Илья
Краем глаза вижу, как ко мне идет Лана с сумочкой в руках, возвращаюсь на первоначальный маршрут и вызываю лифт.
– Что это? – Лана вопросительно кивает на папку в моих руках.
– Документы от инвесторов, – отвечаю машинально, а взгляд упирается в стену рядом с лифтом.
Мой телефон.
Мой…
– Свет, а где мой телефон? – спрашиваю ее, как только встает рядом.
– А? В каком смысле? Ты разве его не брал? – ее рука ловко скользит по моему бедру, где в кармане брюк лежит мобильный.
– Я не про этот. Про старый, что был у меня с собой, когда я попал в аварию.
Поворачиваюсь к ней и сам не знаю, почему внимательно смотрю на реакцию. Лана чуть отстраняется, улыбка немного гаснет.
– Чего ты про него вдруг вспомнил? Ты же уже купил себе новый, более дорогую модель.
– Просто мысль в голову пришла, он же у меня определенно был. Ты знаешь, куда дели все вещи, что были у меня при себе?
– Твою одежду мне отдали в больнице, но она была все испачкана кровью, я ее выкинула. А телефона не было.
– Не было? Точно?
– Ой, Илья, – она вдруг разворачивается, и, пожав плечами, идет в приехавший лифт. – Пусть это будет просто страница жизни, которую ты уже перевернул. Зачем тебе твой старый разбитый телефон? Наверняка его украли еще на месте аварии. Очевидцы или пожарные, которые вас вырезали.
– Ну да… – киваю своим мыслям, тоже заходя в лифт. Логично. Минуточку. – Нас вырезали? – цепляет меня фраза. – Кого нас? Я разве был не один?
Лана на мгновение теряется, приоткрывает рот.
– Конечно, был один, но в другой машине тоже был водитель. Той, что в тебя въехала. Ты же мне сам рассказывал.
– Я рассказывал? – я не могу вспомнить детали аварии, только кошмарные сны про несущиеся в лоб фары и потом невыносимое желание до кого-то дотянуться. И жуткий страх смерти.
Не своей.
– Илья, давай не будем, – обнимает меня, когда мы доезжаем до первого этажа, – ты сразу побледнел. Мне не нравится, когда ты вот так пытаешься вспомнить аварию, это всегда плохо заканчивается. Твои мигрени – моя новая фобия. Это у меня преждевременные роды случатся от стресса…
– Хорошо, хорошо, я тебя понял! – прерываю эту тему. Никаких преждевременных родов.
Не знаю, почему, но мысли мои опять о Полине и ее родах. А ведь тот ребенок родится первым. Правда ли мой? Или попросить сделать ДНК тест?
От этой мысли меня передергивает, будто это нечто абсолютно омерзительное, думать о тесте для Полины. Я идиот, что верю ей на слово?
Вероятно.
Но что-то у меня с нашего разговора в апартаментах, больше вообще ничего не клеится. Может, я окончательно спятил? Травмы головы не проходят бесследно, и я ходячее тому подтверждение.
Моя машина на vip-стоянке, я шампанское не пил, поэтому сам сажусь за руль. Швыряю папку на заднее сидение. Лана сразу же выбирает ресторан, куда хотела бы пойти отпраздновать, и я теряю нить ее болтовни. Щебечет себе что-то и ладно. Все мои мысли в другом месте.
И с другим человеком.
Я оскорбил ее предложением обустроить жизнь до родов и ребенка? Почему? Хочет порвать со мной и не быть что-то должна?
Полина девушка очень гордая и с характером. Вполне могла и обидеться на такое предложение. Вот Света согласилась бы… наверное.
Кидаю короткий взгляд на нее и теперь думаю про свадьбу.
Но не про мою и Ланы, а про Толкунова и Полину.
Он мне говорил об этом столько раз, что и не счесть. Так какого черта я не могу принять этого факта? Почему изнутри меня распирает жутким необъяснимым отторжением. Ревность? Нежелание видеть свою любовницу в руках другого? Своего ребенка в семье чужого мужчины?
Я НАСТОЛЬКО собственник, что мне даже ее счастье претит?
Ведь она была бы счастлива с ним! Встречалась же!
Любит, наверное!
Любит же?
Толкунова, чтобы его!
– Илья! – дергает меня Света за рукав, – ты чего? Зеленый уже горит, поехали.
Одергиваю себя сам и еду осторожней до самого ресторана. Внутри нам быстро находят свободный столик, и я пытаюсь расслабиться и отвлечься от мыслей о Полине.
Какого черта вообще?!
В мою голову лезут мысли о том, как Игорь делает ей массаж ступней. А потом наливает ванну с ароматной пеной и…
Я вздрагиваю и роняю меню на стол, в моем мозгу будто что-то взрывается непонятно откуда взявшейся картиной, как в теплой пенной воде между моих коленей лежит обнаженная Полина и мы сплетаем наши пальцы…
«Наследи в моем доме, Лина…»
– Ты чего? – моей руки касается Света.
Я моргаю, как после удара по голове, от которого на миг потерял сознание. Смотрю на свою невесту и не могу одного понять.
– А когда я начал называть тебя Лана?
Если до этого момента на ее лице было легкое беспокойство, то сейчас там уже раздражение.
– Илья! Ну сколько можно? Что с тобой опять? Именно сейчас ты решил про это вспомнить? Давно! – в голосе обида, – когда мы съехались еще. Тебе было приятней сокращать мое имя. Это была твоя идея, не моя!
Давлю в себе, лезущие как пена эмоции, втаптываю их поглубже. Нихрена не выходит!
– Ладно, не обижайся, – во мне смешивается досада и… злость. – Закажи нам поесть на свой вкус, я сейчас вернусь.
Может, это и не вежливо, но я бросаю ее одну за столом и удаляюсь в туалетную комнату. Слегка умываюсь ледяной водой и смотрю в зеркало на человека в дорогом костюме и безумным взглядом.
Я тебя не знаю, Илья Воронов. Что-то в твоей голове сломалось безвозвратно, и даже жалкая попытка все восстановить с помощью карты памяти ни к чему не привела.
И какого черта со мной все это происходит?!
Меня все выворачивает и выворачивает наизнанку, оголяя нервные окончания. Что бы я ни делал!
Без объяснения даже самому себе поддаюсь порыву и достаю телефон, чтобы позвонить начальнику охраны. Быстро здороваюсь и свой порыв объясняю ему.
– Петрович, у меня к тебе очень срочное, личное поручение.
– Слушаю, Илья Андреевич?
– Можешь мне прямо сейчас найти телефон брата Полины Волковой? Я уверен, у вас в досье он есть.
– Минутку.
Жду и смотрю на себя в зеркало, определенно с этим отражением что-то не так. Даже лощеный ухоженный вид, который я приобрел после возвращения домой из апартаментов и детокса, не обманет взгляд.
Как был больной на всю голову, так и остался. Ну вот что мне нужно?
Что мне нужно от нее?!
– Илья Андреевич, нашел и отправил вам сообщением. Что-то срочное? Помощь нужна?
– Нет, нет, это все. Спасибо, – сбрасываю звонок и смотрю сообщение, – просто захотел поздравить ее брата. И кое-что спросить, – бормочу уже сам себе.
Руслан Волков. Так подписан контакт.
Я жду несколько длинных гудков, уже даже не думая о том, что за столом сидит Света и переживает о моем исчезновении. У меня все мысли сконцентрированы на одном.
– Да? – звучит довольно грубый, хрипловатый мужской голос.
– Добрый вечер! Руслан Волков? Вас беспокоит Воронов Илья, вы возможно забрали мой телефон с места проис…
– Воронов!? Тебе хватило наглости мне позвонить? – ошарашивает меня. – Что ты еще сотворил с моей сестрой? Где Полина?
– В каком смысле, где Полина? Я так полагаю, что рядом с будущим мужем. Готовятся к свадьбе, – слова складываются сами из имеющихся у меня данных. Это ведь логично. Нет?
– Каким мужем? Какой к черту свадьбе? Я жду ее уже час, она должна был вернуться домой, и мы уезжаем!
– Куда уезжаете?
– Подальше из вашей чертовой Москвы! И от тебя тоже подальше! Только вот она не вернулась и трубку не берет! – рычит на меня, – так где она? Твоих рук дело?