это будто бы возвращает меня в ту сломанную реальность, в которой никакая логика и расследования не помогли мне сопоставить события, чтобы мое чутье было с этим согласно.

– Значит, тебе стоит проверить свои источники, Воронов, – говорит Руслан.

– Тебе я так же не могу верить, в чем разница?

– Придется самому разобраться. Я скажу все, что знаю, но сначала звони упырю и найди мне Полину! – звучит командным тоном. Если бы не ситуация, в жизни бы не позволил с собой так разговаривать.

– Я перезвоню.

Сам разъединяю звонок и жду, пока добежит Света.

– Илья, что происходит? С кем ты говорил? Можешь мне хоть что-то объяснить?

– У меня к тебе масса вопросов, Света, – беру ее за локоть, – пойдем, поговорим. Хотя нет, стой тут! – торможу ее недалеко от машины и вновь достаю телефон. Я же обещал.

Набираю сначала номер Полины, чтобы самому убедиться в правдивости слов Руслана. Нет у меня поводов считать, что он говорит правду. Вчера я вообще о его существовании не знал.

В телефоне звучит стандартный звуковой сигнал о недоступности абонента. Телефон и правда выключен.

Листаю контакты и выбираю Толкунова.

– Ну кому ты опять звонишь? Я вообще недостойна твоего внимания, да? – Света обиженно складывает руки на груди.

– Брату твоему, подожди, – слушаю, как в трубке раздаются точно такие же сигналы. Его телефон тоже недоступен.

И это вообще не повод считать, что все совпало!

Но голова моя болит нещадно, и есть ощущение, что перестанет болеть только тогда, когда я найду Полину, и она ответит мне на мои вопросы.

Я переключаюсь на другой контакт, это второй телефон Толкунова, не рабочий, куда я звонил, а личный, которым он мало пользуется в работе.

 И здесь внезапно раздаются длинные гудки!

– Алло? – спустя долгое время раздается ответ.

– Игорь! – тру одной рукой висок, и хмурюсь, – передай трубку Полине, пожалуйста. Мне нужно срочно выяснить один вопрос.

– Это не может подождать? – его голос чуть раздражен, – она, вообще-то, очень устала.

– Я звонил ей, и телефон не отвечает.

– Он разрядился, дай уже человеку отдохнуть.

– Просто передай трубку, будь любезен! – давлю совсем не дружелюбным тоном.

– Не могу, она душ принимает! Собирается пораньше лечь спать!

– Я подожду! – почти уже рычу. Что он такой упрямый?

Света смотрит на меня исподлобья и со сверкающим гневом взглядом спрашивает одними губами: «Полина, серьезно?»

– Слушай, Воронов, это не вежливо! Дай беременной женщине отдохнуть! Она плохо себя чувствует!

– Дай мне с ней поговорить две минуты и пусть отдыхает сколько хочет!

– Илья, рабочее время закончилось, сейчас она не твоя подчиненная и я тоже! Мы отдыхаем! Все! – и сбрасывает звонок. Я набираю снова, там занято.

Сволочь!

– Илья, какого черта? – разворачивает меня к себе Света, – зачем тебе Волкова? Что ты Игорю названиваешь? Ты скажешь мне хоть слово или нет? – расходится не на шутку. – Я долго еще должна терпеть эти ваши странные отношения? Ты сказал, что между тобой и Волковой все кончено раз и навсегда!

– Так и было, пока я вдруг не узнал, что она тогда была вместе со мной в машине! – почти кричу на нее, – ты сказала, что я был один! Что я попал в аварию здесь, возле Москвы! Где это было на самом деле?

Света отшатывается от меня, обнимает себя руками за плечи.

– Не кричи на меня! – приобретает совершенно несчастный вид, – что за ерунду ты говоришь? Кто тебе такое сказал?

– Мне сказал это брат Полины!

– И ты ему веришь? Почему? Он может врать точно так же, как и сама Волкова! Может, он вообще мошенник, а ты веришь первому встречному, а не мне?

– Света, – предупреждающе поднимаю ладонь.

– Я что для тебя пустое место? Вот такая у тебя благодарность? Да я с первой же минуты, как тебя привезли в больницу, была с тобой! Я бросила все свои дела и примчалась по первому звонку и больше не отходила от тебя! Сколько бессонных ночей! Сколько дней я провела у твоей кровати, поила и кормила тебя, а ты мне вот это… – взмахивает руками, на глазах слезы. – Потому что позвонил какой-то брат?!

Если бы я был железным, на меня это точно не подействовало. Но ведь она права, она действительно была со мной с первого же момента пробуждения!

– Рррр, прости! – меня срывает в разочарование, гнев, смятение, жуткий эмоциональный коктейль с приправой из головной боли. – Просто ответь мне на эти вопросы! Я хочу разобраться! Я должен разобраться! Ты не понимаешь?!

– Это все из-за нее, да? Опять из-за нее! – ее губы вздрагивают и кривятся, будто она сейчас зарыдает. – Когда ты уже поймешь и угомонишься! Она использовала тебя! Она лживая подлая тварь! И Игоря она сейчас использует! Как ты можешь вообще?! – всплескивает руками, потом закрывает лицо ладонями и убегает от меня к машине.

Мне хочется что-нибудь разломать.

Я не понимаю уже что мне делать и куда бежать.

Последняя бесчестная сволочь я или просто больной на голову человек с отшибленной напрочь памятью? А эмоции мне тоже отшибло? Усилило до невообразимых и взрывоопасных масштабов! И оно не выключается!

Я чувствую, что поступаю, как подлец по отношению к Свете, но не могу я себя перебороть. Думаю я только о Полине.

Упрямо и злобно снова набираю Толкунову.

– Воронов! Ты по-человечески не понимаешь? – раздается его голос в телефоне.

– Дай трубку Полине, – пытаюсь говорить очень спокойно, но голос вздрагивает и ломается, – или я сейчас приеду к тебе домой и поговорю с ней лично.

– Иди ты к черту, Илья! Полина моя невеста, и я не позволяю ей с тобой говорить! Она легла спать!

И разъединяет.

Я с рыком сжимаю телефон. Сейчас разобью нахрен!

Но в него звонит Руслан, и я почти уже принимаю вызов, как вижу, что Света оседает возле моей машины, держась за живот. На ее лице гримаса невыносимой боли.

– Света? – бегу к ней, – что с тобой?

– Боже… – стонет она, – как больно… – вцепляется в мою протянутую руку, – ребенок! Что-то с ребенком!