Менее чем через час один из людей магистра как бы невзначай, прогуливаясь, прошёл мимо меня. Молча стою на посту с обнажённой шпагой, попыток заговорить и как-то обратить на себя внимание не делаю, только глаза чуть скосил в его сторону, нервно так.
Вечером снова на пост. Такое «раздёргивание» графика в «смутное время» сделано специально, это сильно усложняет «работу» заговорщиков. Ну а что охранникам тяжелее… работа такая, за это платят.
Поставили меня у одной из второстепенных лестниц, между третьим и четвёртым этажом южного крыла непосредственной резиденции магистра. Стою, слегка облокотившись о стену — вне парадных покоев это разрешено. Единственное — нельзя выпускать оружие из рук, как и опираться на него.
Помимо собственной шпаги и кинжала, выдали лёгкое копьё с узким бронебойным наконечником, и естественно — артефактное. Самое то — оно достаточно лёгкое и скоростное, что немаловажно при эльфийских габаритах. А благодаря бронебойному наконечнику, с ним можно выйти даже против тяжеловооружённого пехотинца, имея достаточно хорошие шансы остаться в живых.
Чтобы лучше чувствовать оружие, играю с ним: перебрасываю из руки в руку, делаю выпады. Не серьёзная тренировка, а так… Тоже разрешено, кстати, даже поощряется.
Шаги… перехватываю копьё и вижу секретаря магистра. Склоняю слегка голову — не перед человеком, перед званием. Тот улыбается слегка, почти как равному. Зная этого говнюка… Нет, не лично, но о чиновниках боле-менее высокого ранга приближённые знают достаточно много и широко это обсуждают. Наслышаться успел. Человек этот умный, опасный и чрезвычайно подлый, не понимающий таких слов, как «дружба».
— Неплохая модель, — с лёгкой улыбкой произносит он, глазами указывая на копьё.
— Достаточно удачная, спафарий Варга, особенно для эльфа, — отвечаю, чуть улыбаясь.
Варга вежливо смеётся и как-то выжидающе смотрит на меня. Демонстрирую лёгкую тень сомнения на лице, которую может разглядеть только опытный придворный. И… чувствую, как мне взламывают мозги. Выставляю на передний план смутные образы недовольства и возмущения Калигой «Грязный купец… предатель…», своё желание поговорить с магистром и смутное же недоверие, где на переднем плане всё тот же Калига «Калига… предатель… остальные тоже могут… только магистру…»
Взлом заканчивается, спафарий некоторое время общается со мной, старательно показывая, что считает равным. Для придворного, да ещё и близкого «к телу», очень странно.
— Вижу, что ваша должность букеллария при Калиги для вас мелковата, — как бы невзначай говорит Варга.
Улыбаюсь слегка, ирония в данном случае высказана мягко.
— Вы правы, спафарий. Но иногда приходится переступить через себя.
Светски раскланиваемся и Варга уходит. Я же начинаю судорожно прокручивать в голове только что произошедший разговор. Интонации, оттенки смыслов, «вкус» от Менталистики спафария…
Вроде бы всё правильно сделал: «Переступать через себя», это я дал жирный, но вежливый намёк, что считаю Калигу недостойным нанимателем. Этакое приглашение к серьёзному разговору, но не самому спафарию, а его хозяину. Правда, если магистр оффиция не среагирует сегодня и завтра, придётся «ломать гордость» и делать намёки самому спафарию.
Вроде бы всё правильно, но время, время… Полыхнуть может в любой момент, как впрочем и угаснуть. А вот тогда тогда шанс на удачный для нас исход дела устремится к нолю. Ох, Васька, рискованный ты план придумал…
Варга пришёл ко мне сразу, как закончилось дежурство.
— Магистр оффиция хочет видеть вас, — торжественно сказал секретарь. Блин… вот как это сказано… всего несколько слов, а чувствую себя, как верующий католик перед аудиенцией Папы.
— «Такое владение Голосом… фантастика, непременно надо научиться, — отмечаю я, — это ж какие перспективы!»
Спафарий повёл меня техническими коридорами, время от времени ныряя в какие-то потайные ходы. Пытаюсь запомнить, но нет, не получается. Варга, что-то почувствовав или просто имея опыт и мозги, молча поднимает руку и показывает Путалку, очень интересный и дорогой артефакт. Вздыхаю восхищённо и касаюсь менталом моего провожатого… лёгкое самодовольство, усталость и потрясающее чувство собственной важности.
Засечёт? Нет, не боюсь — Варга пусть и взламывал мне мозги, но не сам, артефактом работал. Хороший артефакт, сложный, дорогой… У обитателей Палатинского холма их порой столько, что напоминают новогоднюю ёлку… Но развитого Ментала у самого спафария нет.
Не знаю уж почему, но Ментал вообще является одним из редчайших направлений магии. Дескать, и открыть его крайне сложно, и мозги он может сжечь самому адепту… В общем, народ как-то не тянется за менталистикой. Тем более, что полно артефактов, которые могут как взломать сознание собеседника, так и защитить твоё собственное.
Подозреваю, что адепты менталистики поддерживают эти заблуждения, заодно скрывая свои таланты. Точнее даже знаю, сам так делаю.
Покои магистра оффиция занимали целый этаж, на котором дежурили хризоаспиды в роскошнейшем парадном облачении. Стояли они не шевелясь, даже почти не мигая, никак внешне не реагируя на нас.
Периферическим зрением, хорошо развитым у эльфов, сканирую воинов, проходя мимо, в распахнутые лакеем двери. Нет, не реагируют. Хм… это скорее в плюс…
До кабинета магистра пройти пришлось целую анфиладу залов. И везде — буккеларии из разных частей стояли статуями, настолько неподвижными, что заподозрил в них големов. Кстати… некоторые — очень даже может быть!
Кабинет магистра выходит окнами на морской залив, причём не на Багряный остров, который занимала резиденция Базилевса, а на «нормальную» гавань. Отмечаю это мельком, стараясь не пялиться по сторонам.
— Доминус, — спафарий вытянул левую руку вдоль бедра, придерживая ножны короткого рунного меча. Правая, сжатая в кулак, была приложена в область сердца. Копирую жест секретаря — натаскали в дворцовом этикете немного, но молча, он мне не господин.
— Эрл Ксавьер, — пророкотал магистр, — слышал о тебе… интересное.
Чуть склоняю голову, но молчу.
— Варга — мой доверенный человек, — подчеркнул он Голосом (а как владеет редким Направлением, как владеет…), — заинтересовался тобой.
Чуть прикусываю щёку изнутри, но «решаюсь», протягивая руку с перстнем.
— Вот, магистр оффиций, цена за ваше предательство.
Приподнятая бровь… нет, ну как местные играют лицом и Голосом, точно учить надо… сжато рассказываю историю найма Калигой. Правда, только правда и ничего, кроме правды — только акценты чуть-чуть смещаю в нужном направлении.
— За моё убийство? — с явственно чувствующейся ноткой сомнения произносит магистр, — и ты согласился?
— Я не отказался, — склоняю голову, — Византий мне чужой, дело выглядело как обычный найм перед боем. Но вот так… сперва внедриться в вашу охрану, а потом намекать на перстень… Несложно понять, к чему был этот намёк. Мне это не нравится, магистр. Я воин, а не убийца.
— Мне говорили, что воины твоей расы любят воевать из засад.
— Верно. Но это когда идёт объявленная война. А так… нет больших приверженцев чести, чем мы. Поединки, причём жёстко регламентированные сотнями пунктов.
— И об этом я слышал. Ты позволишь? — Вассиан показал глазами на ментальный артефакт, но вопрос здесь только для вида, — Вспоминай этот момент.
Ложное воспоминание было сформировано заранее, подсовываю его Вассиану. Ничего такого, обвинить Калигу ни в чём нельзя — так, несколько внешне невинных вопросов, которые ни один суд не признает уликами. Уже без спроса магистр «листает» мои воспоминания о Калиге.
— Прости, — без тени сожаления говорит он, прекращая. Чуть склоняю голову, выталкивая на поверхность образы хищника, принявшего вожака. Магистр воспринимает их как нечто естественное, считая себя «Альфой» без тени сомнений. Зря, кстати — теперь я понял, что Васька имел в виду. Не тянет магистр на Вождя, нет у него настоящей закалки.
— Будет сигнал, значит, — задумчиво говорит он, — а какой, ты не знаешь. Хм… Кто из людей Калиги используется втёмную, тоже не знаешь…
— Нет, магистр. Однако есть определённые подозрения. Калига занимает не последнее место в преступном мире Византия. Так что если его и втянули в заговор, то явно имея в виду такие вот связи. Не знаю, какие таланты есть у местных убийц, и почему они могут быть лучше убийц… хм, официальных, на службе государства… Я для этого слишком мало пробыл в Византии.
— Интересно, — Вассиан доброжелательно посмотрел на меня умными глазами, — я пришёл к схожему выводу. Дом Бабочки, значит? Хорошее у вас там образование дают. Что не знаешь местных особенностей, это понятно, но мысли-то есть?
Чуточку повышаю температуру тела, одновременно формирую образ восхищения вожаком. И немного самодовольства, что я выбрал такого умного Вождя, и что Вождь меня заметил.
— Есть метод «На дурака», — говорю чуточку неуверенно.
— Ну-ка… — поощряет меня магистр.
— Один или несколько ловких, но ограниченных людей… или нелюдей, которым внушается потихонечку мысль, что они могут резко войти в элиту преступного мира, — поясняю я, — Ну или элиту Византия. Скорее всего, этих ограниченных людей будут направлять… кукловоды.
Прикусываю губу, изображая лихорадочные мысли…
— Я бы поставил на наглость, магистр. Какие-то поступки, совершённые предельно нагло, какие здравомыслящий разумный сходу отметёт. Ведь что наиболее реально? Яд, убийца с кинжалом из доверенных, «возмущённая толпа»… А если уборщица просто расставит по углам кабинета какие-нибудь артефакты, причём даже не подозревая об их опасности? Ну… дальше я могу долго фантазировать, но не думаю, что это вам надо. Просто нужно больше внимания обращать на самые банальные вещи.
— Интересные мысли, — согласился Вассиан, — а как ты видишь себя?
С явственной неохотой выдавливаю:
— Никак, магистр. Рядом с вами мне в общем-то нет места. Могу быть полезен как хороший боец и неплохой маг, но у вас таких не один десяток. Могу быть полезен как эльф, да и оруженосец зверлинг…
— Чутьё нелюдей? — в голосе Вассиана нет ни малейшего пренебрежения, понятие «нелюди» в Иггдрасиле редко несёт негативный оттенок. Просто констатация факта.
— Оно самое, — склоняю голову, — Запах страха у слуги почуять сможем, ещё что по мелочи. Но у вас наверняка есть и свои такие, только доверенные.
— А ты?
— На вашем месте? Нет, я бы не поверил подозрительному эльфу. Приблизил бы, может быть, но потом, когда всё успокоится.
— Хм… интересно, — он кивает и более не обращает на меня внимания.
Спафарий проводил меня к выходу и вручил шкатулочку с золотыми слитками, килограмма на два в общей сложности. Пусть в Иггдрасиле стоимость золота поменьше, чем на Земле, но сумма получается внушительная.
— Как? — встретил меня Васька, недавно сменившийся с поста. Быстро пересказываю ему всё произошедшее, а потом долго, очень подробно и муторно он выпытывает детали.
Где-то через час допрос был закончен и Васька заходил по комнате, заложив руки за спину.
— Интересно, — голос звучит глуховато, — если выгорит, то очень удачно выйдет, близко к нему подберёмся.
— А если нет? — интересуюсь я, упав в кресло.
— Тогда хуже, — хмурится Васька-Джеймс, — надо будет косвенно действовать. Есть несколько намёток, но пока так… Как же хреново работать без помощи Конторы! Ни тебе аналитиков, ни шифровальщиков, ни «группы поддержки» в нужный момент…
Молчу, прекрасно понимая его состояние. Умереть окончательно, как раньше… не хотелось бы, очень не хотелось бы. Но сейчас, с воскрешением, ситуация выглядит для нас ещё хуже –воскресать в городе-государстве можно только в специально отведённых для этого местах. Привязаться к чему-то самостоятельно не выйдет.
И как нетрудно догадаться, воскреснув на Палатинском холме, да ещё и в специально отведённых для этого местах, с хорошей такой охраной… Страшно. Станем учебным материалом для палачей на многие годы и десятилетия.
Возможно, Контора нас потом вытащит… но это если Васька оставляет «маячки» о нашем местонахождении, хотя бы приблизительном.