Андрей

И почему он, дурак, не попросил у неё телефон? Торопился. У них в газете заранее готовилась большая статья о героях войны из Сибири. Он как раз возвращался из Красноярска от одной пожилой пары. Пётр и Людмила – Андрей думал, супруги. А оказалось – брат с сестрой. Они рассказывали о своём двоюродном брате по имени Захар Тимофеевич Берёзкин, который погиб на фронте в сорок третьем году. Показывали фото. Морозов переснял старую фотографию статного молодого мужчины в форме на сотовый, а рассказ племянников записал на диктофон. Периодически угукал да огокал, а сам слушал не очень внимательно, потому что мучительно думал: откуда ему так знакомы имя, отчество и фамилия героя великой отечественной? В конце концов Андрей не придумал ничего лучше, как задать вопрос совершенно не по делу:

– А по какой линии он вам брат? По материнской?

Пётр помотал седой головой:

– По отцовской. Его отец, Тимофей, был родным братом нашего отца, Марка.

– Это он вас так сильно старше?

– На двадцать пять лет почти меня старше, – усмехнулась Люда. – Мы его никогда не видели, конечно. Но дядька Тимофей им безумно гордился до самой своей смерти. А наш батя…

– Людмила, помолчи, – строго перебил её брат.

– Нет, вы скажите, – Морозов выключил диктофон. – Что вы хотели сказать про своего отца? Я нигде это не опубликую. Просто вы меня уже заинтриговали.

Пенсионеры переглянулись, и Пётр сказал:

– Наш отец считал Захарку дураком. Мол, погиб не пойми за что. Надо было спрятаться, не ходить на ту войну.

– А ваш отец жив? – спросил Морозов.

Они посмотрели на него, как на умственно отсталого.

– Ах, ну да. Простите.

Их отцу, Марку, сейчас было бы хорошо за сто. Мало кому удаётся прожить сто и больше лет. Но почему вся эта история кажется ему такой знакомой?!

Андрей попрощался с Петром и Людмилой и поехал в редакцию. Хотелось спихнуть материалы в стол, – не горит. И прогуглить Захара Берёзкина. Может, ему где-то раньше попадалась какая-нибудь информация о нём? А тут случилось ДТП по дороге в офис. Он сначала психанул, а потом увидел ЕЁ. И тут же втрескался по уши. А ещё испугался – слишком хороша была для него незнакомка в маленькой хорошенькой иномарке. Так испугался, что ни имени не узнал, ни телефона не спросил. Залепетал что-то про «Я тороплюсь», и уехал.

В редакции Морозов прогуглил Захара Берёзкина. Нашёл его в списках Героев Советского Союза. Ну, это он и так знал. А больше ничего… м-да, ситуация. Кажется, что он уже где-то слышал имя Захара… да и не только про Захара – как будто он слышал обо всех Берёзкиных. Но, видимо, ошибся. Подвела внимательность журналиста.

– Ты статью готовишь? – подошёл главред.

– Это какую-то такую-то статью? – с интонациями вредной сельской соседки поинтересовался Морозов. – Которая к маю?

– То есть ты сейчас не занят?

– Я всегда занят. А что такое?

– Дуй-ка в администрацию. Нам нового главу поставили. Надо интервью у него взять.

– А больше-то некому, что ли?

Шеф развёл руками и ушёл. Мол, разговор окончен. Морозов плюнул и начал собираться в администрацию на интервью. Сунул диктофон в карман куртки и поехал.