Ну вот как тут без приключений? После памятного посещения острова прошло еще две недели, не заполненных ничем, от слова «вообще». Безделье на корабле уже превратилось в обузу. Дошло даже до того, что я начал мастер-класс по продвинутой магии для Нкечи — Руфи пока был еще слаб, а псу этого не надо, у него своя магия. Которой он неплохо владел, ошиваясь на камбузе и заставляя сурового кока с оспинами на лице расплываться в улыбке и иногда, когда мясо еще не кончилось, припрятывать для животины сахарную косточку. В части этого собакин преуспел, ловко манипулируя доброй половиной экипажа. Эмпат бессовестный, вот что.

Когда впередсмотрящий закричал, что впереди парус, капитан лишь махнул рукой. По мере приближения к ставшими ему родным берегам, он уже не так осторожничал и зачастую пер напролом, демонстрируя флаг. А флаг его — это надо было видеть. Все думают, что там обязательно должен быть череп и скрещенные берцовые кости? Ага, щаз. Привет Голливуду. Ничего подобного не было — кто во что был горазд, и не обязательно на нем был черепок. Не помню, кто-то из пиратов даже овцу на флаге отображал, а каперы ходили принципиально под красным флагом, указывая на принадлежность государству. Американские каперы поднимали красно-белый «матрас», в точности как на будущем американском флаге — может, кстати, оттуда и пошло. Государство-то пиратское, а многие магнаты тоже наживали капитал этим путем, чтобы через пару сотен лет сменить кремневый пистолет и саблю на авторучку и письменный стол. Ну да, собственно, разговор не об этом.

На флаге «Перста» была вышита кошка. Схематичненько, конечно. С рукоделием такого рода народ справлялся плохо. Когда я увидел котэ на флаге, я немножко прифигел, а потом тихо заржал. Том без Джерри на минималках как символ пиратов? Да уж. Вон у нас флаг Легиона так флаг — голова черного орка на фоне скрещенных мечей. Уж ближе к пиратскому. Тем более, он есть в наличии — один из слуг баловался в свободное время, и вышил нам на память флаг. А то какое подразделение без знамени? Непорядок!

Паруса на горизонте росли и, наконец, стало видно нашего преследователя.

— Очередной «летящий», — прокомментировал капитан, отняв окуляр подзорной трубы от глаза. — Эльфарский шлюп.

— Что он делает в этих водах? — спросил я.

— Да таких, как мы гоняет. Здесь неподалеку проходит маршрут, по которому их галеоны вывозят золото и прочие товары в метрополию.

— Что будете делать? Вы, вроде как, собирались вести себя тихо и смирно?

— Только в том случае, если на нас не нападут. Но, похоже, это было делом времени. Что делать, что делать… Если они так упорно нарываются на трепку, мы им ее дадим.

— Точнее, мы, вы хотели сказать?

— Мы все вместе. И желательно не топить посудину, такая и самим пригодится.

— Крови не боитесь? — хмыкнул я.

— Если ее не боитесь вы. Тогда я буду вынужден уходить от столкновения. Но это вряд ли — у «Летящих» крейсерская скорость четырнадцать узлов, не зря их так прозвали.

— Ну и естественно, вы рассчитываете на нашу группу, — утвердительно сказал я.

— Конечно. Но не беспокойтесь, мои абордажники во главе с квартмейстером даже пойдут.

— Что тут происходит? — к нам подбежал запыхавшийся Бенидан, видно дрых у себя в каюте.

— Да вот, господин капитан предлагает нам взять на абордаж вон тот вон корабль, — я махнул рукой в направлении приближающихся парусов. Да нет, уже даже не парусов, дистанция была такая, что корабль был хорошо виден.

— Подставили нас, господин капитан? — прищурился Бенидан. — Создали ту ситуацию, в которой мы должны сражаться за свою и вашу жизнь, а прибыль получите вы?

— Половина всего, в том числе и того, что на шлюпе, ваша. Пойдет такой расклад? — спросил пряча глаза капитан.

— Шестьдесят на сорок. Основную работу будет делать моя группа.

— А управлять кораблем буду я. Так что максимум, половина.

— Ладно. По рукам.

Капитан с Бениданом нехотя пожали друг другу руки. Все-таки это было подставой, что ни говори.

Бенидан открыл световой люк кубрика на палубе.

— Боевая тревога! — рявкнул он. — Все на палубу!

Внизу началась суета и беготня. Легионеры собирались, одевались, хватали оружие.

— А ты что встал? — Бенидан накинулся на меня. — Тебя не касается?

— А у меня все с собой, — я показал ему посох. — А вот Другу надо идти вниз, ему здесь делать нечего.

Неудовольствие. Раздражение.

— В самом деле, — сказал Бенидан. — Тут сейчас будет жарко. Прибьют ненароком…

— В каюту! — приказал я ему. — Нкечи позовешь!

Пес огрызнулся — ему не нравилась идея пропустить все веселье. Но я так глянул на него, что собакин мигом полетел в квартердек.

— Построиться!

Ну надо же. Спичка не спичка, а легионеры все в форме и при оружии уже были на палубе.

— Ставлю задачу. Идем на абордаж вражеского судна. Стрелки — на подавление, первая и вторая дюжины — со мной на штурм, — Бенидан, теребя эфес меча, прошелся перед строем. — Все ясно?

— Так точно! — хором ответили мы.

— Занять позиции!

Тут уже команда работала четко и слаженно. Артиллеристы сняли брезентовые чехлы с баллист и начали готовить их в боевое положение. Легионеры спрятались за высоким фальшбортом и достали луки. Ну а мне пришлось носиться от одной баллисты к другой, потом к стрелкам — кто еще кроме мага зачарует стрелы и копья?

— Где мое место? — Нкечи в кожаных шортах и топике помахивала раздобытым где-то коротким мечом.

— Около меня, — сказал капитан, неодобрительно покосившись на ее откровенный наряд. — Будете поддерживать с мостика, наверняка их боевой маг попытается его атаковать.

— Есть, — Нкечи лихо отсалютовала двумя пальцами и бросила меч обратно в ножны.

— Нкечи, бери на себя защиту, — сказал ей я. — До тех пор, пока я не разберусь с их боевым магом. Два дела сразу я потяну, но…

— Принято, — четко ответила она. — Постараюсь продержаться.

— Вот и хорошо.

— Уже пятьдесят кабельтовых, хорошо идут, черти! — сказал капитан.

— Спустите флаг, капитан, — сказал Бенидан.

— Что??? — чуть не задохнулся от изумления тот. Понятно, спуск флага — признак сдачи. — Или вы хотите обмануть эльфов, попытавшись сделать вид, что сдаетесь.

— Нет, ни в коем случае. Но сейчас командую штурмовой группой я, так что попрошу вас сделать это.

— Спустить флаг! — он кивнул сигнальщику, и флаг с драной кошкой, как я ее про себя окрестил, пошел вниз.

На корабле противника аж завизжали от восторга и загигикали, когда увидели, как полотнище опускалось на палубу. Обычно сдержанные эльфы аж забились в экстазе.

— Ну посмотрим, как им понравится это! — Бенидан прикрепил полотнище к фалу и начал перебирать его, поднимая флаг.

На ветру затрепетало знамя Орочьего Легиона — голова орка со скрещенными мечами.

Ликование на корабле противника сменилось мертвой тишиной. Сейчас, наверное, у эльфов возник когнитивный диссонанс — вроде как Лундия в союзе с Эльфарией, даже подчиненная ей страна, и внезапно корабль поднимает флаг ее военного подразделения. Очень странно.

Ответ не заставил себя ждать — в нашу сторону полетел файрбол.

— Когда это кого-нибудь из ушастых останавливало, — пробормотал я себе под нос.

Посох лишь чуть дрогнул, и шар разлетелся огненными брызгами.

— Спугнете, милорд! — капитан постучал по дереву.

Ну это вряд ли. Дистанция уже двадцать кабельтовых. Видно, как на корабле выстроилась линия эльфийских стрелков под командованием какого-то их офицера. Баллисты на баке и шканцах развернуты в нашу сторону и возле них копошатся артиллеристы. Но меня интересовало другое — где же их маг? Выбью мага — все, считай, бой выигран. Тогда уже в дело пойдет другая магия, которая ушастым явно не понравится, и которой даже боевых магов обычно не обучают. А, была не была! Сейчас и выясним, насколько хорош их судовой маг. Получите Облако Смерти себе в борт, посмотрим, как их маг суетиться будет.

Я стал собирать маленькое черное облако, накачивая его всеми черными эманациями. Ну а в синем море, белой пене такое творится, что этого там достаточно.

Используя посох как катапульту, я послал облачко вперед, наблюдая, как оно растет в объеме и приобретает очертание подушки — не знаю, почему-то мне пришла в голову именно эта ассоциация. На эльфарском корабле раздался вопль ужаса — они хорошо знали, что такое черная магия. Ага, вот и их маг, стоит на мостике возле капитана, и пытается что-то сотворить, вон как в магическом зрении светится его фигура и плетения, ведущие от него в море. Я прицелился, и стряхнул с конца посоха молнию, на которую мой магический девайс был горазд, точнее, даже предпочитал. Что поделать, изначально энергетический механизм, у него своя коронка.

Маг эльфаров был хорош — он почти смог развеять Облако Смерти, пока оно не дошло до корабля. И даже поставить вокруг себя Малый Кокон, чтобы хоть как-то защититься от угрозы. Но вот чего он не ожидал, что ему прилетит в грудь молния такой напряженности. На миг разлетелись брызги остатков плетений, потом жахнула молния, и вся магическая активность исчезла, кое-где тлея угольками персональных амулетов. Значит, надо повторить. Я собрал Облако Смерти побольше, и послал его в теперь уже беззащитный корабль.

— Теперь запасаемся попкорном и ждем, — прокомментировал я панику на корабле эльфаров.

— Что такое попкорн? — спросил капитан.

Тьфу, черт. Опять прокололся. Немудрено и обговориться.

— Жареная кукуруза. Не пробовали? В амфитеатрах продается перед представлениями, — быстро сочинил я на ходу.

— Я не любитель театров, господин маг, — покачал головой он. — Даже ни в одном и не был.

Вот здесь я с ним солидарен. Сколько не был в этих храмах искусства и прочих культурно-массовых мероприятий, меня интересовало там одно — буфет. Да-да, делайте «фи», кутаясь в белое пальто. Лицедейства мне и в реальной жизни хватило.

— Ну тогда вам больше понравиться пожар в борделе, что и мы и наблюдаем на их корабле, — сказал я, наблюдая, как эльфы, забыв о своем высоком происхождении и расовом превосходстве сигают рыбкой с борта, лишь бы уйти от стремительно приближающейся смерти, нацеленной в район шкафута. Хотя, судя по измененным мной на ходу параметрам облака, оно накроет шлюп целиком, от киля до клотика и от носа до кормы.

— Вот эту картину я могу себе представить. Как бегают голые щлюхи, замотанные в простыни клиенты, мечущаяся по борделю мадам и все это горит. Очень похоже, — ухмыльнулся капитан.

— У вас очень богатое воображение, — похвалил его я. — Вам бы книжки писать.

— А кто сказал, что я их не писал? — огорошил меня капитан. — Правда, богословские. Но это совсем другая история.

Ну, блин, дает. Хотя, чему тут удивляться — в ловцы удачи идут почти те же люди, что и в Легион. У каждого своя история, и не факт, что со счастливым концом.

— Если вы такой сильный маг, почему вы раньше этого не использовали? Например, при той встрече с эльфарской караккой? — продолжил капитан.

— За каждое такое заклинание маг расплачивается частью своей души, — тихо сказала Нкечи. — Потому, наверное, и не использовал.

— Ну за мою душу не беспокойтесь, — сказал я немного резко. — Я с ней сам разберусь.

Не использовал, потому что не было крайней необходимости. Да и я не уверен, что я настолько сильный маг без всех своих наворотов Паладина и посоха Ярсгара. Сейчас — да, силы во мне предостаточно.

— А теперь, капитан, вас ждет увлекательное занятие — добить уцелевших в воде и обыскать корабль, — настроение у меня испортилось. — Это тоже не способствует хорошей карме.

Я развернулся и пошел в кубрик. Справятся пока и без меня. А как подготовительные операции закончат — позовут. Уж что-что, а обыск я не пропущу. Там явно найдется что-то интересное.

Я пробирался по палубе эльфийского шлюпа, то и дело спотыкаясь о лут, вытащенный из всех углов и запасников востроглазыми матросами «Перста». Бенидан, как заправский колхозный счетовод, вел учет всех этих канатов, шкотов, якорей, абордажных сабель и прочего удобо– и неудобоваримого имущества. Единственное, он отказался делить весла шлюпок, измазанные в крови и мозгах эльфов — матросы капитана Фоли были не толерантные, и перетопили немногочисленных уцелевших членов экипажа с ловкостью и сноровкой. Зато псу было раздолье — он носился по палубе шлюпа и нюхал все, до чего мог добраться его нос, клацая впечатляющими зубами на тех, кто пытался его отогнать.

Но это было не самым главным. Мы с Нкечи, как представителем «Перста» делили пожитки, оставшиеся от мага. Щедрой рукой я отсыпал ей почти все, добытое с тела и найденное в каюте чародея — для меня эти трэш-фетиши не представляли особого интереса. Все равно они были слишком примитивны с моей точки зрения. Взял я себе с молчаливого согласия Нкечи только набор артефактора и запас камней для амулетов, вот эта штука была мне полезна, по любому. Туда ведь входили не только инструменты для работы с камнями, это была просто миниювелирная мастерская с впечатляющим набором приспособ. В случае чего, если вдруг когда-нибудь я вздумаю работать с металлом, этот набор окажется весьма кстати. А Нкечи подобное рукоделие было чуждо, да и род ее магии был совершенно другой.

А самая вкуснятина ждала нас в каюте капитана. Где же еще прятать самое ценное и дорогое, как не под замком? И не только в металлическом ящике с судовой казной, оплетенном сторожевыми и защитными заклинаниями. Хотя первым делом мы — комиссия по сдаче-приему ценностей в составе капитан, Бенидана, и меня — открыли именно его. Конечно, мышь внутри ящика не повесилась, но и особого богатства в нем не было — корабль-то был патрульный, это не галеон с золотом из колоний. Только золото на жалованье экипажу и немного сверху. У Фоли аж глаза загорелись при блеске рыжья, я же посмотрел на это довольно равнодушно. Пускай Бенидан забирает половину и потом делит среди наших, это упрочит его позиции как командира.

— И это все? — спросил капитан с жадными нотками в голосе.

— Нет, — вздохнул я. Ладно, по чесноку — так по чесноку.

Я внимательно осмотрел магическим зрением каюту капитана. Ага, вот и первый тайник, в половице. Сделан так хорошо и тщательно, что можно топтаться на полу хоть целый день и не заметить. Ничего не скрипнет, нигде не прогнется.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался капитан, доставая кинжал чтобы поддеть половицу.

— Спрячьте эту пыркалку, капитан. Иначе вам сейчас влетит в лицо очередная эльфийская дрянь из ловушки.

— А что это такое?

— Есть такая фиговинка типа миниатюрной баллисты, — я магическим зрением посмотрел на эльфийский сюрприз.

Очень уж эта штука напоминала стандартные химловушки моего мира. Только вот начинка явно другая, не родамин или ирритант. Что-то более убойное, светящееся неярким темно-красным цветом. Наверное, очередная какая-то эльфийская пыльца, от которой можно копыта откинуть.

— А спусковой механизм здесь, — я оборвал тонкую леску. — Все, теперь можно.

Вероятно, тут находилась персональная нычка капитана. Пошарив внутри, я извлек тяжелый мешочек с приятно пересыпающимися внутри твердыми предметами. Развязав его, я посмотрел на тусклый блеск золотого песка и мелких самородков.

— Пойдет, — одобрил капитан. — Что-то еще есть?

— Есть, — я вынул маленькую золотую статуэтку неведомого божка с резным основанием. И что-то оно мне напомнило…

— Ладно. Поделим по справедливости. Песок вам, а статуэтка нам.

— Зачем она вам? — подозрительно спросил капитан.

— Люблю дикарское искусство, — я покрутил статуэтку. — Нравится она мне.

— Забирайте, — махнул рукой капитан, поглядев на более объемистый мешочек золота. — Согласен.

Бенидан бросил на меня уничижительный взгляд. Ничего, перетопчется. Или, если будет так переживать, из моей доли возьмет. Есть у меня чуйка, что она пригодится…