Плавал Ваня на печи по реке

за кощеевой волшебной иглой.

Видел Ваня паровоз в тупике —

к лесу передом, к платформе углом.

Видел фермы овцеводческие

и колхозы хоть шаром покати.

Видел череп на зацветшем копье,

а под черепом – катал и кутил.

Так у Вани тяжело на душе,

что душа его вся в пятки ушла.

Станет плакаться в жилетки ершей —

набирают в рот воды кореша.

Скачет Ваня на железном горшке,

запрягает волновой паровоз.

Облетает у него на башке

вялый кустик побелевших волос.

И не парень он уже, а старик —

прячет скуку за усмешкой кривой.

Даже если на ногах не стоит,

ты на кончике иглы у него.