Пятница

Над Токио висело серое утро. Город ещё не проснулся, но неон уже тускнел, уступая место бледному свету. В одном из окон старого квартала, за грязным стеклом, кто-то пошевелился.

Тау открыл глаза. Тело сразу напомнило о себе — бок отозвался глухой болью. Он сел, зашипел и посмотрел вниз. Синяки и ушибы.

Будешь знать, Тау, как приземляться на самолёты. Ладно, пройдёт. Нужно только обезболивающее.

Он встал с кровати и, прихрамывая, направился к кухонному шкафчику.

Звонок в домофон.

Тау остановился на полпути и развернулся к двери.

Кого это с утра пораньше принесло? Опять бабка? Вряд ли. Надо хотя бы футболку надеть, а то выгляжу как побитая собака.

Схватив футболку и накинув, надел очки. Подошёл к домофону, посмотрел на экран — там, с нахмуренным лицом и скрещёнными руками, стояла Стар. На ней была свободная серая футболка и спортивные шорты.

Он поморщился. Закатил глаза. Выдохнул. Натянул корявую улыбку. Открыл дверь.

— С добрым утром, Стар, — улыбаясь, промямлил он.

— С добрым, — хмуро ответила она и наклонила голову. — А ты чё такой довольный?

— Да так! — усмехнулся он, кривя лицо. — Хорошо время провёл вчера.

— Ага, вижу, — буркнула она, разглядывая его помятый вид. — Хоть бы шорты одел, а то твои трусы мне прям в глаза отсвечивают.

— Прости, — сказал он с кривой ухмылкой, почесывая затылок. — Я никого не ждал с утра.

— Если бы кто-то вчера забрал у меня домашку, — рыкнула она, глядя ему в глаза, — тебе бы и не пришлось никого ждать!

— Ах да, домашка, — отводя взгляд, протянул он. — Да как-то забыл. Могу прям щас сделать.

— Славно, я как раз её с собой принесла, — кинула она и шагнула вперёд.

Тау встал в проёме, загораживая вход.

— Эм… — замямлил он, приподнимая бровь. — Ты чего делаешь?

— А чё мне на пороге стоять, пока ты мою домашку делаешь? — возмутилась она, ставя руки на пояс.

— Да нет, — протянул он, поправляя очки, — но ты можешь подождать в своей квартире.

— А ещё я могу пойти в полицию и показать им видео, — буркнула она, скрещивая руки.

Вот же стерва. Я мысленно тебя 33 раза уже наказал. Как заход в мою квартиру связан с её домашкой? Не ищи логики, Тау. Её тут нет.

— У меня просто бардак, — промямлил Тау, бегая глазами. — Да и вообще, я извращенец. Мало ли зайдёшь — а я на тебя накинусь и изнасилую.

Стар выдавила хриплый смех, а за ним раздался пронзительный хохот. Тау поморщился, глядя, как она смеётся, и огляделся по сторонам, убеждаясь, что кроме них никого нет.

— Ты? — усмехнулась она, подавляя смешок. — Я больше поверю в то, что говорит Тиамат, нежели в то, что ты способен на изнасилование.

— Но ты знаешь меня всего ничего, откуда тебе…

— Хватит нудить, — перебивая, кинула она и, толкнув его, прошла за порог. — Дай пройду.

Стар остановилась посреди комнаты, медленно оглядываясь. Голые стены, разобранная кровать, стол, заваленный микросхемами и отвёртками. У стены — шкаф, у окна — кухонная зона. Всё просто, почти пусто. Но не грязно. Просто… минималистично.

— И это ты называешь бардаком? — удивилась она, поворачиваясь к нему через плечо.

— Кровать не заправлена, — выдохнул он и закрыл дверь.

— Хотя интерьер так себе, — подметила она, оглядывая пространство, и резко глянула на него. — Такой же серый, как и ты.

Тау отошёл от двери. Она уже направилась к его столу и, увидев таблетку, схватила её.

— Опа! — ухмыльнулась она, разглядывая капсулу. — Балуешься с веществами?

Тау рванул к ней и выхватил таблетку.

— Эм… Нет! — протянул он, убирая таблетку в стол. — Это для сна.

— Да, да, — усмехнулась она и протянула ему тетрадь. — Делай давай.

Тау закатил глаза, схватил тетрадь и сел за стол, отодвигая детали в сторону. Открыл и начал решать.

Детские примеры и задачи. Всё равно что 2+2=4 прописывать в каждой задаче. На это даже время жаль тратить.

Стар ходила по квартире, напевая. Прошлась мимо стеллажа с книгами, добралась до шкафа с одеждой — скривилась и пошла дальше. На кухне открыла дверцу холодильника, фыркнула и закрыла.

Ворвалась как к себе домой. Вообще бесстрашная. Заявиться к одинокому парню и не бояться, что с ней что-то случится. Будь на моём месте кто-то другой, она бы давно об этом пожалела. Ещё и лапает тут всё своими рученками.

— Ну чё там? — буркнула Стар, вставая у него за спиной.

— Минуту подожди, — ответил Тау, продолжая писать в тетради.

— Минуту? — удивилась она, приподнимая бровь. — Там задачи такие, что голову сломаешь, а ты говоришь — минуту? Там максимум час нужен, чтобы всё…

— Готово! — перебил он и протянул Стар тетрадь.

— Уже? — выпучив глаза, спросила она и медленно перехватила тетрадь.

— Тема лёгкая, — поправляя очки, заявил он. — Я в ней плаваю как рыба в воде.

Стар открыла тетрадь. Пролистывая лист за листом, её глаза расширялись всё больше.

— У тебя что, в голове калькулятор? — недоверчиво протянула она.

— Нет, — отрезал он, скрещивая руки. — И если это всё, то можешь покинуть мою квартиру. Мне ещё собираться надо… пожалуйста.

— Ладно, — буркнула она, закрывая тетрадь, и задрала нос. — Проверю, что ты там нарешал.

Стар развернулась и направилась к выходу. Тау вышел из-за стола, последовал за ней, обогнал, открыл дверь и протянул руку в сторону выхода.

— М-м-м, манеры, — усмехнулась она, поглядывая на него. — А ты умеешь удивлять, очкарик.

— Основа этикета.

— Осталось только научиться стучать в ванные к девушкам, прежде чем войти, — кинула она и вышла на лестничную площадку.

Тау медленно закрыл дверь, прижался к ней спиной и, оскалившись, скатился вниз, хватаясь за бок.

Сука. Терпел всё это время, чтобы не подать виду. Надо срочно принять обезболивающее.

Он поднялся и, прихрамывая, направился на кухню. Потянулся к шкафчику, достал таблетки, вынул одну, набрал воды и запил.

Подействует через минут десять. А пока вернусь к рутине.

Он принял душ, перекусил, оделся и уже стоял у двери, готовый выходить, как вдруг на телефон пришло сообщение от Сэма.

Сэм: Привет, возьми с собой спортивную форму.

Тау: Привет, эм… тренировка?

Сэм: Да.

Тау: Ладно, только сильно меня не бей.

Сэм: Не боись, пройдёмся по основам, а там видно будет.

Тау: Хорошо, тренер!

Сэм: Давай, увидимся в «Олимпе».

Он развернулся, взял спортивную форму, сложил в сумку и, повесив на плечо, покинул квартиру.

Минуя подъезд и двор, он быстрым шагом добрался до остановки. Прислонился к перекладине, достал телефон и, проводя взглядом по присутствующим, начал сканировать их.

Одни и те же лица: курящий мужик, девушка с ребёнком, парень с разбитым сердцем. Но сегодня один новенький — музыкант с имплантированными пальцами и чипом реакции. Хочет играть идеально. Инструмента при себе нет, но с таким имплантом это может быть любой струнный инструмент или даже пианино. Держит подбородок прямо, смотрит на всех свысока — считает себя гением.

Краем глаза заметил Стар. Она подбежала к нему в своей школьной форме и встала рядом.

— Очкарик! — выкрикнула она, смотря прямо на него. — Я, короче, проверила твоё решение. Оно оказалось верным. Более того, твоё решение уникально, мне точно светит «отлично» за него.

— Рад, что помог, — сказал он, не отрываясь от телефона.

— Эй! — возмутилась она, поставив руки на пояс. — Я вообще-то тебя сейчас похвалила. А ты в свой телефон пялишься.

— Да, — протянул он, отрывая взгляд от телефона, и взглянул на неё. — Но я тебе напомню, что таковы условия нашего договора. Я делаю твою домашку год, а ты не выкладываешь видео. Так что мне твоя похвала?

— Я вообще-то не так часто это делаю, — фыркнула она и отвернулась. — Моя похвала дорого стоит.

— Давай я кое-что проясню, — выдохнул он и убрал телефон в карман. Стар тут же повернулась к нему. — Во-первых, я не извращенец. Во-вторых, сделать твою домашку я могу и с закрытыми глазами. И в-третьих, я читаю тебя как открытую книгу, буквально вижу тебя насквозь. И если бы я захотел, я мог бы удалить это видео удалённо. Так что делай выводы.

— Да ты блефуешь, — усмехнулась она. — Если бы захотел, как же.

Кажется, она услышала только последние предложения. Вся в бабушку.

Прибыл автобус. Тау оторвался от перекладины и, прихрамывая, вошёл в транспорт, усаживаясь на своё место. Стар села рядом, и автобус тронулся.

— Ты чё хромаешь, очкарик? — разглядывая его, спросила она.

— Упал неудачно, — сказал он, поглядывая в окно.

Она слегка ткнула его локтем по боку. Тот скривился и оскалился.

— Бывает, — ухмыльнулась Стар и прищурилась на его перекошенное лицо. — Ты чё перекосился? Не любишь, когда тебя трогают, что ли?

Как будто нож вошёл и медленно вышел обратно. Мне что, надо было всю пачку обезболивающих выпить? Ещё и тренировка с Сэмом. Блять. Опять придётся постараться выкрасть «Роблас». Хотя в таком состоянии это будет не так просто.

— Да нет, — сглатывая, выдавил Тау. — Просто ты стукнула меня в старую рану.

— Ой, прости тогда, — сказала Стар, отводя взгляд, и, резко посмотрев на него. — Эй, очкарик! Я ведь могу избавить тебя от мучений!

— Убьёшь меня? — потирая бок, спросил он.

— Что? — возмутилась она, кривя лицо. — Нет! Как ты мог такое вообще спросить? Фу на тебя!

Она скрестила руки и, фыркнув, задрала нос, демонстративно отвернувшись от него.

— Ладно, — выдавил он, поправляя очки. — Прости, я просто не представляю, как ты можешь избавить меня от «мучений».

Стар хмуро повернулась к нему, задрала рукава. Он приподнял бровь. Она резко схватила его руку обеими руками и крепко сжала.

— Ты чего делаешь? — выпучив глаза и оглядываясь, спросил Тау.

— Заткнись! — отрезала она.

Из её ладоней появился зеленоватый свет. По его телу пробежала странная энергия.

Щекотно. Будто по моему телу бегут сотни маленьких ножек. Минутку. Есть что-то ещё. Ребро встаёт на место. Боль отступает. Даже усталость уходит.

Стар отпустила его руку и скрестила руки.

— Ну как? — ухмыляясь, спросила она.

Тау проморгался, быстро ощупал себя со всех сторон. Ткнул в бок — ничего. Потрогал ногу — боли нет.

— Невероятно! — удивлённо выдавил он и повернулся к ней. — Это твоя способность?

— Ага, — ухмыляясь, заявила Стар и задрала нос. — Не только ты умеешь удивлять. Я и бабулю свою лечу. Как думаешь, сколько ей?

— 102, — заявил он, поправляя очки.

— Откуда ты… — запнувшись, удивилась она и резко нахмурилась. — Ааа, ну понятно, проболталась бабуля. Но не выглядит же она на 102?

— Нет, конечно, я бы дал 60, если бы не знал, — подтвердил он и начал гладить шею. — И, наверно, спасибо. Не ожидал, что ты… ну, эм…

— Не только умная и красивая? — ухмыляясь, вставила она.

Не только стерва.

— Д-да, — промямлил он, слегка улыбаясь. — С такой способностью ты можешь стать первоклассным доктором.

— Вряд ли, — выдохнула она и, скрестив руки, отвела взгляд. — Я могу использовать её только раз в сутки, а потом ещё получаю отдачу.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурившись, спросил он.

— Ну… Если брать мою бабушку в пример, то от неё отдачи практически нет. Полечила — и хожу как ни в чём не бывало. Однако чем сложнее пациент, тем неприятнее последствия. Может голова болеть, тошнить, тело ломить — и всё в таком духе.

Мои раны были не детские. Включая те, что я получил за эту неделю. Однако сейчас она выглядит нормально. Видимо, отдача происходит не сразу.

— Не понимаю, — нахмурился Тау и отвёл взгляд. — Если такие последствия, зачем использовала её… на мне? Может, у меня там не только хромота была, а что-то посерьёзнее.

— Да жалко тебя стало, — усмехнулась Стар и развела руками. — Да и что бы у тебя там ни было, хуже головной боли ничего не будет.

— Ладно…

— Ну и просто хотела увидеть твоё удивлённое лицо, — ехидно улыбаясь, заявила она.

— У тебя это получилось, — закатывая глаза, выдохнул он.

Автобус остановился и раскрыл двери.

— Моя остановка, — бросила Стар и встала с места. Направляясь к выходу, она обернулась и помахала Тау. — Давай не кисни, очкарик. Чао!

Стар покинула автобус. Тау, провожая её взглядом через окно, увидел, как она схватилась за голову.

Тяжёлый день у неё будет. Хотя сама виновата, нечего лечить кого попало.

Двери захлопнулись, автобус тронулся. Тау достал телефон и уткнулся в него, пролистывая новости.