Дорога из горного форта до города заняла у отряда Чжан Мина ровно четыре дня пути без остановок, почти бегом. Следуя за опытным проводником, они передвигались только лесными тропами, избегали внимания торговцев, случайных путников и даже деревень. Ни одна живая душа не знала о двух дюжинах до зубов вооруженных головорезов, что проходили мимо. Никто не тревожил мирную жизнь людей, патрули местного гарнизона не показывались на дорогах, солдаты отдыхали внутри фортов. Незаметно для местных жителей и стражи отряд разбойников появился на окраине Баохе.

— Вот мы и пришли! — Чжан Мин сделал широкий жест в сторону городских стен.

— М-мы ограбим Баохе? — с сомнением спросил Лу Пяо.

— Весь город нам не ограбить, только часть.

— О! — бандиты переглянулись.

— Не нравится мне это. Проще грабить людей на дороге. За стенами мы, как в ловушке, — пожаловался один из людей.

— Вы серьезно решили город ограбить? — усмехнулся Чжан Мин, — Мне, конечно, ваш настрой нравиться, но мы здесь не за этим. Для начала надо попасть внутрь.

— Будет не просто брат Чжан? Это не Пуян здесь среди беженцев не затеряться! Посмотри на нас! — один из разбойников показал на себя, потом на остальных, — Сразу видно, что мы горные бандиты. Таких никто в город не пустит. Если попадемся, то висеть нам на стене.

— Угу, — поддержал его другой, — Как быть?

— Ясное дело мы не пойдем через парадные ворота, — успокоил их Чжан Мин, — есть другой путь. Мы не первые, из крепости Земляного Дракона, кто сюда приходит и не последние.

— Ведете себя, как перепуганные куры, — усмехнулся проводник, специально прикрепленный к отряду. — Идем. Я покажу, как нам попасть внутрь.

Хотя Баохе окружала высокая стена, она не мешала контрабандистам, преступникам и прочим проходимцам попадать внутрь. Одни приплывали на рыбацких лодках, другие подкупали стражу, а некоторые вероятно знали тайный путь. На прилавках бедного района, где стража не слишком следила за порядком, всегда хватало краденых или запрещенных товаров, а по улицам шатались преступники, разыскиваемые властями.

Под покровом темноты рыбацкие лодки из крохотной речной деревни переправили два десятка разбойников в Баохе и те, словно капля в море, растворились на улицах большого города. В глазах горных разбойников Баохе казался настоящим раем, даже ночью здесь ходили люди, в том числе припозднившиеся женщины или лавочники с тележками. Хлипкие двери домов манили зайти внутрь и забрать все добро себе. Тяжело вздыхая, бандиты проходили мимо роскошных павильонов, пожирая глазами богатое убранство и дорогие ткани.

— Ну мы попали в город. Дальше то что? — ворчали самые нетерпеливые.

— Пожрать бы, да выпить … — осторожно делились своими желаниями бандиты.

— Рты закрыли и за мной, — строго скомандовал Чжан Мин. — Не привлекайте внимание.

Горные разбойники выглядели очень колоритно. Через безрукавные рубахи проглядывали руки, покрытые шрамами, на поясах и за спиной висело оружие. После нескольких дней в лесу их свирепые лица покрылись грязью, а волосы торчали во все стороны. Прохожие замирали от страха, когда замечали группу головорезов.

— Брат Чжан, я знаю хорошее место, где можно переждать, не мозоля глаза, — обратился к нему проводник.

— Хорошо, надо побыстрее убраться с улиц, пока стражу никто не вызвал, — согласился Чжан Мин, — Думаю это в глубине трущоб?

— О! Ты уже бывал в Баохе?

— Не то чтобы. У каждого города есть такое место. — Чжан Мин ничего не собирался рассказывать о себе бандитам.

— И то верно!

Узкими переулками проводник провел две дюжины разбойников к самой удаленной от стражи точке бедного района, где стоял старый трактир, управляемый подслеповатым стариком. Там они устроились на время, спрятавшись от посторонних глаз. Среди покосившихся хижин проживало много людей самого разного происхождения и рода занятий, никто не стал бы поднимать шум из-за появления чужаков. Напряглись только местные бандиты, заподозрив вторжение на их территорию.

Той же ночью еще до полуночи Чжан Мин лично доставил послание от Тан Гуя к резиденции клана Хэнъян, чтобы успеть к назначенному сроку. Никто из самого клана к нему, конечно, не вышел. В небольшой приемной, специально построенной для таких нежелательных гостей, его встретил слуга, где Чжан Мин передал письмо и коробку с нетронутой печатью, получил несколько монет серебром, видимо на проживание, после чего вернулся в трактир ждать ответа.

— Сколько дней ждать? — спросил он у слуги перед уходом.

— Сколько потребуется, столько будешь ждать, — бросил ему тот.

«Значит долго», — подумал Чжан Мин, — «Это мне на руку».

На утро он отобрал из отряда нескольких парней наименее пугающего вида и отправил осматривать город, собрать слухи, сплетни, узнавать общую обстановку. Остальным запретил выходить, оставил их под присмотром Лу Пяо, а сам, наконец, отправился к своему старому дому, куда хотел попасть все это время.

Подходя к знакомой улице, Чжан Мин с ностальгией вспомнил былые деньки, когда работал портовым носильщиком, вдохнул воздух с запахом моря и с улыбкой окинул взглядом придорожные лавки, да магазинчики. Никто из бывших соседей или торговцев не узнал его. Встречные люди боялись поднять глаза на человека напоминавшего бандита, лишь некоторые из них бросали осторожные взгляды издали.

Вскоре показался родной дом, где он жил с Сюэ и Минчжу почти полгода. Дворик вокруг него порос бурьяном и выглядел заброшенным. Пылью занесло тропинку перед дверью, ставни покосились, а под карнизом болталась паутина.

«Кажется мое последнее предупреждение все же сработало», — подумал он, — «Следов чужаков не видно».

Со скрипом створка двери поддалась и отодвинулась в сторону, в лицо ему пахнуло застоявшимся воздухом. По пустой комнате летала пыль, потревоженная сквозняком, на полу виднелись следы мышей, слышалось их тихое шуршание под полом. Внутри дом выглядел таким же заброшенным, как и снаружи. Очевидно, сюда давно никто не заходил.

Пройдя через двор, Чжан Мин постучался к соседке Хон Шу, чтобы рассказать ей о Сюэ с Минчжу. Женщина часто помогала девочкам, и он не сомневался, что она порадуется за них. Дверь распахнула уставшая и слегка напуганная Хон Шу, однако узнав своего прежнего соседа улыбнулась.

— Господин Чжан, рада видеть вас в добром здравии, — слегка поклонилась она, — Проходите, угощу чаем.

— Спасибо Хон Шу, но не нужно. Я ненадолго, — отказался он, — Зашел сообщить хорошие новости. Я нашел Сюэ и Минчжу, с ними все в порядке.

— Замечательно. Очень рада слышать! Где ж ты их нашел?

— В Пуяне. Теперь девочки живут там.

— Что же выходит, вы теперь переедете? Сюда не вернетесь? Говорят, там сейчас неспокойно, — обеспокоенная женщина приложила ладонь к щеке. — Все ли будет хорошо?

— Пока ничего не могу сказать точно. Я бы хотел вернуться.

— Было бы замечательно!

— Тут еще вот какое дело… Младшая дочь рассказала мне о мальчишке, он то ли друг, то ли слуга, я не совсем понял. Хочу узнать жив ли он. Ши Чуань. Ты слышала о нем? — спросил Чжан Мин. — Где мне его искать?

* * *

— Прости, — покачала головой Хон Шу, — Ничем не могу помочь. Первый раз слышу.

— Что ж, и на том спасибо. Ладно, мне пора идти, дела не ждут.

— Береги себя! Надеюсь, еще свидимся, — попрощалась с ним женщина.

«Минчжу очень переживает за судьбу мальчишки. Искать она его не просила, но с ее добрым сердцем будет еще долго переживать», думал Чжан Мин, — «Надо его найти. Лучше, конечно, живого».

Обойдя весь район, он расспросил лавочников и мелких торговцев о местных беспризорниках и где их искать, после чего посетил рынок, поговорил с рыбаками и те смутно вспомнили мальчишку, что продавал речную рыбу. После Чжан Мин прошелся по всем местам, где собирались малолетние беспризорники и пытался у них узнать о судьбе мальчишки, однако маленькие оборванцы шарахались от него, а те, кого удалось поймать ничего полезного не сказали.

Память прежнего Чжан Мина привела его к людям, торгующим сведениями, но за детьми из трущоб они не следили, подсказать ничего не могли, хотя деньги за вопрос взяли. С наступлением вечера улицы начали пустеть, опрашивать стало некого. Потратив на расспросы почти весь день и не найдя следов мальчишки, Чжан Мин решил вернуться в трактир.

«Я здесь жил довольно долго, но вот поисками людей никогда не занимался. Мне самому его не найти, тем более есть дела поважнее», — размышлял он по пути, — «Для поисков мне нужны помощники, хорошо знающие город. Разбойники не подойдут, они тут чужаки и слишком бросаются в глаза… Хм».

Когда он вернулся, разбойники уже крепко спали, лишь двое дежурили, притаившись в тени здания. При появлении Чжан Мина они вышли к нему навстречу, ожидая приказов, но он жестом руки отправил их обратно на пост, а сам прошел к комнате хозяина трактира и настойчиво постучал в дверь. Через некоторое время к нему вышел взлохмаченный старик, немного перепуганный.

— Чего желаете, господин? — спросил он, поклонившись.

— Подай ужин, — коротко приказал Чжан Мин, потом вернулся в общий зал трактира и занял самый большой стол.

— Пока ждете, выпейте чай, господин! — через некоторое время из кухни вышел подслеповатый старик с подносом в руках.

Из-за почтенного возраста его руки дрожали. Чашки и чайник звонко дребезжали на подносе, готовые в любой момент упасть на пол. С некоторым любопытством Чжан Мин наблюдал за медленным приближением владельца трактира, гадая донесет он чашки или нет. Старик справился. Поставив поднос, он начал дрожащими руками наливать чай, к удивлению, не пролил ни капли.

— Лучший чай в округе, — улыбнулся он и шаркающей походкой удалился готовить завтрак.

Гости редко приходили к нему. Трактир много лет как опустел, с каждым годом разрушаясь, словно хотел состариться вместе со своим владельцем, а потом уйти в один день. Появление разбойников вдохнуло в обоих жизнь, они, казалось, вернулись в те времена, когда район еще не превратился в трущобы, а шумные постояльцы наполняли комнаты. Гомон и разговоры слышались издалека. Не важно кем были новые гости, старик искренне радовался их появлению.

— Кушайте господин! Все в лучшем виде! — хвалился старик, опуская на стол трясущиеся тарелки, — Моя стряпня известна по всему Баохе.

— Не сомневаюсь, — кивнул Чжан Мин, — Присядь. Составь мне компанию.

— Ну что вы господин! Как можно?

— Ничего. Садись. Мне есть что спросить у тебя.

— Угу, — согласился старик.

— Хорошо знаешь этот район? Подскажи, какая банда сейчас здесь заправляет?

— О! Ну это простой вопрос. Банда «Безумной сабли», — пожилой владелец вздохнул, — Из-за таких как они наш район превратился в трущобы. Все хорошие люди ушли, другие бояться заходить сюда. Тц.

— Ты знаешь, где их искать? — неловко орудуя палочками Чжан Мин набивал рот едой, — и правда недурно!

— Хм. Знаю, как не знать. Любую монетку, что появлялась в кармане отдавал им … Они плохие люди. Лучше держаться от них подальше.

— Очень надеюсь, что плохие, — тихо произнес Чжан Мин, потом уже громко добавил. — Отлично готовишь старина. Не ожидал! Мы останемся здесь подольше.

— Спасибо господин! Рад услужить!

— Кхм. Буди парней! — крикнул он дозорным. — У нас появилось дело!

Между тем у себя в логове главарь банды Безумной сабли, Большеротый Ван, развалился в кресле, сверху вниз глядя на людей, что стояли перед ним на коленях. Муж с женой, обливаясь слезами, бились лбом об пол, умоляли о пощаде, а он ухмылялся. Ради таких моментов он жил, ощущение власти пьянило его сильнее вина. Ему нравилось управлять жизнью других, решать кому жить, кому умереть, брать все, что хотелось. Телосложением он походил на медведя, большой с необъятным животом, никто в этой части трущоб не смел переходить ему дорогу.

— Если не можешь заплатить деньгами, то … я слышал у тебя есть дочка, — со слащавой улыбкой произнес Большеротый Ван.

— Ей всего одиннадцать! Пощадите!

— Молчать! Спорить со мной вздумал? — прикрикнул он, потом повернулся к тощему человеку рядом с собой, — Что там за шум снаружи? Брат Хэдзы, поди проверь?

Помощник широкими шагами вышел из зала, прикрыв за собой дверь. Снаружи слышалась его ругань, угрозы, потом они сменились ударами и криками боли. Главарь одобрительно кивнул, так как Хэдзы всегда хорошо справлялся с поддержанием порядка в банде, хотя иногда перебарщивал с жестокостью. Большеротый Ван вновь обратил взгляд к двум людям на полу.

— Продолжим. Что вы решили? Пришлешь ко мне свою …

Вдруг дверь с грохотом вылетела из креплений вместе с петлями. Когда пыль улеглась, в зал неторопливо вошел человек, одной рукой волоча по полу верного Хэдзы, будто мешок с навозом. На полпути до кресла Большеротого Вана он остановился и бросил окровавленное тело перед собой, как если бы оно ничего не весило. Из-под длинных растрепанных волос на главаря банды смотрели глаза хищника, увидевшего добычу.

— Встречайте гостей! — оскалился незнакомец в улыбке.

— К-кто ты? — крикнул Большеротый Ван, потянувшись к огромной сабле.

— Твой новый хозяин!

— Ч-что? Сумасшедший! Как ты посмел! — свирепо орал главарь, однако холодная капля пота пробежала у него по виску. — Я воин первого этапа закалки …

Не успел он договорить, как незнакомец оказался в метре от него с занесенным кулаком. Раздался глухой удар и в следующий миг тело главаря врезалось в стену позади трона, потом немного подалось вперед и грузно упало на пол, сотрясая мебель. Большеротый Ван больше не издал ни звука, лишь из разбитого рта вытекала лужица крови. Незваный гость неспеша подошел к роскошному креслу, украшенному шкурами и по-хозяйски развалился на нем.

— Почему толстяк такой слабый? — фыркнул он. — Вместо того чтобы жрать, как свинья, лучше бы отжался пару раз. Как он вообще пробился к первому этапу?

Муж с женой, все еще стоящие на коленях, тряслись от страха. Главарь банды пугал их до дрожи, но появился еще более жуткий человек и одним ударом отправил огромную тушу Большеротого Вана в полет. Убить двух случайный людей для него не сложнее, чем раздавить муху. Глаза незнакомца опустились на несчастную пару.

— Вы кто?

— Ах, — женщина тут же потеряла сознание.

— Я-я-я, — заикался мужчина.

— Угу. Посидите пока в сторонке, — махнул на них рукой пугающий человек и казалось потерял к ним интерес.

Не вставая с пола, мужчина оттащил жену к стене, где прикинулся невидимым. Вскоре в зал зашли загорелые люди, крепкого телосложения, будто варвары, спустившиеся с гор. Получив приказ, они начали заносить тела бандитов и складывать перед креслом. Время от времени их перепачканные кровью лица поворачивались к двум случайным свидетелям. Дрожащими руками мужчина обнял жену и молился. Никогда прежде он так истово не обращался к богам.

— Брат Чжан! Мы всех повязали! — доложил с широкой улыбкой Лу Пяо.

— Они все живые?

— Вроде бы да … было непросто никого не убивать.

— Отлично. Буди их! Того борова первым.