Обогнав на корпус главного конкурента,

Дик закладывает вираж и, вписавшись в тридцатый век,

пролетает над изумрудной дорожной лентой,

над мобильной лентой, вплывающей в фейерверк

голубых огней, смешанных с золотыми…

Дик сжигает время, движется всё быстрей,

и ему навстречу мчатся сады, пустыни,

киноварь и охра, острые спицы стелл.

Тридцать пятый, сорок второй… Но пора, наверно,

закругляться, то есть резко замкнуть кольцо.

Поднимаясь в темя и надувая вены,

кровяные змеи жалят его в лицо.

И оно горит. И под Диком – одни руины.

И в спортивных барах бесятся игроки…

Он ещё успеет увидеть колонны Рима,

Карфаген и Спарту,

в алые угольки

превращаясь.

То ли перемудрил с орбитой,

то ли въехал в область хронопластичных зон…

И машина Дика мощным метеоритом

с залихватским свистом падает в мезозой.