Сохнет ландыш в бамбуковой вазе.

Зомбоящик несёт свою дичь.

И проносятся духами грязи

изумрудная с тёмно-корич —

невой мухи над палкой салями,

над раздавленным в блюдце бычком.

И на шляпе с кривыми полями

все соломины встали торчком —

сам не знаешь, от ужаса что ли…

Спросишь шёпотом: «Есть кто живой?»

И увидишь, как пыльные шторы

раздвигаются сами собой…

Вот и всё, незадачливый Ватсон,

ты попался – закройся Сим-сим! —

и с какой-то субстанцией вязкой

из последних сражаешься сил.

Направляет слепящее дуло

в створ окна разрушительный свет.

И, поднявшись с плетёного стула,

усмехается мёртвый сосед.