— Боря, — тихо, но серьёзно говорит Рыжая Кошкину.

Тот кристально честными глазами смотрит на свою невесту.

— При-мер-ка… — Рыжая почти беззвучно проговаривает Кошкину.

Борис Васильевич почти улыбается.

— Ну вот видишь — никаких срочных дел нет. Успеем выписать тебе свободное посещение, — слегка кивает. Смотрит на свою невесту. — Кло, Эльвиру возьми. Она будет рада.

— А я⁈ — картинно закатывает глаза Рыжая. — Она же мне все уши прожужжит: вот так нельзя, вот так не строят платья, и вот так создавать нельзя, и вот это порядочные женщины не одевают…

— Замечательно, — спокойно произносит Кошкин. — Запомнишь все её примечания — и обязательно все нарушишь. Будешь самым модным человеком. Лучше неё никто не разбирается в современной моде. Ну и что, что с отрицательным знаком? Зато по ней можно направления сверять: то, что ей точно не нравится — войдёт в моду в следующем сезоне.

Рыжая усмехается.

— Вообще-то ты прав, — Задумывается. Улыбается и делает барственный, отпускающий жест. — Идите, мальчики.

Девушка улыбается с предвкушением — похоже, идея использовать идеальное чувство стиля Эльвиры Леопольдовны с обратным знаком Рыжей очень нравится.

— Но чтоб на следующем обязательно был, — добавляет она.

— Буду, — снова почти улыбается Кошкин.

Все вместе выходим из кафетерия. Рыжая убегает с ожиданием во взгляде, а мы с Кошкиным идём в центральный корпус в канцелярию. И неожиданно попадаем на проверку. По крайней мере, когда подходим к центральному корпусу, я чувствую целую группу из пяти человек, которых никогда раньше в Академии не видел. Да и вообще никогда не видел.

Поднимаемся на этаж. Останавливаемся у входа.

В канцелярии суета, которую здесь не видели годами. Представитель Шестой Экспедиции в чёрном и четыре крайне скучных на вид дядьки, затянутых в форменные мундиры, являются тут, можно сказать, оком циклона.

Заведующая канцелярией, её заместители и секретари все бегают как наскипидаренные. И похоже, эту проверку инициировал как раз я — вчерашним своим похищением.

Кошкин прав: если бы только Прозоровская — не было бы такого дела. Но они забрали из Академии ученика, и это повлекло последствия. И сейчас администрация начинает получать их в полной мере.

— Ну вот, еще и поэтому мне, пожалуй, стоит из Академии на несколько дней исчезнуть, — тихо заявляю Кошкину.

Тот с интересом смотрит на разворачивающиеся события.

— Но ведь это не основная причина.

— Нет. За мной Повелители Стихий начали охоту.

— Да ты что? — внезапно становится серьёзным учитель. — В каком смысле — Повелители?

— Так получилось. — Слегка морщусь. — Рядом со мной они неожиданно начинают развоплощаться. Я не имею к этому прямого отношения, ну… почти всегда. Они сами об меня убиваются или просто рядом со мной оказываются, — пожимаю плечами. — Я специально их не ищу, но они почему-то решили, что я являюсь точкой напряжения, и хотят меня убрать.

— Так, Макс, это очень серьёзно.

— Да нет, Борис Васильевич, не очень серьёзно. Именно Повелителей стихий я не боюсь. Скажем так — в моём лице у них очень неудобный противник. Чтобы меня уничтожить, нужно уничтожать буквально кварталы городов, но они пока этого не поняли. И прибегать к такому методу обучения мне что-то не очень хочется. Матвей обещался попробовать договориться с ними. Поэтому я хочу до четверга исчезнуть.

— А что у нас в четверг?

— В четверг я с Прозоровской иду к Румянцеву на приём. — продолжаю.

— К этому фанатику науки! — смеётся учитель. — Точно к нему? Тогда передавай ему от меня привет.

— А он вас вспомнит? — удивляюсь.

Кошкин слегка усмехается — и настроение его немного улучшается. От серьёзности мало что остаётся, зато появляются ностальгические нотки.

— Он меня точно вспомнит.

— А вы не хотите со мной? — предлагаю.

— Зачем? — удивляется учитель. — Чтобы нас всех выгнали? Нет-нет, иди без меня.

— Хорошо. Передам тогда привет. — киваю.

— Макс, — серьёзно добавляет он, — я на самом деле не знаю, чем тебе помочь. С Повелителями Стихий у меня нет прямых контактов. — Задумывается. — Это как бы отдельная каста в мире магов. Хотя, я подумаю…

— Я уже понял, Борис Васильевич, не берите в голову. Эту проблему мы действительно решим — так или иначе. Но мне сейчас действительно нужно исчезнуть на несколько дней.

— Ладно. — кивает маг.

Подходим к освободившейся главе канцелярии. Та бросает на меня один короткий взгляд и тщательно давит в себе пусть не злость, но раздражение. Это я прекрасно вижу и даже понимаю.

Разрешение на свободное посещение выписывается мне со скоростью звука. От чего Борис Васильевич мгновенно меняет настроение на более нейтрально легкое.

— Я думал, будет чуть сложнее. Даже мои знакомства здесь сыграли бы второстепенную роль. Пришлось бы к Гене идти, а это лишняя потеря времени.

— Так у вас целый вечер освободился, — усмехаюсь, намекая на Рыжую.

— Ничего, я найду чем его занять, — отмахивается Кошкин. Останавливается. — Максим, любая помощь — даже вне пределов разумного. Я не смогу договориться с Повелителями. Вообще-то это мог бы сделать император. Да, да, я помню, что ты говорил. Но я подумал, и кажется могу пошевелить ситуацию так, чтобы через какое-то время ему пришлось бы обратить внимание на происходящее. Всё-таки его личная охрана из таковых магов относительно доступна. В общем, я займусь этим. Но кажется исчезнуть тебе на несколько дней стало хорошей идеей.

— Да, мне тоже так показалось, — соглашаюсь.

— Всё, давай. Будь аккуратнее и не ввязывайся в большие проблемы.

— В небольшие, значит, можно? — усмехаюсь.

— Небольшие проблемы — это, похоже, желаемый фон твоей жизни, — чуть улыбается Кошкин.

— Что поделаешь, — картинно вздыхаю.

— Ладно, исчезай уже, — говорит Кошкин и машет рукой.

Прикидываю, что вокруг сейчас никто на меня не смотрит, и действительно активирую невидимость.

— Или так, — Кошкин кивает себе и уходит в сторону парка.

Покидаю территорию Академии.

По пути браслет ученика забрасываю к себе на Арену. Всё-таки следилка там точно есть — о чём я и догадывался, и почти прямым текстом поведал Повелитель Воздуха. А если у них есть кто-то, дающий доступ к системе безопасности Академии — лучше им мои перемещения вообще не видеть.

Печать Академии тоже немного деактивирую. Она всё так же рабочая, но никаких сигналов вовне сейчас послать не может — просто потому что я прерываю её нормальное функционирование, следя за тем, чтобы она работала как обычно, без всплесков.

Надеюсь, что по ней хотя бы далеко не отслеживают. По крайней мере, у лицея был определённый диаметр, после которого печать уже было не найти. Так что идея с путешествием в Сибирь довольно неплоха.

— Клим, — вызываю, идя пешком до дома и стараясь по пути решить несколько важных вопросов.

— Да, Максим, — неожиданно быстро отвечает капитан дирижабля. — Очень рад тебя слышать.

— Это хорошо, что рад, — соглашаюсь со своим капитаном. — У тебя текущий контракт когда заканчивается?

— Смотря зачем, — тут же отвечает Клим. — Если срочно нужно — хоть сейчас. Если есть время, я бы закончил — чтобы принести деньги Роду. Время у меня есть?

— Смотря когда тебе нужно закончить контракт, — говорю.

— Мы сейчас перегоняем по запросу армейской разведки людей и пока можем вернуться…

— Мне не важно куда, не хочу знать… — тут же прерываю его. — Через сколько вы будете свободны?

— Хорошо, Максим. — Короткая пауза — Клим что-то сверяет со своими данными. — Да, через три часа, не позже.

— Хорошо. Как скоро сможете быть в Тюмени?

— В Тюмени? — удивлённо переспрашивает Клим. Задумывается. — Смотри: если мы от наших пустынь через горы, да потом через ненаселённые места полетим — где-то, наверное, в течение полусуток там будем. Нужно срочно?

— Нет, половина суток меня устроит. — соглашаюсь. — Это в режиме маскировки, я так понимаю?

— Да, конечно. Мы без него теперь никуда, — усмехается Клим.

— В общем-то да, контракты от военных предусматривают именно такие условности… — задумываюсь. — Так, двенадцать часов — даже больше — у тебя вполне есть. Прилетаешь в Тюмень, встаёшь на рейд. Я заканчиваю свои дела — и мы летим оттуда в Тобольск.

— В Тобольск? — тянет Клим. — Хорошо, обязательно долетим.

— Ну вот и славно. А в чем вопрос? Там же недалеко, — говорю.

— Недалеко, — соглашается Клим. — На самом деле нет никаких проблем. Там просто зона не рекомендуемая для полётов, — уточняет он, — но она именно «не рекомендуемая», а не запрещённая. Так что ничего страшного. Смотровую партию примем у себя на дирижабле, не вижу большой опасности.

— Хорошо. Тогда до встречи.

— До встречи, Максим.

Одну проблему решил.

— Оль, — вызываю Прозоровскую. — Пара минут есть?

— Да, Максим, для тебя я всегда свободна, — отвечает девушка. — Но если что-то не срочное — лучше попозже.

— Две минуты — а попозже будет чуть сложнее, — настаиваю.

— Так, что-то серьёзное?

— Нет, ничего серьёзного. Я исчезаю до середины четверга — и в четверг мы идём с тобой к Румянцеву. Ты помнишь?

— Помню, — тревожится. — Точно ничего серьёзного?

— Ничего, не переживай. Мне действительно нужно исчезнуть по своим делам — и довольно далеко. Но к Румянцеву я однозначно успею.

— Хорошо. Буду ждать.

Девушка немного беспокоится и, кажется, хочет что-то ещё сказать, но в моменте не находится со словами. Отключаю вызов сам.

Так, все более или менее предупреждены.

Прохожу стоянку Академии, прохожу мостик над речкой. Выхожу к гостинице, которую посещал этим утром.

Около гостиницы стоит городовой. Сама гостиница не работает — в окнах нет света, словно вымерла. Но я вижу, что в комнате, где исчез Повелитель Стихии, сейчас очень тщательно и скрупулёзно трудятся как минимум два мага. Только вот после вмешательства Святовита найти там хоть какие-то следы будет совсем нетривиальной задачей.

Слегка усмехаюсь, но снимать «скрыт» и «невидимость» здесь точно не буду. Быстро прохожу этот квартал и в следующем уже сбрасываю ненужное пока усиление. Тут же ловлю извозчика и за пять минут доезжаю почти до дома.

Паранойя моя не спит, поэтому останавливаюсь за квартал. И, отпуская извозчика, снова включаю и «скрыт», и «невидимость».

Как оказывается — не зря. За домом наблюдают, причём сразу две группы, совершенно друг с другом не связанные — поскольку, когда один из наблюдающих попадает в поле зрения другого, оба испытывают некоторую профессиональную злость. Похоже, конкурирующие организации.

Выяснять кто это и зачем снова следят за моим домом вообще не собираюсь. Не до них. Я даже не собираюсь обозначать своё присутствие внутри.

Открывающаяся в пустоту дверь всё-таки на какие-то мысли может навести даже этих неприятных людей. Причём «скрыт» здесь не факт что поможет — слишком много вторичного внимания. Так что подхожу к территории поместья со стороны сада и спокойно телекинезом переношу себя на свой участок.

Защита ожидаемо реагирует — её ставил, по всей видимости, сам Игорр. И на кольцо наследника она реагирует довольно чётко, несмотря на все ухищрения. Защита поместья на секунду вспыхивает и тут же успокаивается, опознав кольцо.

— Неожиданно тебя увидеть в таком качестве, Максим, — рядом появляется старикан. — Странный ты выбрал способ появиться у себя дома.

— За домом следят, — отвечаю. — Причём две организации. Мне совершенно не нужно, чтобы они знали, что я здесь. Все мои маги находятся слишком далеко, и атаку наше поместье долго не выдержит. Так что готовь комнату перемещения. — обращаюсь к Духу дома. — И расскажи мне, что мне искать в Тобольске — чтобы можно было активировать прямой доступ туда.