Пациентов было много. Я принимала детишек, стараясь ни о чём не думать. Не думать о том, что было утром.

Эту игру в снежки и эту радость. Неподдельное счастье в глазах Аксенова.

Я гнала от себя эти мысли. Я не хотела об этом думать.

Не хотела это вспоминать.

Уже выходя с работы, поплотнее закуталась в шубу. Нужно отнести пальто в химчистку, точно, забыла...

Медленно шла в сторону машины. Сейчас приду, а там нет его вещей. Больше нет.

Сев в салон, включила печку и почувствовала, как в горле встаёт ком. Я не могла с этим справляться. Становилось всё страшнее. На город опускалась темнота. Повсюду зажглись гирлянды, Питер в своей величественной мрачности был украшен, но праздничного настроения всё не наблюдалось.

Его никогда не наблюдалось в этот сказочный месяц, а сейчас и подавно.

В голове всплывало то, как проходила мимо регистраторш. Сочувственные взгляды и обсуждения.

Что-то кому-то сорока сказала, ворона ответила, а сойка принесла на хвосте галке.

Откуда только узнали? Вроде Питер — не большая деревня, а Северная столица, но уже все всё знали, и от этого было погано на душе.

— От неё муж ушёл!

— Тихо ты, она слышит!

— Заведующая! Высокомерная! Отчитала, что Машка вчера опоздала!

Я, едва сдерживаясь, прошла мимо. У меня не такой коллектив, все девчонки добрые, хорошие, а здесь, не считая Надюши, змея на змее.

Тронувшись с места, поехала в сторону дома. Софа написала, что уже идёт домой и её провожает Слава... Слава. Не то чтобы он мне не нравился, но всё равно.

Современная молодёжь, обычно дети богатых родителей, полностью ощущала свою безнаказанность.

Подъехав к дому, я припарковалась и замерла: из подъезда с чемоданом и спортивной сумкой выходил Аксенов. Ну почему именно сейчас. Почему не раньше, а вот именно в этот момент.

То, что творилось на душе, было не передать словами. Женщины, которые сталкивались с этой проблемой, могли меня понять.

Хотя это не проблема, это жизнь...

Проблема — это отсутствие денег, задержали зарплату, сломалась машина, потеряла кольцо. Обручальное кольцо с гравировкой «Олеся».

Смотрю на него, и то, что внутри, передать не могу, совсем не могу...

Просто больно, просто слишком больно...

Аксенов идёт к машине уверенной походкой, а вот из-за поворота выходят Софа и её Слава. Внутри всё сжимается. Только не сейчас, но нужно выйти, обязательно выйти...