Так вот рассказ старожила, слушай – не проворонь,

Лютый дубак, мы жуем табак

И сплевываем в огонь.

Обветрены наши рыла, кипит на костре котел,

Вот вам рассказ старожила,

Не для воскресных школ.

Однажды, брат, у райских врат с утра стучится кто-то,

И Петр вскричал: «Что за нахал там ломится в ворота?»

«Я старожил, сюда спешил без отдыха и снеди,

Хочу скорей сыскать друзей и некоторых леди».

А Петр ему: «Ты по всему такой достоин чести:

Вот в ад билет – коль там их нет, тогда поищем вместе».

Махнул рукой, и наш герой немедля в ад свалился;

Туда-сюда, но ни следа не сыщет, как ни бился.

Жара и смрад, попер назад, как загнанная кляча,

Ворот достиг в какой-то миг, а там уж Петр маячил.

«Увы, к стыду, найти в аду дружков я был не в силах,

Наверно, тут у них приют, на ангельских стропилах».

«Что ж, я не прочь тебе помочь, Петрово твердо слово:

Ты их найдешь среди святош и царствия благого;

Они брады несут, горды, не валко и не шатко,

Но ты утешь меня допрежь и разгадай загадку.

Вон у ворот толпится сброд, не принятый в обитель,

И бродит там старик Адам, ваш первый прародитель.

Сей муж блажной порвал с женой, дабы не ведать срама…

Открою дверь, едва, поверь, отыщешь ты Адама.»

И старожил побрел, уныл, вдоль старческого строя,

А стервецы, как близнецы – единого покроя.

Но все же он со всех сторон их оглядел упрямо,

Увы, никак не мог, бедняк, найти меж них Адама.

Беда, но тут воскликнул плут восторженно: «Идея!»

И сей же час – в который раз на поиски трофея.

Сказал Петру: «Я не совру, набегавшись до пота,

Что, ваша честь, мой – номер шесть. Распахивай ворота!»

«Ты погляди… Ну что ж, входи», – ответил Петр сердито —

«Как ты сумел двенадцать тел просеять через сито?»

«Я, как дурак, и так, и сяк смотрел на эти рожи,

А после – бум! – пришло на ум взглянуть, куда негоже.

Я – старожил, видал ловчил, так просто не наколешь:

Стоит толпа, но нет пупа из всех у одного лишь».