Пить кофе одной в чужом загородном доме с кучей хрусталя было очень странно.
Сергей уснул и решил не отказывать себе в долгом и крепком сне. Я же не сомкнула больше глаз. Третья кружка растворимого кофе скрашивала мое одиночество и дарила немного стабильности в мыслях...
Я хотела было придумать себе занятие — вымыть посуду, но Устинов сделал все за меня.
Идиот! Взял и лег со мной в одной кровати. Мог бы тут на диване расположиться. Что ему нужно от меня? Я ни на секунду не поверила, что он беспокоился обо мне.
Сверху послышались шаги.
— Уже кофе пьешь?
— Угу!
Сергей спустился свежим, волосы еще были влажные после душа, и небритым. Как быстро у него растет щетина.
— А для меня найдется? — прервал он мои мысли.
— Сам справишься … — ответила я и отвернулась.
Сергей тяжело вздохнул.
— Вот она — женская благодарность... Я ее, так сказать, от смерти спас, а она — даже кофе не подаст...
— И стакан воды тоже... — оскалилась я, пересаживаясь на другую сторону стола, так, чтобы сидеть к нему спиной, а к окну лицом.
За спиной послышалось бурчание.
— Хоть в одежде — и то лучше...
Это была провокация. Зачем он постоянно подкалывает меня?
— Завтрак есть? — крикнул он из кухни.
— В холодильнике... — прокричала я в ответ.
— А ты будешь?
— Нет...
Устинов не унимался.
— Я яйца пожарю... На тебя жарить?
— Нет же сказала … Я не буду завтракать.
На кухне все затарахтело, потом пошел слабый запах жареного.
Я смотрела в окно и понимала, что чтобы выехать на необходимо расчистить от снега весь двор вместе с машиной, а потом... Мысли похолодели … Хоть бы в этом поселке дороги числили... А то мы же не проедем... И я останусь с Устиновым тут? Еще на день? Нет! Мне нужно в город. Срочно!
Устинов вернулся с двумя тарелками. Поставил одну передо мной.
— Принеси, пожалуйста, мне кофе, я его там уже сварил, и хлеб захвати.
Я уставилась на него, потом на красивую, даже элегантную, глазунью из двух яиц с листиком салата и молча выполнила указание.
Поставила перед ним кофе и хлеб.
— Ты видел как за ночь замело?
— Да! Сейчас поедим и будет снег убирать.
— А как ты думаешь дорогие здесь чистят?
Устинов призадумался.
— Надеюсь, а то можем застрять. Твоя машина не потянет сугробы … — и принялся за еду.
Я намазала хлеб маслом и положила сверху сыр.
Что-то было в том, что мы вот так спали и ели, словно мы близкие друзья или пара, хотя еще не прошло и двадцати четырех часов нашего знакомства.
Зазвонил телефон. Я даже подпрыгнула от неожиданности.
— Да, товарищ подполковник... Да... Хорошо... Буду … Выздоравливайте...
Я перестал жевать и уставилась в ожидании на Сергея, но он ничего не сказал и продолжил резать желток на тарелке.
— Что он хотел? — не выдержала я молчания.
— Ты не спросишь как он? — укоризненно ответил Устинов.
— Как он? И что он хотел? — вмиг поправилась я.
— Чтобы я вечером заехал к нему.
— А он спросил обо мне?
— Нет!
— А он знает, что мы тут вдвоем … и ночевали...
— Нет! — так же хладнокровно ответил Устинов.
Теперь мой телефон ожил, в венах тут же застыла кровь и я уставилась на Сергея.
— Где я? — шепотом просила я у него помощи и подсказки.
— Дома, — шепотом ответил Сергей.
Я кивнула. Точно! Надо врать!
— Привет! Доброе утро! — ласково и нежно сразу включилась я в разговор. — Я — дома! Да. Скоро на работу... Заехать? Постараюсь. А как же жена? Уехала … Тебе что-то привезти? Хорошо. Обняла. Поцеловала! Сильно! Очень!
Я положила трубку и выдохнула. С моего лица тут же исчезла нежность и ласка. Пришла злость на себя...
Я подняла глаза на Сергея.
— Вот мы влипли. Он же никогда не поверит, что мы тут провели ночь и ничего между нами не было...
Сергей кивнул. И ничего не ответил, продолжая есть...
Ах, ты... И тут до меня дошло... Это он все специально задумал...
Я застыла от ужаса — меня развели, как дурочку... Но зачем ему это надо было? И кто это все затеял?