Когда армии сражаются, бывает, что одна или обе стороны обращаются в бегство, однако если это делается не из-за предательства, а из страха, то это считается не беззаконием, а позором.

Однажды в Страсбурге я встретил человека, который во время приготовления пастушеского пирога с бараниной на моих глазах отправил в казан половину драхмы майорана вместо указанного в рецепте орегано. На мое требование объясниться он смущенно пояснил, что как-то раз у него не было орегано, однако, вычитав где-то, что майоран ничуть не уступает ему ароматом, он решился на такую замену. Результат настолько его удовлетворил, что он продолжает делать это даже спустя много лет, с легкой душой используя майоран везде, где значится орегано.

Охваченный негодованием, я немедленно покинул его дом и еще долго размышлял о том, как жалко в наше время должен выглядеть лжец, солгавший не единожды, случайно, по воле обстоятельств, как это иногда бывает даже с добропорядочными христианами, но намеренно лгущий себе годами, целенаправленно опутывающий себя паутиной губительной лжи…