— Подожди. Остановись. — сказал я Сюин. — Давай вытащим бокс наружу.
— Через эту штуку ничего не просочиться, — ответила девушка. Правда, голос ее прозвучал не очень уверенно.
— Завтра развернешь лабораторию и все исследуешь. Ничего с ним за ночь не случиться.
Сюин нехотя согласилась. Я залез обратно в «шишигу» и направил машину чуть в сторону.
— Вообще, неплохо бы нам остаться на ночь, но лучше не прямо здесь, а вон там, — предложил я.
Для длительной парковки место подходило как нельзя лучше. Самый край сектора, небольшая лощина между двух ледяных дюн. Далеко от кратера и от больших красных скоплений.
— Да, хорошо, остановимся здесь, — одобрила мой выбор Сюин.
Доехал и вышел из машины, достал из багажника ее транспортника бокс с разломанным на несколько частей краулером и отставил его подальше. Крабику велел охранять периметр. Мы законсервировали дроидов и завершили синхронизацию.
Вы покидаете центр управления 偵स्काउट्察. До рассинхронизации 5, 4, 3…
Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…
— Мне надо кое-что уточнить, — быстро сказала Сюин и вскочила с кресла. — Пойду поговорю с бабушкой.
Она взяла со своего столика еще один стебель сельдерея и быстрыми шагами вышла из операторской.
Я, в свою очередь, списался с Симоновым. Нашим предположением было, что источник заразы — внутри кратера. Завтра мы эту версию проверим. Про себя уже решил, что пока Сюин будет делать анализы, быстро смотаемся туда с «Угольком».
Настроения заморачиваться на готовку ужина не было. Мне хотелось, чтобы побыстрее наступил завтрашний день, и мы бы смогли начать исследование сектора. Поэтому я залил кипятком один из выставленных на столе пакетиков с китайскими иероглифами на упаковке. В итоге в тарелке образовалась пряная кашица со вкусом курицы. Выглядело блюдо так себе — как детское пюре, но на вкус оказалась очень даже ничего.
Я запил все это сладким чаем и отправился спать, думая о том, что нам предстоит завтра.
Добро пожаловать в центр управления 偵स्काउट्察
Ху из он дьюти тудэй в Мерзлоте?
Утренний свет скрыл от нас все, что мы видели вчера. Равнина выглядела серо и пустынно. Кратер виднелся вдали, но наружные стены его были обычного темно-серого цвета. При ближайшем рассмотрении светящиеся вчера красным точки оказались трупами монстров. Целых практически не было. Все были изъедены красной заразой и уже наполовину разложившиеся.
Уголек передал мне сделанную ночью проекцию. Я попытался понять, есть ли какая-то закономерность в расположении тел монстров.
Разглядывая снимок, я ее не увидел. Мне казалось, что большие скопления останков должны были находиться около светящегося ночью кратера, но нет. Сказать, что они вылезли оттуда, я не мог. Скорее ползли туда, но не справились.
Тела были повсюду. Меньше всего, их было в радиусе двух-трех километров от нашей стоянки. А дальше — прямо долина смерти. Вирус вынудил выйти из своих убежищ и собрал здесь и тех, кто обитал под землей, и тех, кто вил гнезда в ледяных укрытиях. Никого не обошел стороной.
Я дал задание «Угольку» слетать к кратеру — разведать, что внутри. Мы находились от него километров в тридцати. Когда дрон передаст данные, будет понятно, как действовать.
— Алекс, я останусь тут, — сказала Сюин, выходя из транспортника и открывая багажник, — исследую краулера и еще вот этих двух монстров. — Она кивнула в сторону стоявших рядом с машиной боксов.
В одном из них был среднего размера ледяной хорек, а в другом — что-то змееобразное. Угадать, что, уже возможности не было. Зараза практически полностью разрушила тело.
— Тебе нужны еще образцы? — спросил я Сюин, продолжая разглядывать карту.
— Нет, этих будет достаточно. Если только попадется что-то отличное оттого, что уже нашли.
Сюин прошлась вокруг транспортника, как будто пробуя на прочность землю под ногами.
— Вот тут относительно ровно. И ветром не сдует, — сказала она, — предлагаю разбить лагерь здесь.
Я молча согласился, подогнал «шишигу» почти вплотную к «китайцы», припарковавшись буквой «Г». И помог «стрекозе» достать из ее багажника складную каркасную конструкцию. Шесть раскладных, прочных опор с креплениями, сам тент, сделанный из специальной армированной пленки, и дополнительные сцепки для крыш транспортников. На «китайце» были готовые карабины, а с «шишигой» пришлось повозиться.
Но вскоре на небольшой заледенелой площадке появился небольшой, но довольно крепкий закуток с крышей над головой.
Два сборных стола заняли свое место вдоль машин и несколько боксов с образцами усилили стенку с пленкой. Один стол полностью заняло привезенное оборудование (я даже напрягся, думая, что ножки не выдержат) — микроскоп (больше похожий на микроволновку — никаких окуляров, только большой сенсорный экран), контейнеры с пробирками, похожие на центрифуги и куча разноцветных реактивов. Несколько боксов с инструментами и под столом усилитель связи для «Стрекозы». Клон — не Оридж, управлять им через энергию Мерзлоты нельзя.
На краю стола Сюин разместила портативный компьютер. Не хватало еще 3D-цветка и кристалла, и можно приступать к работе. И еще бы термос, гитару и обычный костер — но это во мне какие-то позывы из прошлого говорили.
— Ты сюда решила совсем переехать? — спросил я, затаскивая в шатер последний бокс с манипуляторами.
— А ты все ждешь, что я куда-нибудь перееду? — весело спросила Сюин.
— Нет, что ты. Просто за тебя волнуюсь. Стрекоза-то никак не защищена от заразы, а судя по количеству трупов на квадратный метр, она тут повсюду.
— Я ее обработала специальным раствором, который мне прислали. Его только создали, до конца не исследовали. Вроде бы он препятствует заражению, создает некий защитный барьер между вирусом и поверхностью…
Дальше Сюин углубилась в состав и в принцип действия китайской разработки. Звучало все красиво, а вот как на практике?
— Но пока данных об эффективности недостаточно, по идее, что-то около восьмидесяти процентов.
Понятно. Так себе на практике. Не мои любимые три процента, конечно. Но все равно без гарантии. Будем надеяться, что «Стрекоза» в эти двадцать процентов не войдет.
Над моей головой раздался недовольный писк. Уже вернулся? Что-то не вижу проекции. «Уголек» показал мне изображение, которое ему удалось сделать. Он приблизился к кратеру километров на десять. А дальше, как будто что-то не пускало, но что конкретно — видно не было. То ли невидимая стена, то ли какое-то защитное поле.
Ага, понятно, надо идти самому.
Меж тем жизнь в походной лаборатории забила ключом. Если, конечно, такое выражение было вообще применимо к той картинке, которая разворачивалась у меня за спиной.
Сюин вооружилась манипулятором и извлекла из бокса небольшой осколок краулера. Даже простым взглядом мне было видно, что на нем нет живого места. Вся поверхность камня была изъедена красными жилами.
Китаянка положила часть образца, который слоился и буквально распадался на мелкие кусочки, в микроскоп, расставила в ряд несколько пробирок и, ловко орудуя пинцетом, начала раскладывать по ним материал. Я увидел, как жидкость в последней колбочке окрасилась в черный цвет.
— Что это значит? — спросил я Сюин, завороженно наблюдая за почти ювелирными движениями «стрекозы».
— Значит, что очень много токсинов. Как бы тебе попроще объяснить?
Я уже приготовился к лекции по химии на полтора часа.
— В общем, скорее всего, эту штуку создали искусственно. В естественной среде вещества так бы не взаимодействовали. По крайней мере, те, что уже известны науке. Причем создали с помощью…
Дальше следовало название какого-то способа создания вирусов. Одного из самых древних и почти не знакомых современной науке. Понятно. Сюин решила мой мозг информацией не обременять. Списала со счетов как ученого. Но подождите, я еще научный грант скоро получу, а, может, и свою исследовательскую станцию открою. Как я понял, в этом мире все возможно.
— Хотя эта проба не доказательство. Возможно, все же частицы вируса соединились в такой его вид и при каком-то аномальном воздействии Мерзлоты.
Мой мозг почему-то зацепился за первую версию. Если допустить, что вирус создан искусственно, то кто его создал? И как нам до этого кого-то добраться?
— А почему они умерли, а те другие спокойно добрались до людей понятно уже?
— Сейчас получу первые данные и сравним с теми, что есть в институте, — совсем по-человечески пожала плечами «стрекоза». — Может, они здесь дольше лежат просто, а, может, какие-то отличия в ДНК. Скоро узнаем.
— Ладно. Я пойду к кратеру. Осмотрюсь заодно.
Сюин уже мне не ответила. Она увлеченно наговаривала что-то умное в микрофон, поглядывая на экран с какой-то таблицей, которая заполнялась на ходу.
Оставлять Сюин одну в Мерзлоте мне не хотелось. Но сидеть рядом со «стрекозой» в то время, когда надо исследовать кратер, тоже было глупо. Я достал из «шишиги» несколько камер и ловушек, которые забрал с «тридцать седьмой» и расставил их по периметру площадки, на которой стояли шатер и машины. Также оставил на страже крабика.
От всех в случае чего не отобьется, но время выиграть и помочь сможет.
Сказал Сюин, что постараюсь вернуться к вечеру, хотя уверенности в этом у меня не было. Зажевал пачку суперфуда, сделал глоток энергетика и направил Ориджа по дороге, которая вела к кратеру.
Узкая тропинка только на карте выглядела прямой. На деле же приходилось постоянно обходить расщелины, взбираться, а затем спускаться с невысоких дюн. Тридцать километров по прямой, а по такой вот косой — все пятьдесят.
Пройдя пару километров, мне пришлось сильно забрать правее — передо мной был глубокий овраг, заваленный гниющими телами, через который прыгать мне не хотелось. Несмотря на быстрые и сильные порывы ветра, вонь волнами перла снизу, не успевая рассеиваться.
То и дело на пути мне попадались тела монстров. В основном — мелкие и неопасные виды, но один раз наткнулся и на здоровую лохматую тушу, чем-то похожую на рогатого медведя. Половина его тела уже вмерзла в землю и покрылась плотной коркой льда. Один рог был полностью разрушен. Второй пока лишь наполовину. Огромные лапы с когтями были сложены так, как будто чудовище пыталось закрыться от надвигающейся на него смерти. В складках меха я тоже разглядел глубокие красные борозды, такие же, как на найденном нами краулере. Глазницы на морде уже были пустыми, а через остатки кожи на голове просвечивали кости черепа.
Я окинул взглядом пустынную равнину и пошел дальше. Чуть не упал, поскользнувшись на очередной груде чьих-то костей. Жутковатое местечко. Резкий ветер гнал по небу серые тучи, взвинчивая вверх лед вперемежку с песком особенно сильными порывами.
В следующий момент мне показалось, что к вою ветра примешивается еще какой-то звук. Вроде бы тоже вой или смех. Я остановился и прислушался. Разобрать что-то в нарастающем гуле было почти невозможно. Я пошел дальше, пристально всматриваясь в серый, равнинный пейзаж. Тропинка продолжала петлять между природных насыпей и расщелин, открывая моим глазам все более безрадостную картину.
Тела монстров стали попадаться еще чаще. Почти все уже были замерзшими и только на уцелевших твердых конечностях можно было разглядеть красные борозды.
— Это же сколько вы здесь лежите? — спросил я толком непонятно к кому обращаясь, к распухшему хорьку со вздутым животом или к трехметровой змее из-за цвета заразы больше похожей на дождевого червя-переростка.
Никто мне не ответил. Только ветер загудел, словно принеся с собой отдаленные звуки насмешек. Я обернул, краем глаза косясь на сканер, но ничего не увидел. Зато разглядел небольшой ледяной грот с мертвыми грызунами внутри. Порванными на «запчасти», но как бы странно это ни звучало — довольно целыми по сравнению со всеми остальными распухшими и лопнувшими трупами.
Так. А вот это уже не вирус!
Лапа присыпанного льдом чудовища, тело которого лежало поперек тропинки, была совершенно точно кем-то откушена. Об этом говорили и неровные края раны, и следы клыков. Очень плотно посаженных клыков — след почти как от пилы. Рана рваная, но ровная.
Я обогнул перегородившую мне путь тушу и двинулся дальше. На обочине распростерся еще один «медведь» со вспоротым брюхом. Да тут явно орудует не только вирус.
Снова раздался смех над окрестностями. И вместе с ним, наконец-то, проснулась система.
Внимание! Опасность контакта со стаей «Галлус крокута».
Активировать систему маскировки? Да / Нет.
Я быстро обернулся и разглядел несколько ледяных вихрей, несущихся на меня со стороны кратера.
— Сюин, а кто такие галлус крокута? — я спросил голосом, услышав, что китаянка шуршит чем-то в операторской.
— О! Это очень интересный вид. Галлус — это, вообще-то курица на латыни, ну или петух. А крокута — это вид, известный науке, как полосатая гиена. Очень редко встречаются в Мерзлоте. А что такое, а то мне отойти надо?
— Похоже, не такие уж и редкие…
Я активировал свой новый пистолет. Хотел ведь проверить — пожалуйста, хоть обпроверяйся. Жалко только, что выстрела всего два, а гиеноподобных куриц в мою сторону несется с десяток. Маскировку активировать не стал — кто знает, как сработает, потеряют меня и бросятся на нашу полевую лабораторию.
Почему это курицы стало понятно, когда до них осталось меньше ста метров и сквозь поднятую на скорости пыль получилось их разглядеть. Почти метровые тушки на двух мускулистых «окорочках». Плюс ледяные сосульки шерсти вполне могли сойти за перья. А вот морды и зубы уже были от гиены. Темно-желтые, почти оранжевые, зрачки в узких щелочках глаз. И сколько там атмосфер в челюстях?
— Сюин, ты еще здесь? А они скайрафт, случайно, не грызут?
— Да что там у тебя происходит? Мне вернуться? А то мне надо в лабе кое-что проверить.
— Пока не надо, но лучше не задерживайся…
Разговаривать было уже не очень комфортно. Я еще раз оглянулся, запоминая площадку для боя, свистнул «Угольку», что рад буду его прикрытию, и прицелился в первого монстра. Несся тот на удивление ровно — не переваливаясь с лапы на лапу, а вполне себе бежал, как обычное двуногое. Даже чем-то напомнил конькобежца, который руки спрятал за спиной и наклонил голову вперед.
Мое оружие отреагировало мгновенно, стоило только поднять его и направить в сторону монстров. На экране замигали символы, вероятно, распознавание цели и зажегся индикатор верхнего ствола, как рекомендованного. Плюс дальномер и стандартный процент — в этот раз неприлично высокий.
— Грызете, не грызете, а покушать скайкрафта придется. Тьфу ты, — иногда действительно лучше молчать, чем говорить, а то слово за слово у меня уже картинка перед глазами сложилась, как эти несушки мне потом пули будут отдавать.
Когда до самого шустрого оставалось чуть больше тридцати метров, система предложила уже, наконец, открыть огонь.
Легкая дрожь в руке, словно руку кому-то пожал, и из ствола вылетел яркий росчерк. Никакого грохота, лишь тихий комариный писк. Никакого дыма или огня — я саму пулю даже не увидел, только ледяная взвесь в воздухе будто расступилась в стороны, формируя нечто похожее на короткий шлейф.
Зато эффект был прекрасно виден на гиене. Разрыв щеки в открытой пасти, толчок в плечо, из которого во все стороны полетели куски льда и мясные ошметки. Тушку отбросило, развернуло и замотало куда-то под ноги подружкам. Которые потерю даже не заметили, кто-то перепрыгнул, а кто-то просто потоптался. Снова раздались гаденькие смешки, похожие на лай настоящих гиен, и стая ускорилась.
Перезаряжаться было некогда и, наплевав на отсутствие рекомендаций, я выстрелил и из второго ствола.
Ладонь сжало уже сильнее, появился звук выстрела — трескотня электрических разрядов, а из ствола вылетел уже заметный мерцающий шарик. Почти прозрачный — с проблесками миниатюрных молний внутри.
Попал в ледяную «челку» галлосу, взорвался электрической вспышкой, от которой во все стороны полетели электрические заряды. По самой курогиене (это было прекрасно видно в полупрозрачном льду) прошел электрический заряд, а еще два сверкнули в стороны, зацепив соседних монстров.
Всю троицу встряхнуло, на первой даже дымок пошел, а лед на голове расплавился.
И все! Они даже с ходу не сбились, только ускорились! Рыча, гавкая и смеясь.
— Органика, чертова, — я матюкнулся и поменял пистолет на гарпун и щит. — Значит, будем по старинке!
Все еще наэлектризованную первую троицу от греха подальше пропустил мимо себя. Увернулся от прыжка первого, рывком ушел в сторону от остальных и сам набросился на следующего. Быстрые, но все-таки неповоротливые. Я успел прибить одного и отрезать лапу второму, когда остальная стая полностью меня окружила.
Скалились и делали рывки в мою сторону, но осторожничали. Я успевал развернуться, ткнуть гарпуном, отгоняя, но сразу же приходилось вертеться на тех, кто за спиной. Еще одного достал, рассек морду прямо под носом, добавив монстру вторую челюсть. А потом они бросились разом.
Я крутанулся, стараясь сбить хотя бы некоторых, вырваться из окружения и разорвать дистанцию. Но все равно пропустил два удара — одна тварь вцепилась в плечо, вторая в ногу. Меня замедлили, повалили и начали рвать со всех сторон, а я в ответ во все эти стороны пропихивать клинок, как безумная швейная машинка.
Хотя в кресле ощущение было, что шьют меня. Сотней толстых иголок, настолько огромных, что в ушко можно палец просунуть. Я стиснул зубы, выгнулся дугой и выдал, наверное, самую заковыристую матерную речь в своей жизни.
— Ты там дерешься что ли? — раздался звон посуды, разбившейся об пол и удивленный возглас Сюин.
— Нет, блин, кур дою! — я с трудом разжал зубы, пытаясь сфокусироваться на Оридже, сбросить с себя тварей или хотя бы рвануть в сторону.
Получилось! Клинок в очередной раз пропорол что-то мягкое для него и швейная машинка выключилась, тело просто горело, как от перцового пластыря. Меня будто целиком в него укутали.
Проморгался, скинул всю истерику системы и обнаружил, что стою в куче трупов, а передо мной осталось всего два монстра. У одного выбиты зубы, а второй почти цел, только льда на голове нет, словно ему скальп сняли. Скалятся, сосульки на спине стоят дыбом, ссутулились, будто собираются снова прыгать.
Я заметил еще движение — кучка растерзанных трупов дергалась и приподнималась, будто кто-то там пытался выбраться. Потом голова мертвой беззубой твари поднялась и оттуда выбрался «Уголек»— чутка помятый со свежими царапинами на боку. Я мельком глянул на себе. Прокусов нет, только царапину, хотя некоторые глубокие — такие без скайкрафта не затянутся.
Ладно, что в гляделки играть, пора заканчивать. «Уголек» занял место над моим плечом, а я с хрустом потянулся в кресле, снова активировав гарпун.
— Алекс! Не молчи? Я тебя плохо вижу, — раздался голос Сюин уже усиленный рацией. — У тебя там галлус крокута? Да? Можешь одного захватить, а? Ну, пожалуйста!
Ответить я не успел. Подул ветер и принес с собой какой-то новый звук, похожий на свист. Я обернулся на кратер, туда, где ощущался источник, и увидел, что над границами кратера поднимается туманная дымка. Внутри которой едва заметен черный силуэт.
Монстры вздрогнули, огрызнулись на меня как бы на прощание, развернулись и ломанулись к кратеру. Я замешкался лишь на секунду — чтобы зарядить пистолет, а потом бросился за ними.