Дорога коня моего над землёю взлетела,
И ворон зловеще кричит за спиною моей.
Лети, мой Мерани, лети! Нет полёту предела!
Сомненья мои и печали по ветру развей!
Простор рассеки! Пронесись над скалой и потоком!
Вперёд, мой Мерани! Дни странствий моих сократи.
От ливня и зноя не прячься в ущелье глубоком,
Усталость мою не жалей и, как буря, лети!
Пусть близких покину и голос любимой забуду,
Пускай не увижу друзей и родного жилья,
Где встречу рассвет – там страна моя будет повсюду,
И тайну души только звёздам поведаю я.
Стон сердца тоскливый, как знак, что любовь не истлела,
Отдам я порыву коня и волненью морей.
Лети, мой Мерани, лети! Нет полёту предела!
Сомненья мои и печали по ветру развей!
Пускай не схоронят меня на погосте родимом,
И пусть не прольёт моя милая слёз надо мной,
Мне выроет ворон могилу в краю нелюдимом,
И вихрь мои кости с рыданьем засыплет землёй.
Падёт вместо слёз на могилу роса голубая,
И только орлы будут в небе над прахом скорбеть.
Взмывай же, Мерани, за грани судьбы улетая!
Кто был непокорен – не станет покорным и впредь!
Пусть грозы омоют моё неподвижное тело,
Враг доли своей – не устану бороться я с ней.
Лети, мой Мерани, лети! Нет полёту предела!
Сомненья мои и печали по ветру развей!
Бесплодным не будет стремление сердца больного.
И, может быть, чей-то отважный скакун за тобой
Помчит, мой Мерани, по нашей дороге другого
В последнюю битву, в сражение с чёрной судьбой!
Дорога коня моего над землёю взлетела,
И ворон зловеще кричит за спиною моей.
Лети, мой Мерани, лети! Нет полёту предела!
Сомненья мои и печали по ветру развей!
Я пошёл к реке развеять рой печальных дум,
Лечь на землю и услышать струй знакомых шум,
Окропить траву слезами влажных глаз моих,
И увидеть, как погаснет день, тосклив и тих.
Медленно Кура струится, и теченье вод
Цвет лазурный отражает – синий небосвод.
Слышу гул речной, и к небу устремляю взор,
Где закат горит далёкий над грядою гор.
Для тебя, Кура седая, этот мир не нов.
Всё ты видела и помнишь, но не зная слов,
Лишь журчишь речную песню, и она проста.
Не о том ли в ней поётся, что вся жизнь пуста?
Где желаний наших мера, где у меры дно?
И наполнить эту меру нам ли суждено?
Есть ли хоть один на свете, кто сказать бы мог,
Что души его желанья все исполнил Бог?
Властелины в ореоле доблестных побед,
Те, кто мнит, что им, могучим, в мире равных нет,
Ждут войны, как наслажденья: «Если тесно нам,
Землю нашего соседа приберём к рукам!»
Словно вечны и не знают, поднимая меч,
Что назавтра в ту же землю им придётся лечь.
И властитель благородный – разве счастлив он,
Если мыслью о величье бренном удручён?
Если гложет днём и ночью его сердце страх,
Что потомками он будет позабыт в веках?
Но когда однажды время прекратит свой бег,
Разве царские деянья вспомнит человек?
И поскольку все мы вместе – люди, не к лицу
Продолжать нам путь неверный вопреки Творцу.
И подобно не взошедшим в поле семенам,
Не подходит в этом мире быть, как мёртвым, нам!