Они сидят на этом берегу

(на том они сидели накануне).

Разогревают кроличье рагу,

глотают разноцветные пилюли,

обмениваясь шутками, хотя

они не в силах плакать и смеяться.

А то, бывает, бабочек коптят;

они коптят, а бабочки плодятся.

Один из них напоминает куб

с букетиками щупалец на гранях,

другой – жука галактики Ку-ку,

работавшего в местном ресторане

до нынешней волны метаморфоз.

А третий вроде ящера, чьё пузо

украсили семь огненных полос;

не пузо, а эмблема профсоюза

пожарников, уволенных давно —

всё, что могли, они уже спалили,

и вот лежат в истоме неземной

среди отбросов, под кислотным ливнем,

перетекая мыслью во вчера —

у них вообще семь пятниц на неделе…

Как хороши на Марсе вечера!

Всё красное, как будто ты в борделе.