Шёл Иуда по лунному парку,

ликом тёмен, но душами светел.

И его полинявшую майку

пузырил налетающий ветер.

Люди, камни, о чём вы молчите?

Звери, травы, не ждите ответа…

Три души у Иуды, Учитель,

и одна из них точно бессмертна.

Страшен город, похожий на чудо,

луна-парк-лупанарий. Однажды

ты войдёшь в его воду, Иуда,

и умрёшь от мучительной жажды.

Станет небо пронзительно-синим.

Год две тысячи двадцать какой-то.

Где бы веру твою ни носило,

смерть с компьютерной смотрит иконки…

Ты проснёшься, чтоб больше не сниться;

задымится последнее солнце,

и Енох на своей колеснице

над Масличной горой пронесётся.