Первая мысль Саблина утром, когда он проснулся, была о Виктории. Тот поцелуй…

Собираясь на работу, майор пытался проанализировать ситуацию, как привык делать это с уликами. Виктория – судебный психолог, профессионал, умная, проницательная. Её слова о текущем расследовании ценны, но сейчас они всплывали в памяти, как прелюдия к чему-то другому, совершенно непредсказуемому. Не было никаких намёков, никакого откровенного флирта, ничего, что могло бы подготовить следователя к такому повороту. Он всегда считал себя человеком, который держит эмоции под контролем, но Виктория каким-то образом сумела пробить эту броню, сбить с толку, вывести из равновесия.

Глядя на своё отражение в зеркале в ванной, майор машинально коснулся пальцами губ. Этот поцелуй был не просто приятным жестом на прощание, а заявлением. Заявлением о том, что их отношения вышли за рамки профессиональных. И теперь Саблину предстояло решить, как реагировать: продолжать общаться как ни в чём не бывало или рискнуть и позволить себе новое, меняющее жизнь.

Следователь вдруг осознал, как долго сидел в своём замкнутом мире, где единственной реальностью являлись факты и улики. Он забыл о спонтанности, неожиданных прикосновениях, лёгком, но очень значимом волнении. Виктория своим внезапным поцелуем словно открыла ему дверь в совершенно другой мир. Саблин почувствовал, как в нём просыпается нечто давно забытое, заставляющее его сердце биться быстрее и наполняющее его жизнь новым смыслом.

Да. Он готов окунуться в эмоции, и Виктория, сама того не подозревая, подарила ему эту возможность. Майор улыбнулся.

По дороге в отделение полиции он сосредоточился на деталях расследования. С каждым днём фактов становилось больше, и, скорее всего, ключом к раскрытию дела был «Клуб ночных сов», куда могла ходить Василевская.

Не успел Саблин переступить порог кабинета, как его мобильный зазвонил.

– Привет, – раздался голос Шульца.

– Утро доброе.

– Мы выяснили про семена, найденные в желудке Василевской и в её квартире.

– Так.

– Это амарант, как вы и предполагали.

– Понятно.

– Ага. Ладно, ну всё.

– Спасибо.

Саблин включил компьютер, сел в кресло и закурил.

Амарант. Снова этот цветок. Зачем Василевская проглотила его семена?

Следователь нахмурился. Не хотелось о таком думать, но неужели Максимова права, предполагая, что жертва стремилась стать кем-то отличающимся от обычных людей? Вампиром? Бессмертной? Поэтому и читала разные странные книги, держала сову, носила кулон с человеческой кровью? Нет. Бредятина какая-то! Нужно искать другое объяснение. Более правдоподобное и логичное.

В кабинет без стука быстро зашла Дина.

– Доброе утро, товарищ майор! – бодро произнесла она.

– Привет.

– Пришли результаты экспертизы мобильного Василевской, найденного в квартире.

– Есть интересное?

– Да. Эсэмэски от Марьяны кому-то, забитому в контактах как «М».

– И что в них?

– Василевская писала, как устала ждать, надо решать вопрос и быстро, иначе она всё расскажет. Кому принадлежит номер телефона, определить пока не удалось, но сегодня будет известно.

– Можем не ждать. «М» – это Марк Свиридов. Начальник Марьяны, – Саблин быстро затушил сигарету и встал. – Едем к нему!