Ко дню 70-летия
Илья Самойлович родился в Одессе — в городе, подарившем нам Олешу, Багрицкого, Катаева, Славина, Утесова, Ильфа и Петрова. Вот почему к славным званиям города-мамы, города-героя, города — литературной школы, города-песни мы с гордостью присоединяем сегодня новое звание и входим с ходатайством о присвоении Одессе ученой степени — город филологических наук.
Родился И. С. Зильберштейн в 1905 году. Позади были Мукден и Цусима. Впереди — тома «Литнаследства».
Горький назвал десятилетие после поражения первой русской революции — позорным десятилетием. Именно на эти годы падает период детства и отрочества нашего юбиляра. Мы знаем, что в эту пору махровым цветом расцвела мистика, эротика, мне больно об этом говорить, ницшеанство и, простите, солипсизм. Тот отрадный факт, что маленький Илюша не стал солипсистом, не скатился в болото арцыбашевщины, можно объяснить лишь исключительно здоровой и демократической натурой будущего инициатора «Литнаследства».
1914 год. Первая мировая война. Думается, именно тогда, под вой снарядов и визг шрапнели, впервые понял девятилетний Илья, что люди должны не убивать друг друга, а, наоборот, издавать. Отправлять не на тот свет, а — в набор.
Мы не знаем точно об умонастроениях юного Зильберштейна, но у нас есть все основания предположить, что его девятилетняя душа стихийно потянулась к идее перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую.
Годы нэпа. Тоже, скажу вам, нелегкое времечко. Рестораны, кафешантаны, мещанство, цыганщина, соколовская гитара, купите бублики, когда я был мальчишкой, носил я брюки клеш, соломенную шляпу, в кармане финский нож, я мать свою зарезал, отца я удушил — нет, никого не зарезал и не удушил наш дорогой Илья Самойлович в это трудное время, а, наоборот, в 1921 году начал печататься.
А в 1931 году он стал инициатором «Литературного наследства».
Современной наукой подсчитано, что, если разложить все страницы этого замечательного издания, оно покрыло бы поверхность всего земного шара, включая сюда и Антарктиду и потонувшую Атлантиду.
В сущности, И. С. Зильберштейн является единственным видом перпетуум-мобиле, не оспоренным наукой.
Опыт жизни Ильи Самойловича говорит: для того чтобы быть двигателем науки — надо как минимум уметь двигаться самому.
Илья Зильберштейн вполне мог бы стать по своему имени героем «Ильяды», а по месту рождения — «Одессеи».
Чуден Днепр при тихой погоде, а И. С. Зильберштейн — при любой погоде, всегда.
Выдь на Волгу! Чей стон раздается
над великою русской рекой?
Да не стон... Это том издается
девяносто, примерно, второй,
Одни живут для дома, для семьи, — он живет для тома, для статьи.
Пожелаем же ему, нашему дорогому, и впредь!
10 апреля 1975